Тёмная сторона луны

Так почему?

— Потому что я его таким увидел, — сдерживая вздох, ответил — в который уже раз? — Гарри. — Сириус, не только тюрьма меняет человека. Малфои почти всё потеряли после войны — у них остались только деньги. С ними, кажется, никто даже не разговаривал — полагаю, это тоже повод. Сириус, я понимаю, ты считаешь всё это несправедливым — но я не могу… да и не хочу ничего менять. Двадцать лет прошло — сколько можно воевать?

— Ты знаешь, кто такие Лестрейнджи? — помолчав, спросил Сириус. — Знаешь, что они творили? Ладно, пусть Родольфус даже спрятал тогда Невилла — а других? Знаешь, сколько на них крови?

— Знаю, — Гарри сжал в кармане лежащую там картину. — Сириус, я принёс… я хочу тебе кое-что показать. Я оставлю это здесь на какое-то время — если ты захочешь.

— Показывай, — устало и почему-то разочарованно согласился Сириус.

— Давай в комнате, — попросил Гарри — и пошёл за поплётшимся в гостиную Сириусом, уже сам не зная, правильно ли поступает. Вдруг он сделает сейчас только больнее — или вообще начнёт сводить его с ума? Сириус и так порою, как ему казалось, видел в Гарри Джеймса — и что будет, когда у него окажется портрет? С другой стороны, не скрывать же от него такое! Да и Джеймс с Лили о нём спрашивали…

Портрет Гарри поставил на диван — старый и чуть-чуть нелепый, он и выглядел, и был на удивление уютным. Развернув платок, Гарри вынул палочку и, невольно задержав дыхание, вернул картине её истинный размер — и замер, не находя в себе сил посмотреть на Сириуса. Он вообще сейчас остро чувствовал себя здесь лишним — до того, что с трудом удерживался от того, чтоб аппарировать.

— Как? — услышал он хриплый низкий голос Блэка и заставил всё-таки себя глянуть на него. — Откуда?

— Подарили, — Гарри резковато отвернулся от портрета и пошёл к двери. — Я пока его оставлю — после заберу. В выходные. Ты же… ты придёшь? — спросил он безнадёжно — но ответа не услышал. Сириус смотрел на портрет — и, кажется, ничего вокруг уже не слышал, и Гарри, тихо помахав рукой взглянувшей на него матери, вышел — а затем и аппарировал прямо от входной двери.

Не домой, а на побережье — где, сев на голые и мокрые от прошедшего тут, видимо, не так давно дождя камни, уставился на чёрное, чуть поблёскивающее маяками, бакенами, и отблесками звёзд, и огнями кораблей море.

Он не видел выхода. Не представлял, что могло бы — нет, не примирить Сириуса с его жизнью, но хотя бы дать ему возможность принять это. Или даже ладно — Мерлин с ним. Гарри был готов удовлетвориться просто самим фактом того, что Сириус жив — пусть даже они так и не сумеют вновь общаться так, как прежде. Если б только Сириус сумел как-нибудь устроить свою жизнь — пусть не здесь, не в Англии, пусть на другом конце земли, но жить! А не прятаться от всех в полупустом и старом доме и не раздирать себе душу мыслями о том, что он, Гарри, его крестник, предал и его, и своих родителей, и других погибших. Гарри понимал, почему тот так считает — и от этого понимания становилось только хуже. Потому что как простить или принять такое, он не знал — сам же до сих пор бесился и, уж если быть совсем уж честным, мучился от того, что случилось с Вейси. А ведь это вещи несравнимые.

Кстати, Вейси. Надо поговорить с Причардом, чтобы тот поторопился со своей идеей: хорошо бы встретиться с Уильямсоном на этих выходных, к примеру. Гарри знал по опыту, что чем ближе любой громкий суд — тем в сутках меньше времени. Нынешний процесс же обещал быть едва ли менее заметным, нежели тот, что пресса окрестила «Пожирательским» — а значит, скоро ему будет некогда даже поспать, какие уж тут встречи. А две… ну пусть полторы недели Уильямсон тоже ждать не станет.

Гарри глянул на часы и с некоторым удивлением обнаружил, что ещё даже нет полуночи. Зайти, что ли, к Причарду? Если он вообще ушёл домой — с него станется ведь так и просидеть в отделе над воспоминаниями до утра.

Домой Гарри не хотелось — Джинни посочувствует ему, конечно, и поймёт, только вот сочувствия-то ему и не хотелось. И потом, всё равно он сейчас не уснёт — почему бы не потратить пару часов с пользой?

Поттер оказался прав: Причард в самом деле обнаружился на месте — сидел за своим столом, погрузив лицо в служебный Омут Памяти, однако же на появление Гарри тут же среагировал, резво выпрямившись и обернувшись.

— Сигналку выставил? — Поттер подошёл поближе.

— Нормальные люди тут сейчас не шастают, — ответил Причард. — А дежурный без нужды меня не будет дёргать. Что стряслось-то?

— Ничего, — почти честно ответил Поттер. — Решил вот поработать… тебе не помочь?

— Давай, — оживился Причард. — Я не знаю, как этот Маузо так быстро всё у всех собрал — но смотреть-то всё приходится почти в реальном времени. И пока безрезультатно.

— Вдвоём быстрее будет, — решил Поттер. — Я сейчас схожу за… а ты тут что делаешь? — спросил он, увидев возникший в дверях силуэт Сандры Фоссет.