А вы любите кукол?

Моя уверенность в себе росла. Но идиотизм ситуации вызвал болезненный спазм в желудке. Я чуть не рассмеялся, чтобы скрыть смущение. Очень хотелось всё обернуть в шутку. Я уже готов был остановиться, но увидел её лицо. Лицо, которое всегда жило в моей памяти. Решимость вернулась ко мне.

— Мне кажется, что ты что-то скрываешь, дядя. Признайся, ведь ты знаешь намного больше о её смерти, чем говоришь.

Его глаза расширились, казалось, он испытал настоящий шок. Затем на лицо опять вернулось прежнее выражение невозмутимости. Дядя ответил вопросом на вопрос.

— Ты помнишь её, Вадим? Ты действительно её помнишь?

Вопрос дяди озадачил меня. И нет, чтобы стоять на своём и загнать его в угол, я решил ответить.

— Я помню ее и сейчас, так же хорошо, как будто мы расстались вчера. Есть некоторые пробелы в моей памяти. Я не всё помню из детства. Но её я не забуду никогда!

— В самом деле? И что же ты помнишь о ней?

Я улыбнулся. Как будто увидел её вновь.

— Много. Я помню всё. Её русые косички, веснушки на щеках, улыбку, звонкий смех. Её потешное платьице в горошек. Я действительно любил ее.

Дядя лишь усмехнулся.

— Ты помнишь её смех? Ты любил её?

Его крючковатая рука выбралась из воды и схватил меня за руку.

Вода струйками перетекала с его руки на мою. Его глаза горели адским пламенем и я испугался.

— Ты ненавидел ее! Ненавидел, потому что мать уделяла ей больше внимания, по твоему мнению. И ты приложил все усилия, чтобы превратить её жизнь в ад!

— Ты лжешь, старый идиот! — я не сдержался от оскорблений. — Ты лжёшь! Всё это не правда!

— Это ты толкнул её. Ты хотел правды, так получай!

Я смотрел на него во все глаза, пытаясь высвободить свою руку из его цепких пальцев.

— Ты! Ты просто старый безумец! Что ты несёшь?

Но дядю было уже не остановить. Он продолжал.

— И эта кукла! Только она была свидетелем всего, что ты наделал. Ты так ненавидел её, что даже вырвал у её любимой куклы глаз и изорвал платье. Ты сделал всё это!

Я тупо смотрел на куклу. Она больше не была чем-то одушевлённым. Это была всего лишь кукла. Любимая кукла моей мёртвой сестры.

— А теперь посмотри мне в глаза, — продолжал кричать дядя — Посмотри! И скажи ещё раз, что всё забыл!

— Я не понимаю, о чём ты говоришь.

— Ты с самого рождения был вредным, злобным и мстительным ребёнком. По глупости не знающим, как посильней выразить ненависть ко всему окружающему. Когда у тебя только прорезались зубки, ты пытался всех укусить, когда что-то шло не так, как тебе хотелось бы. Я всегда говорил твоей матери, что что-то случится страшное.

Я молчал, не в силах закрыть дяде рот. Молчал и слушал. Ведь это всё не могло быть про меня.

— И ты решил обвинить меня во всём случившемся? Но мы оба знаем, что произошло на самом деле.

Мириады мыслей вились в моей голове. Мне так хотелось опровергнуть все лживые обвинения дяди. Но…

Воспоминания цветным кинофильмом вспыхнули в моей памяти. Они будто ожили и я ярко увидел тот день.

Лицо дяди было искажено гневом, пока он кричал. Он почти рычал на меня.

— Я знал, я всё знал с самого начала. Я знал насколько ты мстителен, но в полиции не поверили мне. Ведь такое не мог совершить ребёнок. Они подумали, что мой рассудок помутился от горя. Я пытался сказать им кто это сделал.

Моя рука скользнула с влажной поверхности ванны и я потерял равновесие. Едва успев удержаться, я чуть не приложился о мраморный пол ванной головой. Я попытался подняться.

— Нет! Нет! Нет! — Кричал я, почти обезумев. Нет! Я бы не смог! Никогда!

Я вспомнил детство. Чувство ревности никогда не покидало меня. Мне казалось, что все любили только её, а на меня не обращали внимания. Однажды, я повёл её в лес, сказав, что придумал интересную игру. Она рассмеялась и побежала следом. Мы подошли к старой заброшенной шахте. Я сказал ей, что там много золота. И теперь мы, как гномы, будем его искать. Найдя клад, мы сказочно разбогатеем. И мама купит нам велосипеды. Это было пределом наших детских мечтаний. Наша семья не относилась к числу богатых.

А дядя всё продолжал говорить. Он как заведённый, рассказывал мне все события того дня. Напоминая мне шаг за шагом мой кровавый путь. Его глаза блестели от слёз. Меня вырвало на белоснежный пол. Я хотел кричать и всё отрицать. Я хотел сказать ему в лицо, что он грязный лжец. Но я не смог. Потому что знал, что он говорит правду. Яркие воспоминания били мне прямо в мозг, отдаваясь гулкой пульсацией в висках. Как будто старая, гниющая кожа, клоками сползала с моей памяти, открывая новый слой правды. Отрицать ее было бессмысленно.

Я отчётливо вспомнил, как любил издеваться и дразнить её. Я был очень жесток к тем, кто был слабее меня. Я вспомнил, почему соседка увела меня в день похорон.