Тёмная сторона луны

Ну возненавидели бы вы магглов — разве это привело бы вот к такому нападению? Нет, господа, тут другое… а вот что другое — надо посмотреть. Я вижу несколько путей — и не знаю, какой был использован.

— Но раз воля была свободна, — медленно проговорил Скабиор, — во всём этом смысла нет. Мало ли, кто чего хочет. Это меня не оправдывает.

— Смотря как хотеть, — возразил Мальсибер. — Некоторые желания в буквальном смысле могут и с ума свести — особенно если они чужды вашей природе. Полагаю, тут произошло что-то подобное… но всё это лишь предположения. Мне нужно время. И при этом я вам не могу дать никаких гарантий в исходе дела.

— Я подумаю, — твёрдо сказал Поттер. — А пока что провожу вас — или, может быть, позвать целителя? — спросил он, внимательно оглядывая бледного даже под своим густым загаром Мальсибера.

— Нет, мне просто нужно отлежаться, — возразил тот, поднимаясь. — Это отнимает много сил — и я всё же никогда не занимался этим профессионально. Мистер Винд, — настойчиво проговорил он, — я уверен: в том, что вы сделали, вашей вины нет. Свободная воля — это далеко не панацея и вовсе не гарантия чего-либо. Поверьте человеку, который много лет работает с человеческими страстями и желаниями.

— Я так не считаю, — резко возразил Скабиор. — Я осознавал, что делаю. Этого достаточно.

— Да нет же, — в голосе Мальсибера прозвучало нетерпение. — Любого человека можно вынудить сделать нечто против его принципов — если знать, как именно.

— Особенно полуживотное вроде меня? — как ни странно, в голосе Скабиора не было обычной при таких его словах ярости или издёвки.

— Нет, не думаю, что это важно. Я сказал бы, здесь важнее темперамент: чем он горячее, тем больше возможностей. Но это вещь врождённая, и винить за неё нельзя. Я вам объясню всё — если вы сумеете… — Мальсибер обернулся к Поттеру.

— Я подумаю, — повторил он. — А теперь идёмте — а вас, Кристиан, я очень прошу: не делайте, пожалуйста, непоправимого, — добавил он негромко.

— Я хотел, — признал вдруг тот. — Но потом подумал, что, пожалуй, не имею права делать это до суда. Потом, — он сделал неопределённый жест рукой. — В Азкабане.

— Договорились, — Поттер протянул ему руку, но Скабиор никак не среагировал.

…Проводив Мальсибера, Поттер вернулся в аврорат — и как раз успел к началу рабочего дня. Решение, пришедшее ему в голову ещё в камере, чем дальше, тем больше казалось ему, с одной стороны, безумным и опасным, а с другой — единственно возможным. Нет, не выйдет по-другому — но и шанс он упустить не мог. Да, Мальсибер дал подсказку, где и что искать — но поди найди ещё одного специалиста в такой сфере, как желания. Нет, нельзя так рисковать. Этот шанс — единственный.

Но вот только…

— Арвид, — Поттер подошёл к что-то пишущему за столом Долишу, — зайдите ко мне с Джоном, когда сможете.

— Что-нибудь ещё случилось? — тихо спросил тот.

— Плохого ничего, — постарался успокоить его Поттер. — Просто загляните ко мне в кабинет. Грэм! — окликнул он вошедшего в комнату Причарда. — Загляни ко мне сейчас.

Тот молча развернулся и исчез за дверью. Поттер последовал за ним — и, едва они оказались в кабинете главного аврора, Причард развернулся и спросил:

— Я так понимаю, ты что-то всё-таки придумал?

— В некотором роде да, — задумчиво проговорил Гарри. — Тебе не понравится то, что я скажу — но я знаю, что Винд не виновен. Теперь действительно знаю.

— Объективно это хорошо, — сказал Причард. — Всем нам проблем меньше. Хотя субъективно жаль — я бы с радостью всё же засадил его, — добавил он шутливо. — Но скажи мне — с каких пор меня расстраивало оправдание невиновных? — спросил удивлённо он. — Ты мне объяснишь сейчас, или я всё узнаю на суде? Вместе с остальными?

— Объясню, — Гарри сел на диван и сделал Причарду знак располагаться, где захочется, и тот немедленно оседлал один из стульев, опустив подбородок на сцепленные пальцы. — Утром я сюда привёл одного специалиста — иностранца. Он помог когда-то нам договориться с дементорами — с тех пор связь с ним и осталась. Он прекрасный менталист — но он не просто менталист. Он работает… иначе.

Причард слушал, не перебивая — а когда Поттер замолчал, сказал:

— Не уверен, что Визенгамот проникнется. Но, бесспорно, это всё меняет.

— Ему нужно время подготовиться к процессу, — сказал Поттер. — И потом, у него сейчас свои дела, которые он не может просто взять — и бросить. Две недели. Как ты полагаешь, сможем оттянуть?

— Это ты скажи мне, — Причард, кажется, о чём-то напряжённо думал.

— Меня дёргают, — признался Поттер. — Торопят — сегодня речь вообще зашла о ближайшем понедельнике как дне суда. И вот что я подумал, — он подался к Причарду. — Я пообещаю им зрелищный процесс — но скажу, что для этого обвиняемого следует сломить, чему поможет подержать его немного в Азкабане.