Происшествие в Бате

Победно посмотрел на брата.

— Докинул!

Майкрофт улыбнулся.

— Исходя из вашего мальчишеского поведения, я делаю вывод, Холмс, что вы тут бывали в детстве, и тогда добросить камень до скалы не могли? — в шутку блеснул я дедукцией.

— Морской воздух, Уотсон! На берегу каждый англичанин становится немного мальчишкой. Но вы правы, мы бывали тут с братом много лет назад. Витрины рассматривали… Кстати, именно тут, в небольшом кафе я получил первый урок дедукции. Как думаешь, Майкрофт, кафе ещё на месте?

— Поищем его, мой мальчик, и удостоверимся. Если оно ещё работает — можем взять там ланч.

Контора у мистера Шнира отличалась солидностью, и сам он выглядел под стать помещению. И кресла, в которые нас усадил… Словом, было понятно, почему Тэвис остановил на нём свой выбор.

Поверенный с чисто профессиональным равнодушием высказал сочувствие по поводу смерти клиента, назвал фамилию душеприказчика — им оказался младший партнёр Тэвиса.

Возможно, если бы не внушительный вид Майкрофта, адвокат не стал бы отвечать на наши вопросы, но как откажешь такому важному господину? Ну и свидетельство о смерти, подписанное тремя докторами, в том числе знакомым ему Клоттером, наверное, сыграло роль.

— Мистер Тэвис был моим клиентом много лет, как и его отец когда-то. Что вас интересует, господа?

— Когда было составлено завещание мистера Тэвиса, сэр? — быстро спросил Шерлок.

— Сразу после свадьбы. До того у Тэвиса вообще не было завещания, джентльмены. Он считал, что умирать не собирается, а если умрёт, то какое ему дело, кому всё достанется, раз сына нет. Но когда я составлял его брачный договор, я сказал, что так нельзя и нужно составить и завещание. Он махнул рукой, и я составил стандартное.

— То есть, всё достанется его супруге?

— Ну как вам сказать, сэр… — адвокат пожевал губами, потом взглянул на Майкрофта и решился. — Тэвис неожиданно проявил интерес к тексту завещания, и в него внесли кое-какие изменения в соответствии с его волей. Капитал и дело оставались жене, но с условием, что она не выйдет замуж повторно в течение десяти лет. Эти десять лет она может пользоваться только процентами с капитала. Если бы Тэвис умер до того, как его жена разрешилась бы от бремени, то душеприказчик должен был проследить, чтобы его сын получил по рождению всё состояние, а если родилась бы дочь — половину, а вторая половина досталась бы вдове без условий. Душеприказчик и я должны были следить за капиталом вплоть до совершеннолетия наследника. Всё это при условии, конечно, что наследник родился бы после смерти наследодателя. Теперь это очевидно неактуально, так что…

— Так что всё получит вдова?

— Проценты с капитала, да. И через десять лет — всю сумму. Могу быть вам ещё чем-то полезен, джентльмены?

— В блокноте Тэвиса есть фамилия Джонсон. Она вам о чем-то говорит?

— Боюсь, что нет, господа.

Мы встали и откланялись.

— А если она выйдет замуж раньше оговоренного срока, кто тогда получит наследство? — спросил вдруг Майкрофт, обернувшись в дверях.

— Его младший компаньон, мистер Ломерт.

— Он выигрывает ещё что-то по завещанию или вследствие смерти Тэвиса?

— Он становится старшим партнёром.

Засим мы покинули контору мистера Шнира.

— Вы думаете, это партнёр как-то умудрился утопить Тэвиса? — спросил я, когда мы вышли на улицу.

— Я думаю, друг мой, — ответил Шерлок, — что нам пришла пора позавтракать. Майкрофт уже на каждый ресторан поглядывает с надеждой. Ты найдёшь наше кафе, брат?

— И ты найдешь, — немного ворчливо проговорил Майкрофт.

Я вздохнул. Конечно, мне, как всегда, никто ничего не собирался объяснять.

Шерлок не искал, он вполне уверенно шёл по улице, словно жил в Бристоле все эти годы. Всё-таки потрясающая топографическая память у моего друга, я не раз убеждался.

Кондитерская нашлась, она сохранилась и не пришла за минувшие годы в упадок. Тут нам могли предложить разве что пироги, пусть и не сладкие — ведь подошло время ланча, и я подумал, что Майкрофт определённо не лишён сентиментальности, если ностальгия перевесила его гурманскую натуру.

Мы сели за столик в углу, видимо тоже «тот самый». Меня, конечно, мучило любопытство, что за уроки дедукции тут начались в своё время и по какому поводу, но братья молчали, и я решил, что из принципа спрашивать не стану. Вместо этого я стал думать о нашем нынешнем деле, и рискнул сказать:

— Вряд ли такой человек, как Тэвис, распространялся об условиях своего завещания. И к тому же партнер ведь ничего особо не выигрывает… если только не предположить, что он сам женится на вдове или уговорит кого-то… того же доктора… и что удастся уговорить вдову… хм…

— Отличный сюжет для рассказа, которые так нравятся моему брату, Уотсон.

— А на деле?