Тёмная сторона луны

встречах. Он должен встретиться ещё и с Уильямсоном — если тот того захочет, разумеется. Потому что, если нет — у него даже не будет шанса попытаться убедить его. Леопольд был готов на что угодно — да хоть принести Непреложный Обет в том, что больше никогда не прикоснётся не то что к Феликс Фелицис, но вообще ни к чему подобному. Если Уильямсон захочет — даже к алкоголю: всё-таки зависимость есть зависимость, и он поймёт подобную предосторожность. Мерлин, если это выйдет… Академия — не аврорат, конечно, но, с другой стороны, в аврорат ему не вернуться никогда, а тут он сможет быть действительно полезен. Он ведь многое умеет — да почти вся работа их отдела и была работой с теми самыми материальными уликами! Он ведь помнит всё — или почти всё, но ведь вспомнить же недолго! Он сумеет — да он будет сутками сидеть над книгами и над конспектами, но он станет лучшим… нет. Не лучшим, оборвал он сам себя. Просто хорошим преподавателем — этого вполне достаточно. Лучшим он уже пытался стать однажды — и чем это кончилось? И вообще, он зря сейчас об этом думает: ничего ещё не то что не решено, но даже не предложено. Он даже с Поттером ещё не говорил — а ведь Мерлин знает, как этот разговор пройдёт… и, кстати, где. Где с ним разговаривать?

— Лей! — позвал он и спросил, когда она, проснувшись, посмотрела на него. — Я позвал бы Поттера сюда — если ты не против. Но мы можем посидеть и в баре, если хочешь, — возбуждённо сказал он.

— Что ты, нет, зачем? — она улыбнулась в предрассветном сумраке. — Позови его сюда, конечно… мне даже интересно, — она снова улыбнулась. — Я живьём его не видела ни разу.

— Ну посмотришь, — усмехнулся Леопольд, закрывая глаза и устраиваясь поудобнее. — Он тебе, возможно, даже и понравится… он обаятельный.

— Ты лучше, — ответила она — и он против воли улыбнулся, думая о том, что, пока он это слышит от неё, он вынесет всё, что угодно.

Она — его щит и его жизнь, и, пока она рядом, он неуязвим.

Глава 24

Гвеннит нервно мерила ногами гостиную, то и дело глядя на часы. Половина её обеденного перерыва уже прошла, и, хотя в архиве никто бы не сказал ей ни слова, опоздай она ещё на час, Гвеннит нервничала. Однако же, едва минутная стрелка коснулась вершины шестёрки, камин вспыхнул зеленью, выпуская в комнату известную всей Британии Риту Скитер, одетую сейчас в ярко-красный шёлковый костюм.

— Спасибо, что пришли, — сказала Гвеннит, подходя к ней и протягивая руку.

— Не за что, — отозвалась та, отвечая на рукопожатие. — Чем могу, как говорится?

— Я хотела… — Гвеннит запнулась, закусила нижнюю губу и мотнула головой. — Вы извините, — попросила она. Скитер отмахнулась, и Гвеннит продолжила: — Я волнуюсь просто… Я хотела поговорить с вами о Кристиане. О том, что с ним случилось. Я не верю, что он сделал это сам! — она заглянула в глаза Скитер, и та кивнула:

— Я не верю тоже. Но авроры так считают.

— Они… они тоже не уверены, что всё так просто, — решительно сказала Гвеннит. Сердце замерло от страха — она прекрасно понимала, что если ошиблась и переоценила крепость связывавшей эту женщину и её отца связи, то сейчас сама может уничтожить тот крохотный шанс, что дал тому Поттер.

— Вот как? — Скитер очень внимательно оглядела Гвеннит и протянула понимающе: — Так вот что это такое было… Мерлин мой, какие идиоты.

— Кто? — спросила Гвеннит с жадностью.

— Авроры, — Скитер покачала головой. — Но кто ж знал. Расскажите мне, что знаете, — попросила она, но Гвеннит покачала головой:

— Я больше ничего не знаю! Мне не говорят… знаю только, что мистер Поттер тоже думает, что Крис не мог такое сделать. Только доказать не может. Я подумала — вдруг вы что-то знаете и сможете помочь?

— Вы удивитесь, моя милая, сколько раз мне приходилось играть на стороне аврората, — сказала Скитер. — Правда, это было так давно, что я сама уже почти не помню… но, возможно, пришло время стряхнуть пыль с этих воспоминаний. Вот что, — она широко заулыбалась. — В мои добрые намерения Поттер не поверит — расскажите-ка ему, что у вас есть способ надавить на меня и заставить писать то, что надо.

— Он же спросит, какой именно, — неуверенно запротестовала Гвеннит.

— Спросит, — согласилась Скитер. — А вы скажете, что ни за что бы не решились на шантаж, если бы не ваш отец, и намереваетесь честно выполнить свою часть сделки — и поэтому не можете сказать. Это Поттер — он не станет принуждать и мучить вас.

— Ну, наверное, не станет, — согласилась Гвеннит. — И что дальше?

— А дальше мы с ним побеседуем и заключим временный союз, — Скитер подмигнула ей. — Я хотела бы, чтобы ваш отец вышел из этой дикой истории без потерь — и я сделаю всё, что могу. Но для этого придётся Поттеру соврать — вы сумеете?

— Сумею, — улыбнулась Гвеннит и снова протянула Скитер руку. — Спасибо вам.