Фандом: Гарри Поттер. Гермионе Грейнджер пришлось назваться женой Северуса Снейпа. Страшнее ничего не может быть? Еще как может, ибо это означает, что она уже попала в группу риска и всё только начинается.
Добавить в моё избранное
187 мин, 3 сек 19945
— прошептал он.
— Здесь, — с горечью ответила Гермиона, беря его под руку и подводя к краю границы зоны действия Озера. И сама вздрогнула — голос ее, усиленный заклинанием, громыхнул, вспугнув птиц, расположившихся на соседнем кусте.
Он стоял, доверчиво вложив свою ладонь в ее, и с какой-то детской непосредственностью рассматривал траву под ногами. Лицо его разгладилось, и он несмело улыбнулся. Гермионе захотелось его стукнуть — ей совершенно не нравилось видеть его таким. Словно в замочную скважину подглядела. Но буквально через минуту взгляд Снейпа остекленел, а выражение лица стало совершенно бессмысленным.
Гермиона вздохнула, развернула его в сторону озера, дала в руку фляжку, на всякий случай примотав ее к его руке носовым платком, и скомандовала:
— Идите вперед!
И он пошел. Он шел, спотыкаясь и постоянно останавливаясь. Гермиона надрывалась, постепенно стравливая веревку. Мерлин, ну что за дурацкая затея? Кто вообще составляет такие планы с бухты барахты? Ей казалось, что ничего не получится. Он не дойдет. Она не докричится. Сила озера возьмет свое, и он забудет то, что еще не забыл. Но он шел и шел, с трудом переставляя ноги, подчиняясь командам. И когда он упал у самой кромки воды, Гермионе показалось, что сердце выпрыгнуло у нее из груди. Она орала, размахивая руками, падала на колени, умоляя, обзывая и ругаясь, как портовый грузчик. Неизвестно, что именно на него подействовало стимулирующее, но он пополз. И даже опустил руку с фляжкой в озеро. На этом силы его, похоже иссякли, и Снейп замер, распластавшись на голой безжизненной земле.
Гермиона истошно закричала. Вопль ее, казалось, разлетелся на много миль вокруг, проносясь среди деревьев, вспугивая зверей и птиц.
Она дергала за веревку, звала его, снова умоляя и приказывая. Бесполезность воплей Гермиона осознала не сразу. Вытерла пот со лба, отдышалась, переводя дух, а потом устремилась к окраине леса. Выбрала ближайшее дерево и завела за его ствол веревку. Уперлась ногой и дернула. Еще! Еще! Она упиралась в ствол обеими ногами, используя свое тело в качестве рычага. Она наматывала веревку на запястья, чтобы она не скользила, но уже через несколько минут кровавые следы избороздили ее руки. Мгновенно вспухшие на ладонях мозоли лопнули, и кровавые ошметки кожи остались на веревке. Гермиона разорвала футболку и кое-как перетянула запястья и ладони. Она выбивалась из последних сил, чувствуя, что их не хватит, чтобы вытащить Снейпа.
«И — р-раз! И — р-раз! И — сволочь! И — р-раз! И — гад! И — р-раз! Я! Е-го! У-бью! И — р-раз! И — р-раз! И — р-раз! Вот! Толь-ко! До-тащу! И-и! У-бью! Сов-сем! И — р-раз! И — р-раз!»
Пот смешивался со слезами, застилая глаза. Она не чувствовала рук, ноги дрожали от напряжения, а спину ломило так, что Гермиона уже не могла полностью разогнуться. Она не поняла, когда потеряла сознание и сколько пробыла в забытьи. Очнувшись, приподнялась на локтях, застонав от боли, что пронзила ее тело. Гермиона побоялась смотреть на руки, которые ощущались, как один большой оголенный нерв, и перевела плохо фокусировавшийся взгляд в сторону озера. Она сделала это. Она все-таки это сделала! Гермиона бессильно упала лицом в траву.
Собравшись с силами, она поползла в сторону Снейпа. Он лежал на самом краю проплешины, напоминая сломанного Пьеро: длинные, грязные спутанные волосы, упавшие на лицо с заострившимися чертами, бессильно раскинутые руки, к одной из которых была примотана металлическая фляжка.
Каждое движение давалось ей с трудом. Ее уже не смущало, что каждый стон гулким эхом отдавался среди деревьев. Она доползла и кое-как поднялась на колени, опираясь о неподвижное тело Снейпа. Она протянула руку к его шее, чтобы пощупать пульс и тихо заскулила от ужаса: пальцы ее распухли и посинели из-за лопнувших под кожей сосудов, а импровизированные повязки насквозь промокли от крови. Застонав, Гермиона наклонилась и прикоснулась к шее Снейпа губами. Она уже почти отчаялась что-то почувствовать, когда жилка под ее губами дрогнула.
Гермиона старалась не смотреть на его разодранное лицо. Стиснув зубы, попробовала слегка сдвинуть Снейпа, чтобы забраться в карман порванного и грязного сюртука. Распухшие пальцы не слушались, и лишь с четвертой попытки ей удалось попасть к нему в карман. Карман оказался как карман и даже пустой. Гермиона беззвучно заплакала: этот… этот… эта сволочь зачаровала свои карманы под себя!
— С-снейп! — заорала она, и изо всей силы ударила его по груди, не обращая внимания на боль. Скорее, эта боль и подстегнула ее ярость, красной пеленой застилавшую глаза. — Какого хрена, Снейп! Ты не сдохнешь вот так просто! Ты не можешь! Ты — гребаный Темный Властелин! Сволочь! Как ты мог?! Ты ни хрена не понимаешь в своих хреновых зельях, Снейп!
Она долго кричала что-то еще — такое же бессмысленное и злое — пока, наконец, полностью обессилев, не рухнула на него сверху.
— Здесь, — с горечью ответила Гермиона, беря его под руку и подводя к краю границы зоны действия Озера. И сама вздрогнула — голос ее, усиленный заклинанием, громыхнул, вспугнув птиц, расположившихся на соседнем кусте.
Он стоял, доверчиво вложив свою ладонь в ее, и с какой-то детской непосредственностью рассматривал траву под ногами. Лицо его разгладилось, и он несмело улыбнулся. Гермионе захотелось его стукнуть — ей совершенно не нравилось видеть его таким. Словно в замочную скважину подглядела. Но буквально через минуту взгляд Снейпа остекленел, а выражение лица стало совершенно бессмысленным.
Гермиона вздохнула, развернула его в сторону озера, дала в руку фляжку, на всякий случай примотав ее к его руке носовым платком, и скомандовала:
— Идите вперед!
И он пошел. Он шел, спотыкаясь и постоянно останавливаясь. Гермиона надрывалась, постепенно стравливая веревку. Мерлин, ну что за дурацкая затея? Кто вообще составляет такие планы с бухты барахты? Ей казалось, что ничего не получится. Он не дойдет. Она не докричится. Сила озера возьмет свое, и он забудет то, что еще не забыл. Но он шел и шел, с трудом переставляя ноги, подчиняясь командам. И когда он упал у самой кромки воды, Гермионе показалось, что сердце выпрыгнуло у нее из груди. Она орала, размахивая руками, падала на колени, умоляя, обзывая и ругаясь, как портовый грузчик. Неизвестно, что именно на него подействовало стимулирующее, но он пополз. И даже опустил руку с фляжкой в озеро. На этом силы его, похоже иссякли, и Снейп замер, распластавшись на голой безжизненной земле.
Гермиона истошно закричала. Вопль ее, казалось, разлетелся на много миль вокруг, проносясь среди деревьев, вспугивая зверей и птиц.
Она дергала за веревку, звала его, снова умоляя и приказывая. Бесполезность воплей Гермиона осознала не сразу. Вытерла пот со лба, отдышалась, переводя дух, а потом устремилась к окраине леса. Выбрала ближайшее дерево и завела за его ствол веревку. Уперлась ногой и дернула. Еще! Еще! Она упиралась в ствол обеими ногами, используя свое тело в качестве рычага. Она наматывала веревку на запястья, чтобы она не скользила, но уже через несколько минут кровавые следы избороздили ее руки. Мгновенно вспухшие на ладонях мозоли лопнули, и кровавые ошметки кожи остались на веревке. Гермиона разорвала футболку и кое-как перетянула запястья и ладони. Она выбивалась из последних сил, чувствуя, что их не хватит, чтобы вытащить Снейпа.
«И — р-раз! И — р-раз! И — сволочь! И — р-раз! И — гад! И — р-раз! Я! Е-го! У-бью! И — р-раз! И — р-раз! И — р-раз! Вот! Толь-ко! До-тащу! И-и! У-бью! Сов-сем! И — р-раз! И — р-раз!»
Пот смешивался со слезами, застилая глаза. Она не чувствовала рук, ноги дрожали от напряжения, а спину ломило так, что Гермиона уже не могла полностью разогнуться. Она не поняла, когда потеряла сознание и сколько пробыла в забытьи. Очнувшись, приподнялась на локтях, застонав от боли, что пронзила ее тело. Гермиона побоялась смотреть на руки, которые ощущались, как один большой оголенный нерв, и перевела плохо фокусировавшийся взгляд в сторону озера. Она сделала это. Она все-таки это сделала! Гермиона бессильно упала лицом в траву.
Собравшись с силами, она поползла в сторону Снейпа. Он лежал на самом краю проплешины, напоминая сломанного Пьеро: длинные, грязные спутанные волосы, упавшие на лицо с заострившимися чертами, бессильно раскинутые руки, к одной из которых была примотана металлическая фляжка.
Каждое движение давалось ей с трудом. Ее уже не смущало, что каждый стон гулким эхом отдавался среди деревьев. Она доползла и кое-как поднялась на колени, опираясь о неподвижное тело Снейпа. Она протянула руку к его шее, чтобы пощупать пульс и тихо заскулила от ужаса: пальцы ее распухли и посинели из-за лопнувших под кожей сосудов, а импровизированные повязки насквозь промокли от крови. Застонав, Гермиона наклонилась и прикоснулась к шее Снейпа губами. Она уже почти отчаялась что-то почувствовать, когда жилка под ее губами дрогнула.
Гермиона старалась не смотреть на его разодранное лицо. Стиснув зубы, попробовала слегка сдвинуть Снейпа, чтобы забраться в карман порванного и грязного сюртука. Распухшие пальцы не слушались, и лишь с четвертой попытки ей удалось попасть к нему в карман. Карман оказался как карман и даже пустой. Гермиона беззвучно заплакала: этот… этот… эта сволочь зачаровала свои карманы под себя!
— С-снейп! — заорала она, и изо всей силы ударила его по груди, не обращая внимания на боль. Скорее, эта боль и подстегнула ее ярость, красной пеленой застилавшую глаза. — Какого хрена, Снейп! Ты не сдохнешь вот так просто! Ты не можешь! Ты — гребаный Темный Властелин! Сволочь! Как ты мог?! Ты ни хрена не понимаешь в своих хреновых зельях, Снейп!
Она долго кричала что-то еще — такое же бессмысленное и злое — пока, наконец, полностью обессилев, не рухнула на него сверху.
Страница 38 из 55
