Благодарность

Тогда я ожидал увидеть тебя сразу после получения тела, если не раньше — ты всегда позиционировал себя, как преданного сторонника. Естественно, я знал о Дамблдоре, Петтигрю собрал достаточно компромата на любого из моих приверженцев, ему было так важно получить расположение. Что ж, когда ты не явился, я получил прямое подтверждение твоего выбора. О, я был раздражен. Хорошо, что я не убил тебя сразу, как только увидел, поверь, твои шансы на выживание были прискорбно малы. Но я всегда симпатизировал тебе, Северус, твой холодный разум и сила в сочетании с верностью… — Волдеморт, хмыкнул и двинул бровью, как если бы пожалел о сказанном.

Снейп осознал, что непреднамеренно затаил дыхание, и только тогда, когда почувствовал жжение в грудной клетке, с облегчением выдохнул, ведь пугающе искренний монолог кончился. Теперь он мялся и не знал, как объяснить, что вообще-то хотел узнать совсем другое.

— Я… Мой Лорд… Я имел в виду, после того, как вы приняли меня обратно. Вы как будто были разочарованы, и не тем, что я поздно откликнулся на зов. В чем тогда была моя вина?

Волдеморт слегка пожал плечом и прикрыл глаза, вспоминая.

— И все-таки, Северус, ты определенно не умеешь задавать вопросы, — растягивая шипящие, почти прошептал Лорд. Он перевел взгляд на огонь, яростно полыхающий в камине, и умолк на несколько минут.

Отблески пламени практически превратили Волдеморта в человеческое существо, его кожа приобрела теплый оттенок, потеряв привычную мертвенную бледность, длинные тени сгладили острые грани резких черт лица. Снейп в растерянности смотрел на него, не смея напомнить о своем присутствии. Значил ли этот упрек то, что ответа он не получит, или наоборот, призывал подождать и не лезть к Лорду с другими вопросами? Зельевар уже сто раз успел пожалеть о своем неуемном любопытстве, когда неожиданно наткнулся на всепрожигающий, выворачивающий наизнанку взгляд рубиновых глаз. Северус не отрывался от кровавых водоворотов, а потому машинально отшатнулся, почувствовав, как рука повелителя коснулась его плеча. У любого другого этот жест ничего не значил бы, кроме, может быть, дружеской поддержки. Но о каком участии со стороны Темного Лорда может вообще идти речь? В широко распахнутых карих глазах зельевара отразилась тревога. Волдеморт продолжил говорить, круговыми движениями подушечки большого пальца поглаживая заднюю часть шеи Снейпа, что изрядно мешало тому сосредоточиться на хрипловатом голосе.

— Мне казалось тогда, Северус, что упоминая жизнь, ты говорил не только про тело и выгоду для меня, но и про то, что внутри. Я хотел твою душу и мог бы забрать ее силой, поверь, могущества мне бы хватило. Однако не сделал этого. Мне недостаточно поработить разум, Северус, я хочу, чтобы ты принадлежал мне, не как пожиратель или слуга, я хочу, что бы ты стал моим.

Речь Темного Лорда никак нельзя было назвать успокаивающей, однако голос, которым все это было произнесено, вводил в некое подобие транса. Северус с трудом понимал тему беседы, неожиданный жар от холодной руки расползался вниз по шее и стремился дальше, по позвоночнику, унося с собой все мысли и чувства. Оставалось одно лишь желание, чтобы эта рука вечно покоилась на шее, чтобы Волдеморт никогда не прекращал ласкать своего слугу. Когда в симфонию из ощущения прикосновений гармонично вплелся, заставляющий замирать сердце голос, произносящий «Мой», зельевар не выдержал и рвано выдохнул.

Он успел заметить приподнявшуюся бровь и прикрыл глаза, наклонил голову, прижался щекой к длинным пальцам Лорда. Снова вдохнул аромат горных трав и поймал себя на мысли о том, насколько все же хочется узнать, какова эта кожа на вкус. Северус потерся подбородком о руку господина, коснулся и слегка прихватил губами косточку указательного пальца, нерешительно поднимая взгляд на Волдеморта. Снейп чувствовал, как горят щеки, и хотел провалиться сквозь землю от смущения, замечая, что выражение лица Темного Лорда остается привычно холодным.

Что если он все неправильно понял, если благодарность была всего лишь благодарностью, а все остальное он придумал сам?

Волдеморт с нажимом провел по ключице и сомкнул пальцы на шее Снейпа, у которого в то же мгновение перехватило дыхание от привкуса опасности и от того, что зельевар осознавал: сейчас Лорд чувствует это бешеное сердцебиение и понимает его причины. Северусу стало невыносимо жарко, однако о том, чтобы дергаться под гипнотизирующим взглядом, не было и речи, к тому же, на предпочтительность неподвижности намекала стальная хватка, сжимающая горло. Волдеморт одним змеиным движением скользнул ближе, и Снейп оказался вжат в спинку дивана. Он почувствовал, как сильное, гибкое тело прижимается к нему грудью, как отпускает шею и скользит к воротнику бледная рука, как она расстегивает пару пуговиц и с тихим шорохом оказывается под рубашкой, холодит грудь. Лорд дышал размерено, ненамного глубже обычного, однако сердце Северуса замерло, когда он почувствовал дыхание повелителя, касающееся его щеки.