Происшествие в Бате

Иногда за беседой я просто засыпал, иногда первым засыпал Майкрофт, а мне было лень… и кому я лгу, спрашивается? Мне не было лень, я просто не хотел уходить.

Майкрофт ответил мне не сразу. Готов поклясться, что он вспоминал о том же, что и я.

— С закрытыми окнами мне душно. Джон прав, надо худеть… Ну, дома у меня перина, так что спать тепло, а когда голова на холоде — легче просыпаться.

— А иначе ты бы просыпался тяжело? — спросил я, выпростав руку из-под пледа и погладив брата пальцами по виску.

Майкрофт закрыл глаза и даже дыхание задержал.

— В клубе окно в спальне всегда открыто, но дома… Иногда дома мне лень встать, чтобы открыть окно. Так что есть с чем сравнивать.

— Я потом приоткрою, хорошо? — Сбросив плед, я соскочил с кровати, почти подбежал к окну и опустил раму. — Брр… — Мне даже удалось улыбнуться.

— Конечно, мой мальчик, делай, как тебе удобно. Хорошо, что мы приехали сюда. Мне нравится Бат.

— Милый городок, — проворчал я, ложась на этот раз поближе. Я понял намёк брата насчёт курорта, но и так на меня накатила излишняя сентиментальность. Я тут же мысленно окрестил себя болваном — нашёл время рассуждать. Хотя у меня ещё оставалась возможность отвлечь Майкрофта разговорами, благо он не знал, что я слышал почти всю его беседу с Тэвисом. — А что банкир? Досаждал тебе?

— Не то слово. Безумно назойливый субъект. Просто встал, пересел ко мне и завёл разговор, словно мы с ним приятели… ужасно! Полчаса мне рассказывал такие вещи, которые меня совершенно не касаются…

— Его жене можно только посочувствовать. Такие типы имеют привычку жить слишком долго. Но он всё же выполняет рекомендации врача?

— Выполняет, а знаешь почему? — оживился Майкрофт. — Потому что он платит деньги за то, чтобы эти рекомендации выслушивать, так не пропадать же деньгам… Он на удивление скуп, даже больше, чем мы предположили вчера. Кстати, мы были правы, у него низкое давление, и, между прочим, врач пользует его стрихнином. На месте Тэвиса я бы остерёгся обижать человека, из рук которого получаешь такой препарат… особенно если подозреваешь его в симпатии к собственной жене.

— Думаешь, он подозревает? Мне кажется, нет. Он слишком уверен в собственной значимости.

Майкрофт с сожалением упомянул о невольном намёке, который он допустил, и выразил надежду, что миссис Тэвис не пострадает от этого. Надежда была слабая, потому что за ужином жену банкира мы не видели.

— А когда он начал говорить о своей сестре, — продолжал Майкрофт, — у меня вообще возникло желание сбежать куда угодно, хоть обратно в купальню…

Майкрофт осторожно попытался слегка повернуться на бок, и него получилось. Теперь он лежал почти лицом ко мне. Он поправил на мне плед и погладил по плечу.

— Тэвис сердит на жену, что она уже два года не может подарить ему наследника, но детей, я уверен, он терпеть не может.

— Ребёнок для него — выгодное капиталовложение. Нечасто встретишь живого персонажа Диккенса, что и говорить. Гибрид Теклтона и Квилпа.

— Он так и сказал — наследник… При этом потратиться на купальню для супруги не счёл нужным. Шерлок… — брат смутился, — а скажи, мой мальчик, муж с женой что, не могут пользоваться общей купальней? Это совсем неприлично, да? Я как-то не задумывался до сего момента… мне казалось, ну, они же… нет?

— Это смотря какие супруги, — улыбнулся я. — Смотря какие у них отношения и насколько они озабочены внешними приличиями. Кто-то, может быть, и не увидит в этом ничего страшного.

— Внешние приличия… да… — Майкрофт нерешительно протянул руку и погладил меня по голове. — Хорошо, что я не женат.

— Почему хорошо? Это ведь всё зависит от людей. Когда женятся ради капитала, женщина безразлична — и её душа, и тело.

Брат собрался с духом, и его ладонь легла мне на плечо. Он был так осторожен, будто я в любой момент мог сбежать.

— Дорогой, — сказал я, — всё-таки что ты имеешь в виду?

— Я хочу сказать: вы с Джоном вынуждены скрывать плотскую часть своего отношения друг к другу, но ведь это как раз та часть, которая никого не касается, кроме двоих, это не то, что в любом случае демонстрируют окружающим. Человек, обыкновеннейшим образом женатый, тоже не обнимает супругу посреди улицы и вот даже в одной купальне с ней не может принимать ванны из-за каких-то предрассудков… тогда как любое проявление дружбы между двумя мужчинами вовсе не требуется скрывать. Никто не осудит человека, умеющего быть другом, даже скорее таким человеком будут восхищаться. Но стоит человеку сказать, что он дружит со своей женой, его сочтут по меньшей мере ненормальным. Это наши внешние условности, говорящие о том, что жёны — не для дружбы. Но мне очень, очень сложно представить, мой мальчик, что я мог бы… да просто обнять человека, в котором не чувствую друга.

— Понимаю.