Встреча, с которой я хочу начать своё повествования о тех невероятных и ужасных событиях, состоялась в кабинете моего дома 24 января 1902 года, ровно через год после моей поездки в Сноудонию. Тогда мы с моим случайным спутником, молодым писателем Артуром Эвансом, вынуждены были проникнуть в самое сердце мрака, таящегося в глубине пещер холодного скалистого массива, и столкнуться там со злом, во много раз превосходящее то, что не могли бы позволить себе воскресить в своём воображении даже самые отчаянные безумцы. И даже теперь, спустя многие месяцы, произошедшее так и не смогло окончательно покинуть моё сознание и ютилось теперь где-то в отдалённых его уголках, расхаживая по своей тесной незримой коморке и выжидая известного только ему одному часа.
Добавить в моё избранное
47 мин, 19 сек 896
Постепенно, конечно, глаза привыкнут и смогут улавливать минимальные источники света и даже различать очертания вещей, но чертовски не хотелось просто так стоять и ждать этого момента.
Наконец комната впереди осветилась неровным слабым светом, а через несколько секунд в дверном проёме показался Эванс, неся в руке канделябр с тремя ярко горящими свечами. Я оглянулся на герцога. Тот стоял примерно в десяти футах от меня и сейчас как заворожённый смотрел на появившийся словно из ниоткуда свет. Мне показалось, что он всеми силами старается на смотреть по сторонам.
— Нам нужно уходить отсюда. – прозвучавший в тишине мой голос показался мне особенно громким. – Входная дверь заперта?
— Н-нет. – промямлил герцог, глядя на меня. – Нет, не должна.
— Идёмте.
Вдвоём мы выбрались из заваленного телами зала, и только вступив, наконец, на твёрдый деревянный пол, смогли наконец успокоиться, если, конечно, так можно было назвать то, что мы перестали бояться ненароком наступить на чью-то шею или лицо.
— Вон там. – прошептал герцог, указывая на зияющий чёрный провал дальше по коридору. Мы двинулись к нему, высоко подняв канделябр. В медленно расступавшейся перед нами тьме все издаваемые нами звуки затихали мгновенно, и нам стало казаться, что вокруг нас, ступая настолько медленно и бесшумно, что мы даже не могли этого услышать, находится нечто… и это нечто сейчас смотрит на нас своими тёмными глазами, не мигая и не на миг не отводя их в сторону.
Я почувствовал, как по спине моей пробежал холод, вспотевшие руки непроизвольно сжимались в кулаки и тут же разжимались. Мне казалось, что я больше не могу терпеть, и одного звука будет достаточно для того, чтобы оборвать тонкую нить, натянутую сейчас посреди моего сознания.
— Мы почти пришли. – раздавшийся в тишине голос Эванса заставил меня вздрогнуть. Насколько же сильно я позволил разгуляться моему воображению, если испугался голоса человека, шедшего прямо передо мной… Герцог выступил вперёд, подошёл к высокой деревянной двери. Взялся за ручку, потянул её вниз.
И тут что-то произошло. На полпути рука хозяина дома остановилась, и раздался едва слышимый щелчок. Что это было? В тишине мне удалось расслышать, как участилось дыхание у стоящего у двери. Он снова поднял ручку, снова опустил. И снова лакированная позолота натолкнулась на невидимую преграду.
— Что здесь происходит? – уже в который раз за вечер спросил герцог, и снова попытался открыть дверь. Тщетно.
— Похоже, что дверь закрыта… — нерешительно пробормотал Эванс, отходя на шаг от по-прежнему безуспешно пытавшегося добиться ответа от немого куска дерева мужчины. Я огляделся по сторонам, и только тут заметил стоящий на маленьком столе возле вешалки небольшой канделябр из двух свечей.
— Эванс, смотри. – едва ли не воскликнул я, указывая моему другу на свою находку. Тот подошёл к столу, взял в свободную руку обнаруженный канделябр, другую, с горящими свечами поднёс поближе. Через несколько секунд в комнате стало светло как днём, и мы смогли разглядеть отчаянно вцепившегося в ручку двери герцога. Тот смотрел куда-то в пол, но, видимо, почувствовав на себе наши взгляды, выпрямился, посмотрел на нас.
— Нам отсюда не выбраться.
— А есть ещё выходы? – спросил Эванс, оглядываясь. – Может через окно…
— На всех окнах стоят решётки. – сокрушённо пробормотал герцог, не дав моему юному другу закончить предложение и закрыл лицо руками. – Боже мой, что же здесь творится…
— Ключи. – встрепенулся я, разом выходя из оцепенения. – Нам нужны ключи от двери. Ваше сиятельство, они у вас?
— Нет. – энергично замотал головой молодой аристократ. – Нет, они должны быть у Ричарда, но вот куда он делся, никак не могу понять.
С этими словами он стал мотать головой из стороны в сторону, будто надеясь, что его дворецкий находится где-то здесь, просто прячется.
— Но ведь должны же быть ещё дубликаты ключей. – взволнованно проговорил Эванс, глядя в тёмный коридор. – Может быть, у кого из прислуги, или…
— Погодите, я вспомнил! Один дубликат лежит у меня в столе в кабинете. Да, точно, в кабинете.
— Ну вот и отлично. – сказал я, разом приободрившись. – Значит, нам осталось только подняться туда, взять его, и мы сможем уйти отсюда.
— Подняться… — забубнил себе под нос герцог, прижимаясь к стене. Видимо, перспектива прогулки по погружённому во мрак дому нравилась ему ничуть не больше, чем нам. Но другого выхода у нас всё равно не было.
— Ну да, подняться. А как ещё нам достать ключи? – с притворным удивлением спросил я, протягивая молодому аристократу канделябр. – Сможете показать нам дорогу? Вот, держите это.
Герцог неохотно принял из моих рук источник света, повертел его в руках, пялясь на горящие свечи.
— Или давайте я пойду первый. – сказал я, протягивая руку за канделябром.
Наконец комната впереди осветилась неровным слабым светом, а через несколько секунд в дверном проёме показался Эванс, неся в руке канделябр с тремя ярко горящими свечами. Я оглянулся на герцога. Тот стоял примерно в десяти футах от меня и сейчас как заворожённый смотрел на появившийся словно из ниоткуда свет. Мне показалось, что он всеми силами старается на смотреть по сторонам.
— Нам нужно уходить отсюда. – прозвучавший в тишине мой голос показался мне особенно громким. – Входная дверь заперта?
— Н-нет. – промямлил герцог, глядя на меня. – Нет, не должна.
— Идёмте.
Вдвоём мы выбрались из заваленного телами зала, и только вступив, наконец, на твёрдый деревянный пол, смогли наконец успокоиться, если, конечно, так можно было назвать то, что мы перестали бояться ненароком наступить на чью-то шею или лицо.
— Вон там. – прошептал герцог, указывая на зияющий чёрный провал дальше по коридору. Мы двинулись к нему, высоко подняв канделябр. В медленно расступавшейся перед нами тьме все издаваемые нами звуки затихали мгновенно, и нам стало казаться, что вокруг нас, ступая настолько медленно и бесшумно, что мы даже не могли этого услышать, находится нечто… и это нечто сейчас смотрит на нас своими тёмными глазами, не мигая и не на миг не отводя их в сторону.
Я почувствовал, как по спине моей пробежал холод, вспотевшие руки непроизвольно сжимались в кулаки и тут же разжимались. Мне казалось, что я больше не могу терпеть, и одного звука будет достаточно для того, чтобы оборвать тонкую нить, натянутую сейчас посреди моего сознания.
— Мы почти пришли. – раздавшийся в тишине голос Эванса заставил меня вздрогнуть. Насколько же сильно я позволил разгуляться моему воображению, если испугался голоса человека, шедшего прямо передо мной… Герцог выступил вперёд, подошёл к высокой деревянной двери. Взялся за ручку, потянул её вниз.
И тут что-то произошло. На полпути рука хозяина дома остановилась, и раздался едва слышимый щелчок. Что это было? В тишине мне удалось расслышать, как участилось дыхание у стоящего у двери. Он снова поднял ручку, снова опустил. И снова лакированная позолота натолкнулась на невидимую преграду.
— Что здесь происходит? – уже в который раз за вечер спросил герцог, и снова попытался открыть дверь. Тщетно.
— Похоже, что дверь закрыта… — нерешительно пробормотал Эванс, отходя на шаг от по-прежнему безуспешно пытавшегося добиться ответа от немого куска дерева мужчины. Я огляделся по сторонам, и только тут заметил стоящий на маленьком столе возле вешалки небольшой канделябр из двух свечей.
— Эванс, смотри. – едва ли не воскликнул я, указывая моему другу на свою находку. Тот подошёл к столу, взял в свободную руку обнаруженный канделябр, другую, с горящими свечами поднёс поближе. Через несколько секунд в комнате стало светло как днём, и мы смогли разглядеть отчаянно вцепившегося в ручку двери герцога. Тот смотрел куда-то в пол, но, видимо, почувствовав на себе наши взгляды, выпрямился, посмотрел на нас.
— Нам отсюда не выбраться.
— А есть ещё выходы? – спросил Эванс, оглядываясь. – Может через окно…
— На всех окнах стоят решётки. – сокрушённо пробормотал герцог, не дав моему юному другу закончить предложение и закрыл лицо руками. – Боже мой, что же здесь творится…
— Ключи. – встрепенулся я, разом выходя из оцепенения. – Нам нужны ключи от двери. Ваше сиятельство, они у вас?
— Нет. – энергично замотал головой молодой аристократ. – Нет, они должны быть у Ричарда, но вот куда он делся, никак не могу понять.
С этими словами он стал мотать головой из стороны в сторону, будто надеясь, что его дворецкий находится где-то здесь, просто прячется.
— Но ведь должны же быть ещё дубликаты ключей. – взволнованно проговорил Эванс, глядя в тёмный коридор. – Может быть, у кого из прислуги, или…
— Погодите, я вспомнил! Один дубликат лежит у меня в столе в кабинете. Да, точно, в кабинете.
— Ну вот и отлично. – сказал я, разом приободрившись. – Значит, нам осталось только подняться туда, взять его, и мы сможем уйти отсюда.
— Подняться… — забубнил себе под нос герцог, прижимаясь к стене. Видимо, перспектива прогулки по погружённому во мрак дому нравилась ему ничуть не больше, чем нам. Но другого выхода у нас всё равно не было.
— Ну да, подняться. А как ещё нам достать ключи? – с притворным удивлением спросил я, протягивая молодому аристократу канделябр. – Сможете показать нам дорогу? Вот, держите это.
Герцог неохотно принял из моих рук источник света, повертел его в руках, пялясь на горящие свечи.
— Или давайте я пойду первый. – сказал я, протягивая руку за канделябром.
Страница 7 из 13
