Тёмная сторона луны

— Это вам спасибо, — та её пожала и, накрыв второй рукой, сказала: — Постарайтесь так не нервничать, вам сейчас это не ко времени. Кое-что я всё-таки могу — что-нибудь придумаем.

— Я вам верю, — Гвеннит улыбнулась быстро и отчаянно, старательно удерживая набегающие на глаза слёзы. — Он не стал бы. Никогда!

— Это вправду очень на Кристиана непохоже, — Скитер погладила её по руке, а затем, выпустив тонкую ладонь, пошла к камину. — Пишите мне, если что-нибудь понадобится. Не стесняйтесь — даже если нужны просто деньги.

— Деньги у нас есть, — вздохнула Гвеннит. — У нас всё есть — помогите Крису!

— Я попробую, — пообещала Скитер и зачерпнула горстью пороха. — Вот что, — она обернулась и пристально посмотрела на Гвеннит. — Вы должны сказать, что говорили со мной дважды: в первый раз — сразу же, когда это случилось, и второй раз вот теперь, потребовав от меня прямого сотрудничества с авроратом. А в первый просто запретили мне писать про Кристиана гадости.

— Зачем? — удивилась Гвеннит.

— Затем, что одна статья уже была — и там… в общем, сделайте, как я сказала. Это важно! — подчеркнула Скитер, и Гвеннит пообещала:

— Хорошо.

Скитер снова взяла порох, бросила его в камин и исчезла в зелёном пламени.

А Гвеннит, наконец, расплакалась. Выплакавшись, она умылась, вытерла лицо, постояла несколько секунд, глядя на себя в зеркало, вытерлась, припудрила лицо — и отправилась в министерство: во-первых, на работу, а во-вторых, чтобы поговорить с Гарри Поттером.

В аврорат её пустили без проблем, так же как и к Поттеру. Правда, вид у того был весьма замученный, и Гвеннит извинилась:

— Я не отвлеку вас сильно — просто я подумала, может, это вам поможет, и вы придумаете, как это использовать.

Она нервничала: когда-то врать она умела хорошо, но это было ещё в старшей школе, да и ложь её бывала специфичной. Но она должна была солгать сейчас так, чтобы ей поверили — и даже хорошо, что она беременна. Может быть, какие-нибудь странности спишут на её состояние…

Поттер выслушал её очень внимательно — а когда она закончила, сказал очень тепло и мягко:

— Я не стану вас расспрашивать, не бойтесь. Вы ведь всё равно мне не расскажете, не так ли?

— Я не могу! — Гвеннит помотала головой.

— Я понимаю. Это благородно — и разумно, — он улыбнулся ей. — Вы уверены, что Скитер не обманет?

— Нет… в смысле я уверена, — сказала Гвеннит очень искренне.

— Вы с ней это обсуждали, — утвердительно сказал Поттер и, когда Гвеннит кивнула, попенял ей мягко: — Вы неосторожны. А если бы она рассердилась и обидела вас?

— Я… — Гвеннит растерялась. — Да, наверное, — сдалась она и пообещала: — Я буду осторожнее. Вам это поможет? То, что я сказала про Скитер? Вы с ней свяжетесь?

— Свяжусь, — пообещал Поттер. — И это нам действительно поможет, — заверил он её и вдруг спросил: — А когда вы с ней об этом говорили?

— Первый раз я ей сразу написала, а второй — сейчас, — сказала, как и обещала, Гвеннит — и увидела, как в глазах Поттера промелькнуло понимание.

— Пожалуйста, будьте в следующий раз поосторожнее! — повторил он.

А, проводив её, задумался.

На первый взгляд, всё складывалось чрезвычайно удачно: в кои-то веки острое перо Скитер можно было использовать в открытую. Опять же, то, что рассказала Гвеннит, объясняло столь несвойственную Скитер деликатность. Но что, если она всё же связана с теми, кто всё это устроил? Да, она, похоже, не готова рисковать и гадости про Винда сейчас писать не станет — но разве это говорит о том, что она не играет за другую сторону? Нет, не говорит — но упускать подобную возможность жалко и нерационально. И потом… в конце концов, они же хотели передать послание организаторам? Так, пожалуй, выйдет даже лучше… но статья не помешает в любом случае.

Поттер взял пергамент и, написав короткую записку, послал за совой.

…Ближе к вечеру сова принесла Поттеру письмо от Эбигейл Коттон. Верней, короткую записку — но её хватило, чтобы он, быстро завершив свои дела, собрался и ушёл, отправившись в «Яблоневый лес».

— Я надеялся, что вы сумеете их убедить, — сказал он встретившей его Коттон. — И вы смогли.

— Я сделала немного, — возразила та. — Они пришли к этому самостоятельно. Они ждут вас — и волнуются. Вы мне обещали, что, если они пойдут на сотрудничество, дело возбуждать не станут.

— Если это будет в моих силах, — напомнил Поттер. Её слова ему совершенно не понравились, но сейчас это значения не имело. Да и когда имело? Даже в детстве это важным не было — глупо начинать теперь.

МакМоахиры ждали его в той же комнате и сидели точно так же: Кайла, Дэнлан, Дэйдре.

— Мы решили, что расскажем вам, что знаем, — заговорила Кайла, едва он вошёл. — Каждый скажет за себя — за всех нас буду говорить я. Если вам нужно записать — пожалуйста.