Фандом: Гарри Поттер. Гермионе Грейнджер пришлось назваться женой Северуса Снейпа. Страшнее ничего не может быть? Еще как может, ибо это означает, что она уже попала в группу риска и всё только начинается.
Добавить в моё избранное
187 мин, 3 сек 19927
Что опять не так? Обед сейчас принесут, — подняв на нее тяжелый взгляд, проговорил он.
Она молчала. Что она могла сказать? Что она отдала бы все на свете, чтобы только никогда его не встречать? Что ей страшно и тоскливо? Что она до безумия волнуется за Рона и Джеймса, а ее сердце рвется на части от невозможности быть сейчас рядом с сыном?
Слезы навернулись у нее на глаза, и она отвернулась проморгаться. Еще не хватало, чтобы он это заметил — похоже, он ее и так принимает за плаксивую истеричку со склочным характером. С него станется успокоить ее каким-нибудь заклинанием, чтобы не мешала.
— Гр-рейнджер, — раздалось у нее над головой, — посмотрите на меня. Ну! — рявкнул он, не дождавшись реакции на свои слова.
Нехотя подняв голову, она с вызовом посмотрела на него.
— Вы мне надоели, Грейнджер. Вы просто непроходимая тупица, знаете об этом? Нам еще работать вместе Мерлин знает сколько времени, а вы уже превратились в моральную развалину. Где боевой задор, Грейнджер?
— Что? — она недоуменно посмотрела на этого совершенно непоследовательного человека. — Какой задор? Может, мне еще спеть и сплясать для вашего увеселения?
— Знаете, — он наклонился, опершись на стол позади Гермионы, и она оказалась в кольце его рук, — вы ведь сейчас являетесь моей полной и безраздельной собственностью, Грейнжер, — выдохнул Снейп ей в лицо.
Внутри у нее что-то сжалось. Она заставила себя сидеть ровно и смотреть ему прямо в глаза.
— А я всегда очень бережно обходился со своей собственностью — так она дольше прослужит, — прошептал он. — Что вы хотите, Грейнджер? Вашу дурацкую книгу? Справочник? Или изысканный десерт? Вина? А может быть, вы жаждете выйти отсюда? На… свежий воздух? Мне организовать для вас прогулку по саду? В обществе Нотта или Макнейра? И Жоржианну позовем для компании! Здесь жутко красивый сад — от него все в восторге, даже крысы пищат от удовольствия. Или дать вам возможность проведать вашего приятеля-Уизли, чтобы вы порыдали на его могучей груди? Джеймс? Вы хотите увидеть Джеймса, Грейнджер?
Она опустила было взгляд, но он не дал ей этого сделать:
— Смотрите на меня, Грейнджер! — скомандовал Снейп.
Гермиона сжала кулаки и невидящим взглядом уставилась прямо перед собой.
— Вы хотите повидать сына, Грейнджер? Вполне естественное желание. Хотя с вашим образом жизни я вообще не понимаю, зачем вы заводили ребенка и откуда взялся этот ваш пресловутый материнский инстинкт, — он шептал, почти касаясь ее уха губами. — Но ведь мне тоже что-то причитается, Грейнджер? За мою доброту?
Она почувствовала, как его губы легко коснулись мочки уха, потом шеи… Гермиона зажмурилась и, сцепив зубы, изо всех сил попыталась не закричать. Его руки двинулись вверх по предплечьям, пока не достигли шеи. Он провел кончиками пальцев вдоль ошейника и погладил затылок. Ее тело покрылось мурашками. Потом нащупал шпильки, которыми она скрепляла пучок, осторожно их вытащил, аккуратно складывая на стол, и волосы тяжелой волной рассыпались по ее плечам. Он провел тыльной стороной ладони по ее щеке, коснулся большим пальцем губы и поцеловал. Настойчивый и властный поцелуй смял ее рот, не давая ни единого шанса на спасение.
Внезапно Снейп подхватил ее, прижимая к себе. Она почувствовала, как его ладонь спускается ниже. Он приподнял ее за бедро и подсадил на стол. Гермиона охнула от неожиданности, и язык Снейпа ворвался в ее рот. Снейп стоял у нее между ног, одной рукой стискивая бедро, а другой крепко держа за голову, зарывшись пальцами в волосы, не позволяя вырваться.
Но она и не вырывалась. Слезы катились у нее из глаз. Руки висели словно плети. Гермиона позволяла Снейпу целовать ее шею, забраться руками под футболку… У нее было ощущение, что все это происходит не с ней. Это не ее сейчас разложили на столе, словно не раз пользованную шлюху, и собираются… Она почувствовала тепло его пальцев на груди. Он отогнул чашечку бюстгальтера и осторожно коснулся вершины соска. Она уже лежала на столе, а он, задрав футболку ей на голову и полностью стянув вниз бюстгальтер, лихорадочно покрывал поцелуями ее грудь, втягивая в рот моментально набухшие соски. Снейп терся об нее бедрами, и даже сквозь джинсы она чувствовала его возбуждение и готовность.
Короткое сдавленное рыдание сотрясло ее тело. Снейп замер. Еще пару минут он приводил в порядок дыхание, затем отстранился, поднял бретельки бюстгальтера на место, одернул футболку, спустил Гермиону со стола на пол, достал безукоризненно-чистый носовой платок и протянул ей.
— Утритесь, Грейнджер, — лицо его было невозмутимо, а одежда в полном порядке, словно не он только что почти взял ее прямо на лабораторном столе. Губы Гермионы дрожали, так же как и рука, которой она взяла платок. — Хоть сейчас вы наконец-то усвоили урок?
— Урок? — прошептала она.
Ей казалось, что она бредит.
Она молчала. Что она могла сказать? Что она отдала бы все на свете, чтобы только никогда его не встречать? Что ей страшно и тоскливо? Что она до безумия волнуется за Рона и Джеймса, а ее сердце рвется на части от невозможности быть сейчас рядом с сыном?
Слезы навернулись у нее на глаза, и она отвернулась проморгаться. Еще не хватало, чтобы он это заметил — похоже, он ее и так принимает за плаксивую истеричку со склочным характером. С него станется успокоить ее каким-нибудь заклинанием, чтобы не мешала.
— Гр-рейнджер, — раздалось у нее над головой, — посмотрите на меня. Ну! — рявкнул он, не дождавшись реакции на свои слова.
Нехотя подняв голову, она с вызовом посмотрела на него.
— Вы мне надоели, Грейнджер. Вы просто непроходимая тупица, знаете об этом? Нам еще работать вместе Мерлин знает сколько времени, а вы уже превратились в моральную развалину. Где боевой задор, Грейнджер?
— Что? — она недоуменно посмотрела на этого совершенно непоследовательного человека. — Какой задор? Может, мне еще спеть и сплясать для вашего увеселения?
— Знаете, — он наклонился, опершись на стол позади Гермионы, и она оказалась в кольце его рук, — вы ведь сейчас являетесь моей полной и безраздельной собственностью, Грейнжер, — выдохнул Снейп ей в лицо.
Внутри у нее что-то сжалось. Она заставила себя сидеть ровно и смотреть ему прямо в глаза.
— А я всегда очень бережно обходился со своей собственностью — так она дольше прослужит, — прошептал он. — Что вы хотите, Грейнджер? Вашу дурацкую книгу? Справочник? Или изысканный десерт? Вина? А может быть, вы жаждете выйти отсюда? На… свежий воздух? Мне организовать для вас прогулку по саду? В обществе Нотта или Макнейра? И Жоржианну позовем для компании! Здесь жутко красивый сад — от него все в восторге, даже крысы пищат от удовольствия. Или дать вам возможность проведать вашего приятеля-Уизли, чтобы вы порыдали на его могучей груди? Джеймс? Вы хотите увидеть Джеймса, Грейнджер?
Она опустила было взгляд, но он не дал ей этого сделать:
— Смотрите на меня, Грейнджер! — скомандовал Снейп.
Гермиона сжала кулаки и невидящим взглядом уставилась прямо перед собой.
— Вы хотите повидать сына, Грейнджер? Вполне естественное желание. Хотя с вашим образом жизни я вообще не понимаю, зачем вы заводили ребенка и откуда взялся этот ваш пресловутый материнский инстинкт, — он шептал, почти касаясь ее уха губами. — Но ведь мне тоже что-то причитается, Грейнджер? За мою доброту?
Она почувствовала, как его губы легко коснулись мочки уха, потом шеи… Гермиона зажмурилась и, сцепив зубы, изо всех сил попыталась не закричать. Его руки двинулись вверх по предплечьям, пока не достигли шеи. Он провел кончиками пальцев вдоль ошейника и погладил затылок. Ее тело покрылось мурашками. Потом нащупал шпильки, которыми она скрепляла пучок, осторожно их вытащил, аккуратно складывая на стол, и волосы тяжелой волной рассыпались по ее плечам. Он провел тыльной стороной ладони по ее щеке, коснулся большим пальцем губы и поцеловал. Настойчивый и властный поцелуй смял ее рот, не давая ни единого шанса на спасение.
Внезапно Снейп подхватил ее, прижимая к себе. Она почувствовала, как его ладонь спускается ниже. Он приподнял ее за бедро и подсадил на стол. Гермиона охнула от неожиданности, и язык Снейпа ворвался в ее рот. Снейп стоял у нее между ног, одной рукой стискивая бедро, а другой крепко держа за голову, зарывшись пальцами в волосы, не позволяя вырваться.
Но она и не вырывалась. Слезы катились у нее из глаз. Руки висели словно плети. Гермиона позволяла Снейпу целовать ее шею, забраться руками под футболку… У нее было ощущение, что все это происходит не с ней. Это не ее сейчас разложили на столе, словно не раз пользованную шлюху, и собираются… Она почувствовала тепло его пальцев на груди. Он отогнул чашечку бюстгальтера и осторожно коснулся вершины соска. Она уже лежала на столе, а он, задрав футболку ей на голову и полностью стянув вниз бюстгальтер, лихорадочно покрывал поцелуями ее грудь, втягивая в рот моментально набухшие соски. Снейп терся об нее бедрами, и даже сквозь джинсы она чувствовала его возбуждение и готовность.
Короткое сдавленное рыдание сотрясло ее тело. Снейп замер. Еще пару минут он приводил в порядок дыхание, затем отстранился, поднял бретельки бюстгальтера на место, одернул футболку, спустил Гермиону со стола на пол, достал безукоризненно-чистый носовой платок и протянул ей.
— Утритесь, Грейнджер, — лицо его было невозмутимо, а одежда в полном порядке, словно не он только что почти взял ее прямо на лабораторном столе. Губы Гермионы дрожали, так же как и рука, которой она взяла платок. — Хоть сейчас вы наконец-то усвоили урок?
— Урок? — прошептала она.
Ей казалось, что она бредит.
Страница 25 из 55
