Меня зовут Эдвин Прескотт. Совсем недавно, на исходе января 1903 года, мне исполнилось двадцать восемь лет. Кому-то это может показаться пустяком, слишком незначительной цифрой, чтобы придавать ей значение, но, как правило, так считают лишь те, кому не довелось увидеть за этот недолгий срок такого, что способно бы было полностью вывести их из равновесия.
Добавить в моё избранное
74 мин, 57 сек 8203
— раздался шёпот прямо у меня за спиной.
— Здесь кто-то был и похоже, не так давно. — вынес вердикт Лонгман, указывая на пыльные следы возле двери с выломанной ручкой, на месте которой теперь зияла тёмная дыра. После этого заявления немой ужас сковал уже всех нас. Неуверенно, стараясь не дышать, мистер Сакстон подошёл к двери, вытянул руку, резко толкнул её и сразу же отскочил, тыча в распахнувшийся проём револьвером.
Комната была пуста, как и в прошлый раз, взору моему, едва я проступил через проём, предстала распотрошённая постель со следами запёкшейся крови на белье.
— Действуем как тогда. — сказал я, передавая Лонгману свою трость. Сам же решительно направился в сторону шкафа, ожидая увидеть в нём книжные полки, но внутри оказалось лишь аккуратно разложенное бельё.
— Книжные шкафы все в кабинете. — сказал один из полицейских, наблюдая за мной. Кивнув ему, я прошёл в расположенную рядом со спальней комнату. Кабинет был полностью завален книгами — массивные шкафы возвышались до самого потолка, несколько стопок лежали на полу и на столе. Глубоко вздохнув, я принялся за дело. Но не успел я осмотреть и первые пять книг, как в комнату с шумом ворвался Лонгман, на ходу размахивая моей тростью.
— Мистер Прескотт! — воскликнул он. — Там, в окне!
Я бросил на пол книги и бросился к окну, сердце моё бешено колотилось. Значит, тогда мне это не привиделось…
У оконной рамы я оказался слишком поздно, но всё же смог разглядеть неясный силуэт, исчезнувший в тёмном переулке между покосившимися домами. Резко развернувшись, я побежал к выходу из кабинета, миновав одуревшего от испуга Лонгмана.
— Куда вы! — крикнул мне с порога спальни мистер Сакстон, но я слишком торопился чтобы обратить на это внимания. Пулей проскочил всю квартиру, вырвался на лестницу и судорожно принялся считать ступеньки. Когда же они наконец кончятся! Ага! Вылетел из подъезда, на ходу сильно громыхнув дверью. Да где же этот чёртов переулок, а, вот он! Со всех ног припустился в темноту, главное успеть, главное догнать, главное не упустить, главное… Тьма поглотила меня полностью, ничего не видно, только отскакивают от земли ноги и гулко бьётся у самого горла сердце, поворот, ещё один, ещё… глухая бетонная стена. Нет! должна быть другая дорога, да где же она… ага, вот! Теперь прямо по ней, не сворачивая, куда же он мог подеваться?… Нет, этого не может быть! неужели… неужели упустил? Нет, он точно был здесь, другого выхода у него нет, либо сюда, либо снова на улицу, но тогда бы его увидел Лонгман и крикнул бы мне из окна. Но где же тогда, где!?
Устав метаться по узким переулкам, я, наконец, остановился возле заднего входа в один из домов, опёрся спиной о дверь, позволил себе отдышаться. Нехорошая мысль была уже здесь, но я упорно гнал её от себя, не мог, просто не мог позволить ей залезть ко мне в голову. Ушёл, он ушёл, испарился во тьме. Раздразнил меня, погнал за собой и исчез. Нет, не раздразнил, зачем ему это? Тогда что? Ну конечно — наблюдал, он просто наблюдал! Но что он предпримет теперь? А что предпринять теперь нам?
— Мистер Прескотт! — донеслось откуда-то из глубины переулка. Я выпрямился, отряхнул пиджак и двинулся навстречу повторяющему моё имя голосу. За очередным поворотом едва не столкнулся нос к носу с Лонгманом и одним из полицейских. Лицо у моего компаньона было бледное, очевидно он не ожидал уже увидеть меня живым.
— Вы нашли его?
— Нет. Он ушёл. Испарился. Как он выглядел, мистер Лонгман?
— Что? А… Ну… он… он был высоким… и кажется, у него в руках была трость.
— Подробнее, мистер Лонгман, подробнее!
— Я… я не разглядел его достаточно хорошо, было темно, он стоял далеко от фонаря, лица не было видно. Я не знаю, как он выглядит, мистер Прескотт…
Добиваться каких-либо дополнительных деталей от насмерть перепуганного Лонгмана было бессмысленным делом, поэтому я лишь махнул рукой, выхватил у него свою трость и двинулся по переулку к тускло мерцающим уличным огням.
__________
После того случая кошмары стали преследовать меня всё чаще, и я ничего не мог с этим поделать. Мысли о том, чтобы бросить журналистику без конца посещали мою голову, но у патрона было другое мнение на этот счёт.
Когда я проснулся, часы на каминной полке показывали полдень. Так долго я ещё никогда не залёживался. И всё же заставить себя подняться с кровати было сложно. Вернулись мы вчера только во втором часу ночи, так ничего и не обнаружив ни на втором адресе, ни на третьем. Всё та же кровь, только на этот раз не на постельном белье, а на ковре гостиной, очевидно, очередная жертва не дала застать себя врасплох и даже попыталась оказать сопротивление, но всё без толку. Тщательный обыск не принёс никаких результатов, и все мы были крайне раздосадованы и огорчены.
— Здесь кто-то был и похоже, не так давно. — вынес вердикт Лонгман, указывая на пыльные следы возле двери с выломанной ручкой, на месте которой теперь зияла тёмная дыра. После этого заявления немой ужас сковал уже всех нас. Неуверенно, стараясь не дышать, мистер Сакстон подошёл к двери, вытянул руку, резко толкнул её и сразу же отскочил, тыча в распахнувшийся проём револьвером.
Комната была пуста, как и в прошлый раз, взору моему, едва я проступил через проём, предстала распотрошённая постель со следами запёкшейся крови на белье.
— Действуем как тогда. — сказал я, передавая Лонгману свою трость. Сам же решительно направился в сторону шкафа, ожидая увидеть в нём книжные полки, но внутри оказалось лишь аккуратно разложенное бельё.
— Книжные шкафы все в кабинете. — сказал один из полицейских, наблюдая за мной. Кивнув ему, я прошёл в расположенную рядом со спальней комнату. Кабинет был полностью завален книгами — массивные шкафы возвышались до самого потолка, несколько стопок лежали на полу и на столе. Глубоко вздохнув, я принялся за дело. Но не успел я осмотреть и первые пять книг, как в комнату с шумом ворвался Лонгман, на ходу размахивая моей тростью.
— Мистер Прескотт! — воскликнул он. — Там, в окне!
Я бросил на пол книги и бросился к окну, сердце моё бешено колотилось. Значит, тогда мне это не привиделось…
У оконной рамы я оказался слишком поздно, но всё же смог разглядеть неясный силуэт, исчезнувший в тёмном переулке между покосившимися домами. Резко развернувшись, я побежал к выходу из кабинета, миновав одуревшего от испуга Лонгмана.
— Куда вы! — крикнул мне с порога спальни мистер Сакстон, но я слишком торопился чтобы обратить на это внимания. Пулей проскочил всю квартиру, вырвался на лестницу и судорожно принялся считать ступеньки. Когда же они наконец кончятся! Ага! Вылетел из подъезда, на ходу сильно громыхнув дверью. Да где же этот чёртов переулок, а, вот он! Со всех ног припустился в темноту, главное успеть, главное догнать, главное не упустить, главное… Тьма поглотила меня полностью, ничего не видно, только отскакивают от земли ноги и гулко бьётся у самого горла сердце, поворот, ещё один, ещё… глухая бетонная стена. Нет! должна быть другая дорога, да где же она… ага, вот! Теперь прямо по ней, не сворачивая, куда же он мог подеваться?… Нет, этого не может быть! неужели… неужели упустил? Нет, он точно был здесь, другого выхода у него нет, либо сюда, либо снова на улицу, но тогда бы его увидел Лонгман и крикнул бы мне из окна. Но где же тогда, где!?
Устав метаться по узким переулкам, я, наконец, остановился возле заднего входа в один из домов, опёрся спиной о дверь, позволил себе отдышаться. Нехорошая мысль была уже здесь, но я упорно гнал её от себя, не мог, просто не мог позволить ей залезть ко мне в голову. Ушёл, он ушёл, испарился во тьме. Раздразнил меня, погнал за собой и исчез. Нет, не раздразнил, зачем ему это? Тогда что? Ну конечно — наблюдал, он просто наблюдал! Но что он предпримет теперь? А что предпринять теперь нам?
— Мистер Прескотт! — донеслось откуда-то из глубины переулка. Я выпрямился, отряхнул пиджак и двинулся навстречу повторяющему моё имя голосу. За очередным поворотом едва не столкнулся нос к носу с Лонгманом и одним из полицейских. Лицо у моего компаньона было бледное, очевидно он не ожидал уже увидеть меня живым.
— Вы нашли его?
— Нет. Он ушёл. Испарился. Как он выглядел, мистер Лонгман?
— Что? А… Ну… он… он был высоким… и кажется, у него в руках была трость.
— Подробнее, мистер Лонгман, подробнее!
— Я… я не разглядел его достаточно хорошо, было темно, он стоял далеко от фонаря, лица не было видно. Я не знаю, как он выглядит, мистер Прескотт…
Добиваться каких-либо дополнительных деталей от насмерть перепуганного Лонгмана было бессмысленным делом, поэтому я лишь махнул рукой, выхватил у него свою трость и двинулся по переулку к тускло мерцающим уличным огням.
__________
После того случая кошмары стали преследовать меня всё чаще, и я ничего не мог с этим поделать. Мысли о том, чтобы бросить журналистику без конца посещали мою голову, но у патрона было другое мнение на этот счёт.
Когда я проснулся, часы на каминной полке показывали полдень. Так долго я ещё никогда не залёживался. И всё же заставить себя подняться с кровати было сложно. Вернулись мы вчера только во втором часу ночи, так ничего и не обнаружив ни на втором адресе, ни на третьем. Всё та же кровь, только на этот раз не на постельном белье, а на ковре гостиной, очевидно, очередная жертва не дала застать себя врасплох и даже попыталась оказать сопротивление, но всё без толку. Тщательный обыск не принёс никаких результатов, и все мы были крайне раздосадованы и огорчены.
Страница 9 из 21
