Происшествие в Бате

Если бы миссис Тэвис опять закричала, я бы вмешался, но влезать в семейный скандал? Муж в своём праве… Чёрт возьми!

Я спустился на свой этаж, вернулся в комнату Майкрофта и взглянул на часы — боже мой, уже два ночи, а я даже не чувствую сонливости.

В комнате стояла тишина, и окно было открыто.

— Это намёк? — шепнул я, улыбнувшись.

— Тебя долго не было, и я решил, что ты ушёл к себе, мой мальчик. Закрой, конечно. Я хочу сказать — если ты…

— Меня не было каких-то две-три минуты. — Я опустил створку наполовину.

— Тебя не было четыре минуты, может быть четыре с половиной, поэтому я и решил, что ты ушёл. Всё в порядке?

Сбросив халат, я забрался под одеяло.

— Если бы я собирался уходить совсем, я бы открыл тебе окно. Уйду в шесть — привычка. На Бейкер-стрит я обычно в это время просыпаюсь и спускаюсь к себе. Иногда клиенты приезжают утренними поездами.

— Привычка — великое дело, дорогой. — Даже в темноте я заметил, что Майкрофт не удержался от счастливой улыбки. — Я до сих пор всегда встаю в семь. Наверное, я тебе мешал своим храпом?

— Там наверху у Тэвисов семейная сцена посреди ночи. Бедная женщина.

— Ах, вот оно что…

Майкрофт наконец открыл глаза. Я понял, что крика дамы он не слышал, а проснулся, видимо, когда я встал.

— Надеюсь, ссору спровоцировали не мои слова о докторе Клоттере… хотя, конечно, какая разница…

— Кажется, эта тщедушная скотина имеет обыкновение распускать руки… — начал я, и тут наверху хлопнула дверь. — К себе ушёл, слава богу.

— Теперь и я слышу. Н-да… как-то лет… много лет назад я увидел, как наш садовник ударил свою жену — она служила у нас горничной, не помню, как её звали, — я тогда сказал ему, что если это повторится ещё раз, он будет тут же уволен. Но то, что можно сказать садовнику, не скажешь… джентльмену… Мерзость какая.

— Салли, — пробормотал я. — Салли Дженкинс. Я её запомнил, потому что она помогла мне как-то слезть с дерева и не порвать штаны.

Майкрофт вздохнул и снова закрыл глаза. Я понимал, о чём он думает и почему молчит. Для брата всегда была невозможной сама мысль о том, что человек может ударить того, кто слабее… но он старался оградить меня от печальных воспоминаний.

— Давай спать, мой мальчик, — сказал он наконец. — Завтра будет хороший день.

— Спокойной ночи, дорогой. — Я поцеловал его в щёку.

Всё-таки я уснул, но ровно в шесть открыл глаза и успел уйти к себе, пока прислуга не начала ходить по коридору.

Миссис Тэвис спустилась к завтраку вслед за своим мужем. Судя по её лицу, она не спала и всю ночь проплакала. Наверняка служанка обнаружит, что наволочка у леди вся промокла от слёз.

Уотсон, который не был в курсе ночного происшествия, вежливо осведомился у жены банкира, хорошо ли она себя чувствует. Та испуганно посмотрела на мужа, не говоря ни слова.

— Что вы как в рот воды набрали, миссис Тэвис, — буркнул он, — к вам обращаются.

— Спасибо, доктор, всё хорошо, — пролепетала бедняжка.

Клоттер, как обычно, ждал пациента в холле, но стоило Тэвисам выйти из столовой, как леди закрыла лицо платочком и побежала по лестнице наверх.

Свидетелей было слишком много, включая миссис Шутер, и банкир не решился приказывать жене вернуться. К тому же он рассудил, что незачем демонстрировать публике её заплаканное лицо или вынуждать сидеть под опущенной вуалью — это только привлечёт внимание.

Мой взгляд упал на зеркало в углу холла, и я вдруг увидел в нём отражение доктора Клоттера. Обычно спокойное и даже смиренное выражение его лица сменила на пару мгновений гримаса гнева, но он быстро взял себя в руки. Тэвис тем временем направился к дверям, и доктор поспешил следом.

Я посмотрел на нахмурившегося Майкрофта и мысленно поставил фунт против пенни, что он предложит нам в оставшиеся дни завтракать в городе.

Так и произошло, когда мы, взяв шляпы, вышли из пансиона и пошли пешком по бульвару.

— Надо будет сказать Грею, чтобы в следующий раз обращал внимание не только на удобства, но и на соседей, — проворчал Майкрофт. — Сидеть с этим господином за одним столом — настоящее испытание.

— Мы можем обедать в городе, — предложил Уотсон.

— И завтракать тоже.

Мы хорошо погуляли — причём Майкрофт совершенно не жаловался на спину, и в час были уже на веранде. Правда мы опять увидели нашего банкира, ланч у него заканчивался, так что времени испортить нам аппетит оставалось не так много.

Тэвис уже заказал кофе. Клоттер взял часы, привычно проверил пациенту пульс, потом достал из нагрудного кармана коробочку и вынул из неё пакетик с порошком.

— Я бы не удержался и превысил ему дозу, — неожиданно шепнул мне Уотсон. — Но, кажется, там совсем мало.

Я с удивлением посмотрел на него. Вот уж тихий омут, как говорится.