Все знают, что 11 сентября произошёл крупнейший терракт в истории. Из четырёх наибольшую известность получили два самолёта, захваченные террористами и врезавшиеся в башни Всемирного торгового центра в Нью-Йорке…
11 мин, 7 сек 2122
Почитать свидетельства очевидцев, так это будет пострашнее некоторых крипипаст.
В 8:45 я был на работе, на 72-м этаже Северной башни Всемирного торгового центра. Как раз взял себе кофе и собирался засесть за отчет. Еще до того, как тряхнуло, услышал какой-то странный свист — потом, вспоминая, догадался, что это был шум от двигателя самолета на подлете к башне. И сразу следом все здание буквально сдвинулось на несколько метров, никто не смог удержаться на ногах, все попадали. Первая мысль — землетрясение. Мы замерли, не понимая, что происходит. Я подошел к окну, а там с неба почему-то падают бумаги и какой-то горящий мусор. Дыма и огня не видно, и совершенно непонятно, что происходит. Что делать дальше — тоже.
Мы дозвонились в Службу спасения. Там сказали: нужно оставаться на своих местах и дожидаться указаний. Мой коллега Дак Кинан, дольше всех работавший в нашей фирме, сказал тогда: главное — не паниковать, потому что в 1993 году во время теракта намного больше людей погибло не от взрыва, а из-за того, что их затоптала толпа, рванувшаяся к выходу. И теперь нужно вести себя спокойно и действовать организованно.
И тут до кого-то дозвонилась жена и сообщила: по CNN говорят, что в нас врезался самолет. Я сразу сказал: «Надо спускаться вниз». Мне возразили, что лучше дождаться инструкций. Все тот же Дак заявил, что если и идти, то на крышу, потому что в прошлый раз оттуда людей эвакуировали вертолетами. Начали спорить, уходить или нет, и куда. Решили узнать в Службе спасения. Долго не получалось набрать — не было связи или занято. А когда, наконец, дозвонились, там приказали оставаться на местах. И тут я увидел, как мимо наших окон пролетел мужской костюм. Честно скажу: в первую минуту не понял, кому и зачем пришло в голову сбрасывать вниз костюм. А потом вдруг догадался, что это был человек. Решил плюнуть на все и уходить. Остальные остались ждать указаний или спасателей.
Когда вышел в коридор, там уже был дым. Лестница тоже оказалась затянута им, было темно и очень жарко, почти невыносимо жарко. Сверху спускались несколько десятков человек, пока совсем немного. Некоторые были ранены, с ожогами — остальные помогали им, подбадривали. Вниз мы шли медленно, потому что с каждым пройденным этажом людей прибывало: они появлялись из боковых выходов, нужно было останавливаться и пропускать новую партию. Особенно много людей на лестнице стало, когда наконец-то объявили о всеобщей эвакуации. Некоторые двери перекосило и заклинило, мы помогали их открыть.
Обогнать идущих было нельзя — лестницы очень узкие, не разминешься. Из-за дыма и пыли дышать становилось труднее — люди кашляли, задыхались. Я очень пожалел, что, как последний идиот, не догадался заранее намочить одежду, чтобы замотать рот и нос, а теперь было уже поздно, воды взять было негде. Прикрывал лицо платком. Тогда впервые мне пришла в голову мысль, что жизнь человека измеряется не прожитыми годами, а количеством сделанных вдохов. Гадал, сколько еще вдохов мне удастся сделать, прежде чем я умру.
Где-то на середине пути мы встретили первых пожарных, поднимавшихся наверх. Они шли в полной экипировке, несли оборудование. Казалось, что их бесконечно много. Из-за встречного потока на лестницах стало еще теснее. Когда они поднялись, на нас сверху начала литься вода из огнетушителей.
Не знаю, показалось мне или нет, но постепенно здание начало потрескивать и раскачиваться. Появился какой-то животный страх, он подталкивал, говорил: «Беги!» Если бы не толпа, преграждавшая путь, я бы побежал, но такой возможности не было. Мы спускались все медленнее, а страх становился все сильнее. Когда мы были уже почти внизу, снова тряхнуло так, что многие попадали с ног. Нам в лицо вдруг ударил страшный поток раскаленного пыльного дыма. Я не понял, что случилось. Потом узнал — это оттого, что обрушилась Южная башня.
Как только мы добрались до выхода из этого вертикального ада и появилась возможность бежать, я побежал. Рядом падали человеческие тела. Люди при ударе о землю раскалывались, как арбузы. Человека, бежавшего в нескольких метрах передо мной, раздавило упавшей бетонной глыбой, только кровь брызнула. Дальше толком и не видел, что было вокруг, мчался, не оглядываясь, как никогда в жизни.
Когда был уже метрах в пятистах, меня вдруг подняло в воздух и понесло над землей. Это рухнула Северная башня, но тогда я об этом не знал. Упав, полетел кубарем. Когда поднялся, секунд десять не мог сориентироваться, куда бежать дальше. Все вокруг напоминало черно-белый фильм о ядерной зиме. Пыль и пепел клубами, повсюду толстый слой пыли и бетонной крошки, в воздухе кружатся бумаги и мусор. Чуть дальше по улице лежит перевернутая вверх тормашками пожарная машина. И почему-то колеса у нее крутятся в воздухе.
В 8:45 я был на работе, на 72-м этаже Северной башни Всемирного торгового центра. Как раз взял себе кофе и собирался засесть за отчет. Еще до того, как тряхнуло, услышал какой-то странный свист — потом, вспоминая, догадался, что это был шум от двигателя самолета на подлете к башне. И сразу следом все здание буквально сдвинулось на несколько метров, никто не смог удержаться на ногах, все попадали. Первая мысль — землетрясение. Мы замерли, не понимая, что происходит. Я подошел к окну, а там с неба почему-то падают бумаги и какой-то горящий мусор. Дыма и огня не видно, и совершенно непонятно, что происходит. Что делать дальше — тоже.
Мы дозвонились в Службу спасения. Там сказали: нужно оставаться на своих местах и дожидаться указаний. Мой коллега Дак Кинан, дольше всех работавший в нашей фирме, сказал тогда: главное — не паниковать, потому что в 1993 году во время теракта намного больше людей погибло не от взрыва, а из-за того, что их затоптала толпа, рванувшаяся к выходу. И теперь нужно вести себя спокойно и действовать организованно.
И тут до кого-то дозвонилась жена и сообщила: по CNN говорят, что в нас врезался самолет. Я сразу сказал: «Надо спускаться вниз». Мне возразили, что лучше дождаться инструкций. Все тот же Дак заявил, что если и идти, то на крышу, потому что в прошлый раз оттуда людей эвакуировали вертолетами. Начали спорить, уходить или нет, и куда. Решили узнать в Службе спасения. Долго не получалось набрать — не было связи или занято. А когда, наконец, дозвонились, там приказали оставаться на местах. И тут я увидел, как мимо наших окон пролетел мужской костюм. Честно скажу: в первую минуту не понял, кому и зачем пришло в голову сбрасывать вниз костюм. А потом вдруг догадался, что это был человек. Решил плюнуть на все и уходить. Остальные остались ждать указаний или спасателей.
Когда вышел в коридор, там уже был дым. Лестница тоже оказалась затянута им, было темно и очень жарко, почти невыносимо жарко. Сверху спускались несколько десятков человек, пока совсем немного. Некоторые были ранены, с ожогами — остальные помогали им, подбадривали. Вниз мы шли медленно, потому что с каждым пройденным этажом людей прибывало: они появлялись из боковых выходов, нужно было останавливаться и пропускать новую партию. Особенно много людей на лестнице стало, когда наконец-то объявили о всеобщей эвакуации. Некоторые двери перекосило и заклинило, мы помогали их открыть.
Обогнать идущих было нельзя — лестницы очень узкие, не разминешься. Из-за дыма и пыли дышать становилось труднее — люди кашляли, задыхались. Я очень пожалел, что, как последний идиот, не догадался заранее намочить одежду, чтобы замотать рот и нос, а теперь было уже поздно, воды взять было негде. Прикрывал лицо платком. Тогда впервые мне пришла в голову мысль, что жизнь человека измеряется не прожитыми годами, а количеством сделанных вдохов. Гадал, сколько еще вдохов мне удастся сделать, прежде чем я умру.
Где-то на середине пути мы встретили первых пожарных, поднимавшихся наверх. Они шли в полной экипировке, несли оборудование. Казалось, что их бесконечно много. Из-за встречного потока на лестницах стало еще теснее. Когда они поднялись, на нас сверху начала литься вода из огнетушителей.
Не знаю, показалось мне или нет, но постепенно здание начало потрескивать и раскачиваться. Появился какой-то животный страх, он подталкивал, говорил: «Беги!» Если бы не толпа, преграждавшая путь, я бы побежал, но такой возможности не было. Мы спускались все медленнее, а страх становился все сильнее. Когда мы были уже почти внизу, снова тряхнуло так, что многие попадали с ног. Нам в лицо вдруг ударил страшный поток раскаленного пыльного дыма. Я не понял, что случилось. Потом узнал — это оттого, что обрушилась Южная башня.
Как только мы добрались до выхода из этого вертикального ада и появилась возможность бежать, я побежал. Рядом падали человеческие тела. Люди при ударе о землю раскалывались, как арбузы. Человека, бежавшего в нескольких метрах передо мной, раздавило упавшей бетонной глыбой, только кровь брызнула. Дальше толком и не видел, что было вокруг, мчался, не оглядываясь, как никогда в жизни.
Когда был уже метрах в пятистах, меня вдруг подняло в воздух и понесло над землей. Это рухнула Северная башня, но тогда я об этом не знал. Упав, полетел кубарем. Когда поднялся, секунд десять не мог сориентироваться, куда бежать дальше. Все вокруг напоминало черно-белый фильм о ядерной зиме. Пыль и пепел клубами, повсюду толстый слой пыли и бетонной крошки, в воздухе кружатся бумаги и мусор. Чуть дальше по улице лежит перевернутая вверх тормашками пожарная машина. И почему-то колеса у нее крутятся в воздухе.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 1 из 4
