Происшествие в Бате

Я заметил, что пухлые щёки инспектора при моих словах порозовели от удовольствия. Что ж, он пока что вёл себя в высшей степени разумно, а не в моих правилах пренебрегать полицейскими, которые согласны сотрудничать.

Уотсон меж тем, казалось, совершенно потерял интерес к происходящему, с тревогой оглядывал столики, за которыми все ещё сидели посетители, хотя многие уже ушли — кого-то потряс сам факт случившего, а кто-то не хотел связываться с полицией. Наш столик тоже пустовал.

— Миссис Тэвис, — не выдержал Уотсон, — вам Май… вам мистер Холмс сообщил о несчастном случае?

Миссис Тэвис поспешно допила воду, заботливо поданную ей Клоттером.

— Нет, доктор, я не видела мистера Холмса, он не возвращался в пансион, за мной прислали служителя. Мистер Холмс, — опять обратилась она ко мне, — я не знаю, что у меня… что с деньгами… но я что-нибудь придумаю. Пожалуйста, я заплачу вам за работу!

Я попросил даму не беспокоиться насчёт гонорара и повернулся к Уотсону. Я понимал, чем он так встревожен, и мне было немного смешно.

— Дружище, ваше волнение могут приписать не тому…

— Мне все равно, чему его припишут. Где он?

— Уотсон, вы совершенно точно не тот наивный недалёкий доктор, каким себя описываете в рассказах. Но у вас есть одна черта: когда вы волнуетесь, вы забываете… — я хотел сказать «думать», но в последний момент смягчил реплику, — забываете проявлять дедукцию. Ну же, дорогой мой?

Уотсон посмотрел на меня то ли свирепо, то ли умоляюще. Я вздохнул, достал часы и демонстративно посмотрел на циферблат. Уотсон догадался и ринулся обратно к коридору, ведущему в купальни.

В нашей забыли поставить ширму — видимо, служителю было совсем не до того. Хорошо, что Майкрофту она не понадобилась. Брат сидел в воде, зажмурившись, с улыбкой на лице: казалось, он вдруг начал получать удовольствие от купания в этой тухлятине.

Услышав наши шаги, Майкрофт лениво приоткрыл глаза.

— Ну что там, мальчики?

— На заплаканные с ночи вдовьи очи никто не обратил внимания, — в рифму отрапортовал я. — Списали, должно быть, на печальное известие. В остальном — ничего необычного… если не считать, что банкир захлебнулся.

— Вот как? — задумчиво протянул брат. — Что ж… можно не искать место для ужина.

Уотсон только усмехнулся, но ничего не сказал.

— И что вдова? — спросил Майкрофт.

— Выразила желание, чтобы я провёл расследование. Инспектор не отказывается от помощи.

— Наконец-то я смогу понаблюдать тебя в деле, мой мальчик.

— Милый Майкрофт, да что там наблюдать?

— Хотя бы послушаю, как вы с инспектором будете допрашивать свидетелей. Думаешь, я хоть раз видел что-либо подобное? Мне любопытно.

— Тогда выбирайся из воды. Тебе ещё нужно немного передохнуть, а инспектор молод и полон энтузиазма, он жаждет поскорее заняться делом.

Не дожидаясь, пока мы с Уотсоном хотя бы сделаем вид, что отвернулись, Майкрофт поднялся в полный рост и начал выбираться из купальни. Забавные вещи происходят, однако, с моим братом.

Вдова с доктором Клоттером, видимо, уже ушли, но инспектор спокойно ждал нас на террасе. Обычно многолюдная, она почти совсем опустела. Мы расселись вокруг своего столика, а Додж поспешил к нам, по пути словно вытягиваясь в струнку. Что это с ним вдруг?

— Присаживайтесь, инспектор, выпейте с нами чаю, — услышал я голос брата.

— Да, сэр. Спасибо, сэр!

Да что с ним такое? Я посмотрел на Майкрофта и обомлел. Передо мной был, конечно, мой брат — человек, которого я знал всю жизнь и лучше всех. И в то же время это был совершенный незнакомец — какой-то большой сановник, перед которым стоять по стойке смирно — самое естественное дело.

Майкрофт величественным жестом указал Доджу на стул, в ту же секунду стараниями официанта на столе оказались чашки, чайник и десерт.

— Рассказывайте, — велел брат. И инспектор, ничуть не удивившись, словно обязан был докладывать человеку, даже имени которого он ещё не слышал, начал выдавать полученную за это время информацию.

Для нас с Уотсоном не прозвучало ничего нового, да и Додж пока не успел никого толком опросить. По ходу рассказа, Майкрофт, наблюдая за муками инспектора, в котором чинопочитание, подкреплённое молодостью и неопытностью, боролось с сомнениями, попросил:

— Шерлок, представь мне инспектора официально, так сказать.

— Мистер Додж местный инспектор, сэр. Инспектор — мой брат, мистер Майкрофт Холмс.

Додж немного расслабился, посчитав, что человек, носящий такую фамилию, достоин всяческого доверия, и, закончив рассказ, слегка просительно посмотрел на меня. Я кивнул.

— Задавайте вопросы, инспектор.

Если Додж и собирался сразу пройти в наш пансион, он не рискнул настаивать.

— Благодарю, сэр. Господа, я бы назвал это формальностью, но не в данном случае.