Тёмная сторона луны

— Подстрахуешь, если что? — попросил Поттер. — Я уйду перед обедом и уже допоздна. Но к возвращению Причарда и Винда я успею — может, даже и перехвачу их по дороге.

— В министерстве тихо, словно вчера было Рождество, — заметил Робардс, и у Гарри возникло стойкое, хотя и ни на чём не основанное ощущение, что тот знает, что Винд отнюдь не в Азкабане. — Полагаю, половина готовится к завтрашнему суду, а вторая старается не попадаться первой на глаза.

— И я не могу их осудить, — улыбнулся Поттер. — Когда всё закончится, я обещаю каждому из вас по внеочередной недели отпуска. И начнём с тебя.

— Ну уж нет, — покачал головой Робардс. — Я предпочитаю бархатный сезон. Начать надо с Кута — пока он тут ещё работает, пускай успеет отдохнуть за министерский счёт. Потом молодёжь, да и себя тоже не забудь — и как раз придёт сентябрь, и вот тут-то я вас ненадолго и покину, — потёр он руки.

— Как прикажет господин, — тоненьким голосом пропищал Поттер, имитируя голос эльфа, и сделал несколько быстрых и глубоких поклонов. — Пойду к Бирну, — сказал он уже нормально и, махнув Робардсу рукой, ушёл.

Глава 63

Едва Поттер вошёл в допросную, Бирн, расхаживавший по ней взад-вперёд, остановился и выдохнул:

— Здравствуйте.

— Добрый день, — Поттер улыбнулся ему вполне приветливо. — Долго ждали?

— С полдевятого, — Бирн улыбнулся одними губами, явно стараясь выглядеть любезным, но его взгляд был ищущим и тревожным. — Вы занятой человек. Я понимаю.

— Я вас слушаю, — Поттер сел за стол и вежливым жестом предложил Бирну стул напротив.

Тот сел, опустив руки на колени, и взволнованно сплёл пальцы. Хрустнул ими, сжал руки добела, облизнул губы и сказал с тем выражением, с которым на важном экзамене признаются в незнании ответа:

— Я из Билле Мёдба. Вырос там…

И замолчал.

— Понятно, — сказал Поттер с всем возможным дружелюбием и спокойствием. — Продолжайте.

— Я… Я понимаю, кем вы считаете нас, — проговорил Бирн, вновь хрустнув пальцами. — И, может, вы не так и не правы. Хотя вы всё равно не поймёте, — он мотнул головой. Помолчал несколько секунд, выдохнул коротко и сильно и продолжил: — Мы семья. Все. И те, кто ушёл.

Он опять замолчал, глядя куда-то мимо Поттера, и тот решил немного ему помочь, сказав тепло и мягко:

— Я понимаю. У вас не было иной семьи.

— У меня была. Когда-то, — возразил Бирн. — Хотя я её не помню. Помню только, что была. И сейчас есть. Другая уже. Своя, — он вновь облизнул губы и замолчал.

— Я посмотрел ваше дело, — поддержал его Поттер. — Вы женаты три с половиной года, вашему сыну уже почти три, а полтора месяца назад у вас родилась дочь.

— Я прежде не думал, — проговорил Бирн, опять хрустнув пальцами, — каково моим родителям. До сих пор, наверное. Я не помню, кто они. Видимо, магглорождённые — к нам редко брали детей волшебников.

— Если вы хотите, — сказал Поттер, — можно поднять все дела о пропавших детях подходящего возраста. По крайней мере среди волшебников. В принципе, мы можем попытаться связаться с магглами и поискать там, — предложил он. — Может быть, вам повезёт.

— Думаете? — Бирн впервые с тех пор, как заговорил, поглядел на Поттера.

— Да, это вполне реально, — подтвердил тот. — Вам нужно будет написать заявление, и мы займёмся этим.

— Я напишу, — кивнул Бирн — и снова замолчал.

Поттер его не торопил — сидел на своём стуле и смотрел почти что на него, слегка рассеивая взгляд и сохраняя на лице доброжелательно-вопросительное выражение. Они просидели так, наверно, с полминуты, когда Бирн всё-таки продолжил:

— Я хочу растить своих детей. Хочу видеть, какими они станут. Вы ведь сам отец — вы понимаете.

— Да, — кивнул Поттер. — Это я прекрасно понимаю.

— Я люблю жену, — сказал Бирн, разглядывая свои стиснутые руки. — Люблю свою семью. Нынешнюю семью. Вы… вы уничтожили ту, что у меня была, но… но я вас тоже понимаю. Понял, — он поднял было голову, но сразу передумал и опустил взгляд. — Меня попросили сделать кое-что, — сказал он. — В первый раз я сделал. Но сейчас… — он качнул головой и замолчал. Поттер тоже ничего не говорил, и после некоторой паузы Бирн продолжил — на его бледном сейчас лице постепенно стали проступать красные пятна, как бывает в моменты напряжения или неловкости. — В прошлый раз это, по крайней мере, никому не должно было навредить. По крайней мере, больше никому. Но сейчас… я не готов. Я не хочу.

— Расскажите мне, о чём вас попросили, — мягко предложил Поттер.

— Да, я… расскажу. Конечно, — Бирн сделал очень долгий вдох, а затем — выдох. Его пальцы снова хрустнули — словно его это успокаивало. — Меня попросили убить Винда и… — он запнулся, хотя слова про убийства прозвучали гладко, — Данн и Спука.

— Зачем? — Поттер даже не стал скрывать удивление.