Фандом: Гарри Поттер. В кои-то веки людям из двух враждующих лагерей захотелось праздника. Все в ужасе, но Гарри Поттер и Вольдеморт настроены решительно: они отпразднуют Рождество, или они, простите, соплохвосты! Как же встретят Рождество УПСы и обитатели Хогвартса?На заднем фоне — музыкальные распевки Невилла Долгопупса, новогодняя кулинария от Северуса Снейпа, коварные замыслы МакГонагал и Дамблдора.
Добавить в моё избранное
155 мин, 10 сек 1333
Имена-то на елках не были написаны — вдруг грозный профессор это всё срубил для себя любимого. Рядом с этими ёлками робко примостился кактус Невилла, приклеенный горшком к полу клеем «Момент». Говорят, что мальчик израсходовал на своё сокровище два литра клейкой жидкости. Также говорят, что чудо-клей не помог — кто-то утверждает, что видел рыжеволосого мальчика, оторвавшего растение вместе с куском пола и скрывшегося в неизвестном направлении. Сплетни сплетнями, но кактус действительно пропал. Так кем же был подлый похититель?
Тем временем, до молниеносно продвигающегося по школе Поттера донеслись жуткие вопли. Они нимало не смутили погруженного в свои мысли юношу, сжимавшего в руках рулоны подарочной упаковки. И продолжил бы свой путь Золотой мальчик всея волшебного мира, но неожиданно ему перерезал путь бледный, как последняя сказочная принцесса, Лонгботтом. Безумный взгляд и клоки волос в руке пространно намекали на случившуюся неприятность. Взяв соль второй октавы, Невилл оттолкнул полу оглушенного Гарри и припустился бежать. Потрясенный открывшимися вокальными данными у своего сокурсника Поттер зачарованно уставился ему вслед. И тут он услышал ещё кое-что. Змеиное шипение. Недоуменно обернувшись, он с облегчением и толикой снисхождения увидел Драко Малфоя, лавирующего между ёлок с непринужденностью нефтяного танкера. Теперь всё сходилось. Оставив за собой полосу разрушений, он подобрался к Гарри и затормозил. Пару мгновений двое разъяренных противников стояли напротив друг друга, устрашающе раздувая ноздри. Бледные глазенки Малфоя расширялись в геометрической прогрессии. Припомнив тактику устрашения, гриффиндорец выпучил глаза в ответ. Вернувшийся было с новой порцией воплей Лонгботтом заметил их, и, поперхнувшись криком, тихонько удалился в обратном направлении.
— П-поттерр, — Драко почти шипел, словно состоял в родстве со всеми пресмыкающимися земного шара, по преимуществу ядовитыми. Гарри давно уже отметил у него потрясающую способность прошипеть его имя и фамилию, в которых не было ни одной приблизительно напоминающей шипящую буквы. — Развлекаешься? Я-то, дурак, прибежал на крики в надежде, что тебя мучают, и, естественно, не захотел оставаться в стороне.
— Ма-алф… — Гарри попытался воспроизвести ранее услышанные звуки, но больше это напоминало хрипение задыхающегося соплохвоста. — Малфой! — он вложил в голос побольше презрения. — Каждый раз, встречаясь с тобой, я понимаю, что наше анатомическое сходство со свиньями не случайно, и что мы действительно можем занести их в список наших предполагаемых предков.
— На что это ты намекаешь? — слизеринец побагровел, позеленел и побледнел одновременно. Со стороны это выглядело просто изумительно. — На то, что мой родители… свиньи?!
— Я намекаю лишь на то, неуч несчастный, что Дарвин несколько заблуждался.
— Какой-то там Дарвин назвал моих родителей свиньями?!
— Да нет, идиот… — скривившемуся Гарри не суждено было закончить, так как. Малфой-младший с гневным кудахтаньем, не соответствующим его змеиной и поросячьей сущности, набросился на него и свалил на пол, кусаясь и вопя на чем свет стоит.
— ЩА Я ПОКАЖУ, КТО ТУТ СВИНЬЯ! — визжал Малфой, осыпая тумаками обалдевшего от такой прыти Поттера. — ЩА Я ПОКАЖУ ТЕБЕ, А ПОТОМ И ТВОЕМУ ДАРВИНУ!
— Дарвин умер, балда! — попытался Гарри вставить хоть что-то в этот словесный поток. — Это маггловский ученый, занимавшийся вопросами эволюционирования человека!
— МОЙ СЕМЬЯ САМАЯ БОГАТАЯ И ВЛИЯТЕЛЬНАЯ! И… БОГАТАЯ! ПОКАЖИ МНЕ СВОЕГО ДАРВИНА И Я УСТРОЮ ЕМУ ВЗБУЧКУ!
— Малфой, отлепись от меня! — полузадушено пискнул Гарри, начиная всерьез опасаться за свою жизнью.
— Я САМЫЙ ВЫДАЮЩИЙСЯ ОТРОК ЭТОЙ ШКОЛЫ! — продолжал воодушевленно орать Малфой. — ВЫ НЕДОСТОЙНЫ ЦЕЛОВАТЬ МОИ ПЯТКИ! ПОПРОБУЙТЕ-КА ПОЦЕЛОВАТЬ МОИ ПЯТКИ, НЕДОСТОЙНЫЕ ПОТОМКИ МЕРЛИНА!
— Малфой. Я. Не. Собираюсь. Целовать. Твои. Пятки! — хрипел Гарри. Глаза Драко горели таким экзальтированным блеском, словно он пытался убедить во всём вышесказанном не только гриффиндорца, но и себя самого.
— ПАПОЧКА УСТРОИТ МНЕ САМЫЙ ШЫЫЫКАРНЫЙ РОЖДЕСТВЕНСКИЙ БАЛ! А ТЫ СО СВОИМИ ДРУЖКАМИ И ДАРВИНОМ БУДЕТЕ ПРОЗЯБАТЬ В ЭТОМ СТАРОМ КУРЯТНИКЕ!
— Что-о? — возмущенный до глубины души, Поттер угрожающе стал подниматься, таща за собой вцепившегося когтями в геройский фейс Малфоя.
Запомни, малыш: ты можешь оскорблять его умственные способности, вкус, манеру смеяться, драться с ним и бить его полностью, но никогда — слышишь: НИКОГДА! — не смей обзывать его любимую школу курятником и угрожать расправой Дарвину. По крайней мере, такие выводы сделал Драко, когда Гарри с видом итальянского мафиози нависал над ним, угрожающе скаля зубы. Дабы Малфой закрепил полученные знания, Гарри вцепился зубами в ухо Слизеринского принца. Принц взвыл самым недостойным образом, и, отшвырнув Золотого мальчика, вскочил на ноги и поспешил унести свои конечности в слизеринское подземелье.
Тем временем, до молниеносно продвигающегося по школе Поттера донеслись жуткие вопли. Они нимало не смутили погруженного в свои мысли юношу, сжимавшего в руках рулоны подарочной упаковки. И продолжил бы свой путь Золотой мальчик всея волшебного мира, но неожиданно ему перерезал путь бледный, как последняя сказочная принцесса, Лонгботтом. Безумный взгляд и клоки волос в руке пространно намекали на случившуюся неприятность. Взяв соль второй октавы, Невилл оттолкнул полу оглушенного Гарри и припустился бежать. Потрясенный открывшимися вокальными данными у своего сокурсника Поттер зачарованно уставился ему вслед. И тут он услышал ещё кое-что. Змеиное шипение. Недоуменно обернувшись, он с облегчением и толикой снисхождения увидел Драко Малфоя, лавирующего между ёлок с непринужденностью нефтяного танкера. Теперь всё сходилось. Оставив за собой полосу разрушений, он подобрался к Гарри и затормозил. Пару мгновений двое разъяренных противников стояли напротив друг друга, устрашающе раздувая ноздри. Бледные глазенки Малфоя расширялись в геометрической прогрессии. Припомнив тактику устрашения, гриффиндорец выпучил глаза в ответ. Вернувшийся было с новой порцией воплей Лонгботтом заметил их, и, поперхнувшись криком, тихонько удалился в обратном направлении.
— П-поттерр, — Драко почти шипел, словно состоял в родстве со всеми пресмыкающимися земного шара, по преимуществу ядовитыми. Гарри давно уже отметил у него потрясающую способность прошипеть его имя и фамилию, в которых не было ни одной приблизительно напоминающей шипящую буквы. — Развлекаешься? Я-то, дурак, прибежал на крики в надежде, что тебя мучают, и, естественно, не захотел оставаться в стороне.
— Ма-алф… — Гарри попытался воспроизвести ранее услышанные звуки, но больше это напоминало хрипение задыхающегося соплохвоста. — Малфой! — он вложил в голос побольше презрения. — Каждый раз, встречаясь с тобой, я понимаю, что наше анатомическое сходство со свиньями не случайно, и что мы действительно можем занести их в список наших предполагаемых предков.
— На что это ты намекаешь? — слизеринец побагровел, позеленел и побледнел одновременно. Со стороны это выглядело просто изумительно. — На то, что мой родители… свиньи?!
— Я намекаю лишь на то, неуч несчастный, что Дарвин несколько заблуждался.
— Какой-то там Дарвин назвал моих родителей свиньями?!
— Да нет, идиот… — скривившемуся Гарри не суждено было закончить, так как. Малфой-младший с гневным кудахтаньем, не соответствующим его змеиной и поросячьей сущности, набросился на него и свалил на пол, кусаясь и вопя на чем свет стоит.
— ЩА Я ПОКАЖУ, КТО ТУТ СВИНЬЯ! — визжал Малфой, осыпая тумаками обалдевшего от такой прыти Поттера. — ЩА Я ПОКАЖУ ТЕБЕ, А ПОТОМ И ТВОЕМУ ДАРВИНУ!
— Дарвин умер, балда! — попытался Гарри вставить хоть что-то в этот словесный поток. — Это маггловский ученый, занимавшийся вопросами эволюционирования человека!
— МОЙ СЕМЬЯ САМАЯ БОГАТАЯ И ВЛИЯТЕЛЬНАЯ! И… БОГАТАЯ! ПОКАЖИ МНЕ СВОЕГО ДАРВИНА И Я УСТРОЮ ЕМУ ВЗБУЧКУ!
— Малфой, отлепись от меня! — полузадушено пискнул Гарри, начиная всерьез опасаться за свою жизнью.
— Я САМЫЙ ВЫДАЮЩИЙСЯ ОТРОК ЭТОЙ ШКОЛЫ! — продолжал воодушевленно орать Малфой. — ВЫ НЕДОСТОЙНЫ ЦЕЛОВАТЬ МОИ ПЯТКИ! ПОПРОБУЙТЕ-КА ПОЦЕЛОВАТЬ МОИ ПЯТКИ, НЕДОСТОЙНЫЕ ПОТОМКИ МЕРЛИНА!
— Малфой. Я. Не. Собираюсь. Целовать. Твои. Пятки! — хрипел Гарри. Глаза Драко горели таким экзальтированным блеском, словно он пытался убедить во всём вышесказанном не только гриффиндорца, но и себя самого.
— ПАПОЧКА УСТРОИТ МНЕ САМЫЙ ШЫЫЫКАРНЫЙ РОЖДЕСТВЕНСКИЙ БАЛ! А ТЫ СО СВОИМИ ДРУЖКАМИ И ДАРВИНОМ БУДЕТЕ ПРОЗЯБАТЬ В ЭТОМ СТАРОМ КУРЯТНИКЕ!
— Что-о? — возмущенный до глубины души, Поттер угрожающе стал подниматься, таща за собой вцепившегося когтями в геройский фейс Малфоя.
Запомни, малыш: ты можешь оскорблять его умственные способности, вкус, манеру смеяться, драться с ним и бить его полностью, но никогда — слышишь: НИКОГДА! — не смей обзывать его любимую школу курятником и угрожать расправой Дарвину. По крайней мере, такие выводы сделал Драко, когда Гарри с видом итальянского мафиози нависал над ним, угрожающе скаля зубы. Дабы Малфой закрепил полученные знания, Гарри вцепился зубами в ухо Слизеринского принца. Принц взвыл самым недостойным образом, и, отшвырнув Золотого мальчика, вскочил на ноги и поспешил унести свои конечности в слизеринское подземелье.
Страница 5 из 47
