Фандом: Гарри Поттер. Стой! Кто идет?!
Добавить в моё избранное
326 мин, 28 сек 9713
Дальше молчание, и я наконец могу раствориться в атмосфере вечера. Разговоры за соседними столиками, смешки…
— Невыносимо, — ни с того ни с сего произносит Родни.
— Это потому, что мы делимся ложью и никогда не говорим правду, — выражаю я истину. — Один я люблю делать наоборот.
— Ну давай, — Кристофер едва наклоняется ближе, — расскажи мне про свои махинации с финансами.
— Знаешь, — широко я улыбаюсь, — мне очень опасно вот так общаться с тобой, учитывая в полной мере твое социальное положение.
— Знаю, — коротко отвечает он.
— Невыносимо, — снова произносит Родни и уже будто громче, и это подстрекает меня.
— Я вчера ходил в бар, и бармен услужливо посоветовал мне, как лучше провести вечер, — люблю я обращать на себя все внимание собеседников. — Я конечно знаю, что вы сейчас скажете, что я староват для таких утех, но зато я знаю, что никто не упрекнет меня в измене жене.
Поочередно посматриваю на них. И когда, казалось бы, уже никто не возьмет слово, чтобы поправить мое, Дарси удивляет:
— Почему же? — поджимает он губы, — для этого ты точно не стар, а вот измены… я не изменял.
— Ну конечно, ты слишком занят карьерой, чтобы ходить налево. — Я пытаюсь его задеть не потому, что он смог задеть меня, а потому, что я сейчас выгляжу как-то не так. Не этого мне хотелось.
— Я тоже не изменял, — удивляет меня еще и Родни.
— Наверное потому, что занят тем, что выслушиваешь от жены по поводу веса. Ведь она просит тебя похудеть, — парирую я его слова.
— Я изменил недавно с женщиной, лица которой не помню, — Кристофер впервые открыто говорит о причине развода, и мы все понимаем, что для него это тяжело. Как-никак, а жену он если и не любил, то ценил. — Я жалею об этом каждый день, но не могу ей сказать, потому что у меня нет подходящих слов.
Повисает угрюмая пауза — каждый думает о своем. Только вот мне интересно, о чем думает Гарри.
— Какие же вы все разбитые неудачники, — произношу с сарказмом, чтобы они отвлеклись и не погрязли в своих проблемах прямо сейчас. — А мне вот очень понравилось. Она была сговорчивая и гибкая, да и вообще очень милая… У нее отличный рот, которым она…
— Прекращай, — останавливает меня Кристофер, и я понимаю, что даже это приносит ему какую-то иррациональную боль.
— Ладно, — спокойно соглашаюсь и говорю уже Гарри:
— Я услышал мнение всех об изменах, за исключением тебя.
— Хм… — он берется за стакан с виски, — я никогда не изменял Джинни.
— Это я знаю, — тоже делаю глоток, — а вот будешь ли?
— Не думаю, что способен, — Гарри настораживается, ох, как же мне он нравится.
— А если это любовь? — если честно, я сейчас сам не особо понимаю, на что давлю. Но если вскрыть пару фактов из школы и совместить с парой слухов… шучу, на самом деле стоит лишь вспомнить дымчатые, но с огромным смыслом слова покойного ныне Северуса, который был моим приятелем. И который иногда, в те редкие вечера, говорил фразы весьма многозначащие. Я не могу похвастаться тем, что знаток чего-то там в жизни Гарри Поттера, но я о нем часто слышал, прежде чем с ним познакомиться.
— Любви нет, — отвечает Гарри и, кажется, не понимает, что лжет только сам себе.
— Малфой-мэнор? — Родни переспрашивает и хмурится, стараясь вытащить из памяти какую-то информацию.
— Да, Додсон рассказывал, что видел Малфоя-младшего чуть больше месяца назад, — говорит Кристофер, тоже старательно вспоминая, — Если честно, я удивился, не думал никогда, что он вернется, а если прям совсем честно, то все семейство Малфоев для меня уже умерло давно.
— Я вообще не помню никаких Малфоев, — вставляет Дарси.
— Это потому, что ты начал работать на министерство после их побега, — отвечает Родни и закуривает третью сигару за вечер.
— Их побега? — глаза Дарси загораются. — Кажется, история весьма интересная, а когда это произошло? И почему?
— Лет девять назад, может больше, — припоминает Кристофер, — вообще странная история вышла. Сразу после падения Того-Ко… Волдеморта они сбежали из Англии.
— Так они пособниками его были? — Дарси хмурится.
— Вот потому-то и странная: Гарри их оправдал, и бежать нужды не было, — голос Кристофера звучит все тише, и, видимо, под конец совсем он погрязает в раздумьях.
Повисает тишина, и слово берет Родни:
— Я вот могу вспомнить Люциуса Малфоя, тот еще самодовольный ублюдок, а вот Малфоя-младшего… У него разве был сын?
— Да, правда не копия отца, и даже не подобие, — говорю я, припоминая рассказы Северуса. — Но Гарри знал его лучше, они учились в одно время.
— О! — восклицает Дарси, устремляя взгляд на Гарри, который никак не хочет вмешиваться в беседу. Хотя, пожалуй, он знает больше всех об этом. По крайней мере, больше всех живых. — Поделишься фактами?
— Невыносимо, — ни с того ни с сего произносит Родни.
— Это потому, что мы делимся ложью и никогда не говорим правду, — выражаю я истину. — Один я люблю делать наоборот.
— Ну давай, — Кристофер едва наклоняется ближе, — расскажи мне про свои махинации с финансами.
— Знаешь, — широко я улыбаюсь, — мне очень опасно вот так общаться с тобой, учитывая в полной мере твое социальное положение.
— Знаю, — коротко отвечает он.
— Невыносимо, — снова произносит Родни и уже будто громче, и это подстрекает меня.
— Я вчера ходил в бар, и бармен услужливо посоветовал мне, как лучше провести вечер, — люблю я обращать на себя все внимание собеседников. — Я конечно знаю, что вы сейчас скажете, что я староват для таких утех, но зато я знаю, что никто не упрекнет меня в измене жене.
Поочередно посматриваю на них. И когда, казалось бы, уже никто не возьмет слово, чтобы поправить мое, Дарси удивляет:
— Почему же? — поджимает он губы, — для этого ты точно не стар, а вот измены… я не изменял.
— Ну конечно, ты слишком занят карьерой, чтобы ходить налево. — Я пытаюсь его задеть не потому, что он смог задеть меня, а потому, что я сейчас выгляжу как-то не так. Не этого мне хотелось.
— Я тоже не изменял, — удивляет меня еще и Родни.
— Наверное потому, что занят тем, что выслушиваешь от жены по поводу веса. Ведь она просит тебя похудеть, — парирую я его слова.
— Я изменил недавно с женщиной, лица которой не помню, — Кристофер впервые открыто говорит о причине развода, и мы все понимаем, что для него это тяжело. Как-никак, а жену он если и не любил, то ценил. — Я жалею об этом каждый день, но не могу ей сказать, потому что у меня нет подходящих слов.
Повисает угрюмая пауза — каждый думает о своем. Только вот мне интересно, о чем думает Гарри.
— Какие же вы все разбитые неудачники, — произношу с сарказмом, чтобы они отвлеклись и не погрязли в своих проблемах прямо сейчас. — А мне вот очень понравилось. Она была сговорчивая и гибкая, да и вообще очень милая… У нее отличный рот, которым она…
— Прекращай, — останавливает меня Кристофер, и я понимаю, что даже это приносит ему какую-то иррациональную боль.
— Ладно, — спокойно соглашаюсь и говорю уже Гарри:
— Я услышал мнение всех об изменах, за исключением тебя.
— Хм… — он берется за стакан с виски, — я никогда не изменял Джинни.
— Это я знаю, — тоже делаю глоток, — а вот будешь ли?
— Не думаю, что способен, — Гарри настораживается, ох, как же мне он нравится.
— А если это любовь? — если честно, я сейчас сам не особо понимаю, на что давлю. Но если вскрыть пару фактов из школы и совместить с парой слухов… шучу, на самом деле стоит лишь вспомнить дымчатые, но с огромным смыслом слова покойного ныне Северуса, который был моим приятелем. И который иногда, в те редкие вечера, говорил фразы весьма многозначащие. Я не могу похвастаться тем, что знаток чего-то там в жизни Гарри Поттера, но я о нем часто слышал, прежде чем с ним познакомиться.
— Любви нет, — отвечает Гарри и, кажется, не понимает, что лжет только сам себе.
— Малфой-мэнор? — Родни переспрашивает и хмурится, стараясь вытащить из памяти какую-то информацию.
— Да, Додсон рассказывал, что видел Малфоя-младшего чуть больше месяца назад, — говорит Кристофер, тоже старательно вспоминая, — Если честно, я удивился, не думал никогда, что он вернется, а если прям совсем честно, то все семейство Малфоев для меня уже умерло давно.
— Я вообще не помню никаких Малфоев, — вставляет Дарси.
— Это потому, что ты начал работать на министерство после их побега, — отвечает Родни и закуривает третью сигару за вечер.
— Их побега? — глаза Дарси загораются. — Кажется, история весьма интересная, а когда это произошло? И почему?
— Лет девять назад, может больше, — припоминает Кристофер, — вообще странная история вышла. Сразу после падения Того-Ко… Волдеморта они сбежали из Англии.
— Так они пособниками его были? — Дарси хмурится.
— Вот потому-то и странная: Гарри их оправдал, и бежать нужды не было, — голос Кристофера звучит все тише, и, видимо, под конец совсем он погрязает в раздумьях.
Повисает тишина, и слово берет Родни:
— Я вот могу вспомнить Люциуса Малфоя, тот еще самодовольный ублюдок, а вот Малфоя-младшего… У него разве был сын?
— Да, правда не копия отца, и даже не подобие, — говорю я, припоминая рассказы Северуса. — Но Гарри знал его лучше, они учились в одно время.
— О! — восклицает Дарси, устремляя взгляд на Гарри, который никак не хочет вмешиваться в беседу. Хотя, пожалуй, он знает больше всех об этом. По крайней мере, больше всех живых. — Поделишься фактами?
Страница 37 из 88
