Фандом: Гарри Поттер. Стой! Кто идет?!
Добавить в моё избранное
326 мин, 28 сек 9722
Странная боль проходит по сердцу, и я сжигаю письмо, чтобы больше никогда его не читать и не вспоминать о нем. Да и вообще надеюсь, что мы с Малфоем не увидимся, пусть таскается с Мозесом, раз тот взял на себя мой чемодан без ручки.
Утягиваю Джинни в постель и, уже после того, как кончаю, долго смотрю в окно. Я представляю Малфоя, который широко улыбается и машет рукой, крича мне: «Увидимся, Гарри!», что, как ни крути, подходит больше Рону.
После двенадцати у меня освобождаются полчаса, и я выхожу из кабинета спуститься вниз и проведать Родни. Конечно же, не просто так, а чтобы узнать у него, как дела у Мозеса, а, соответственно, у Малфоя, черти бы его побрали. Я, безусловно, мог бы, на правах «дружбы» спросить об этом у самого Малфоя или у того же Мозеса, но это лишь вызовет ненужные подозрения у этих двоих.
Каково же мое удивление, когда, зайдя в лифт, я вижу там не только Дороти и Кевина из Отдела магических игр и спорта, но и собственной персоной Драко Малфоя, который спешит улыбнуться и поздороваться со мной.
Я едва киваю в ответ на его дружелюбное приветствие и как можно быстрее завожу разговором с Кевином, только бы Малфой не начал разговор со мной:
— Как там сыграли?
— Ох, это было просто ужасно, мистер Поттер, — тянет он, тяжко вздыхая. — Ну, вы сами понимаете, итальянцы в хорошей форме и просто отлично играют.
— Понимаю, но за наших было все же обидно, — едва улыбаюсь и лопатками ощущаю, как Малфой пыхтит позади меня.
— Невероятно обидно, но, думаю, все еще впереди, ведь…
Лифт открывается и я, пробормотав «Мне пора», выхожу на этаже. Наверное, я поступаю с Драко не очень хорошо, но я пока не могу, не могу и все. Слишком сложно все-таки перетащить наши с ним отношения из «подозрительно-наблюдательных» в ранг дружбы. Я не могу так просто принять это, мне надо хотя бы пару дней, чтобы осознать наше с ним положение в этом дурацком мире.
Родни орет на какого-то парня и шлепает себя по лбу, устало выдыхая:
— Ну какой же ты дурак.
Этот мальчишка поспешно убегает с красными щеками и опущенным взглядом, а я сажусь напротив Родни, который уже кричит:
— Нам два кофе!
— Суровый понедельник? — бегло оглядываю Родни, пребывающего, мягко говоря, не в настроении.
— Да невозможно! Сначала Калеб …
Родни рассказывает «невозможные» утренние события, практически без пауз и постоянно запинаясь. Под конец речи он судорожно облизывает губы и вот уже тянется к ящику в столе, откуда выуживает половинчатый коньяк и пару бокалов, заговорщически мне подмигивая.
На его предложение выпить вместе я отказываю, Родни спокойно пожимает плечами, мол, дело твое, опрокидывает в себя первый бокал и расслабленно откидывается в кресле. Он жмурится и, вытирая рот рукой, говорит:
— Аж полегчало сразу! — и вот он уже добродушно посмеивается, а в глазах появляется искорка интереса. — А ты не так уж часто ко мне приходишь, чтоб я мог подумать, что ты не по делу заглянул.
Я собираюсь ответить в нейтральной ноте, возможно, даже шуткой, как появляется миловидная девушка с кофе, и Родни моментально начинает ее отчитывать:
— Почему ты так долго? Чем ты опять была занята? — кулак ударяет по жалобно скрипнувшему от такой незаслуженной кары столу. — Еще раз такое повторится, и я уволю тебя к чертовой бабушке!
Однако девушка на все эти грозно звучащие фразы лишь едва заметно закатывает глаза и молча удаляется.
— Спокойная она у тебя, — замечаю, когда он отпивает кофе и вновь расслабляется.
— И не говори, просто золотая! — Родни улыбается. — И молчит, и все выполняет без ошибок, и выглядит прекрасно и… м-м-м, кофе всегда вкусный.
Я делаю большой глоток действительно вкусного кофе и понимаю, что никогда он ее не уволит. Не понимаю только, зачем он грозится сделать то, чего никогда не сможет, да и не захочет, скорее всего?
— Так что случилось, Гарри? — вопрошает он. — Только не говори, что поссорился с Джинни в преддверии свадьбы.
— У нас с ней все отлично, просто… — я смотрю в открытое широкое лицо Родни и прикидываю шансы того, что он расскажет о нашем разговоре Мозесу. Думаю, они равны нулю. — Слышал, Мозес с Драко теперь… — хочется сказать «нянчится», но думаю, это чересчур некорректно прозвучит, — работает.
— А, это, — Родни откидывается на спинку кресла, — да что-то вроде того. Не знаю, я видел их двоих вчера в министерстве. Забегал за документами и наткнулся на них в холле. Мозес мне как обычно помахал и представил Драко Малфоя, правда, я торопился, поэтому не уделил знакомству много времени.
— Хм, ясно… — я тоже откидываюсь на спинку кресла и проваливаюсь в свои мысли о будущем.
— Что такое? Почему ты спросил об этом? — Родни предсказуемо заинтересовывается и проводит пухлой рукой по такому же пухлому животу.
— Ну…
Утягиваю Джинни в постель и, уже после того, как кончаю, долго смотрю в окно. Я представляю Малфоя, который широко улыбается и машет рукой, крича мне: «Увидимся, Гарри!», что, как ни крути, подходит больше Рону.
После двенадцати у меня освобождаются полчаса, и я выхожу из кабинета спуститься вниз и проведать Родни. Конечно же, не просто так, а чтобы узнать у него, как дела у Мозеса, а, соответственно, у Малфоя, черти бы его побрали. Я, безусловно, мог бы, на правах «дружбы» спросить об этом у самого Малфоя или у того же Мозеса, но это лишь вызовет ненужные подозрения у этих двоих.
Каково же мое удивление, когда, зайдя в лифт, я вижу там не только Дороти и Кевина из Отдела магических игр и спорта, но и собственной персоной Драко Малфоя, который спешит улыбнуться и поздороваться со мной.
Я едва киваю в ответ на его дружелюбное приветствие и как можно быстрее завожу разговором с Кевином, только бы Малфой не начал разговор со мной:
— Как там сыграли?
— Ох, это было просто ужасно, мистер Поттер, — тянет он, тяжко вздыхая. — Ну, вы сами понимаете, итальянцы в хорошей форме и просто отлично играют.
— Понимаю, но за наших было все же обидно, — едва улыбаюсь и лопатками ощущаю, как Малфой пыхтит позади меня.
— Невероятно обидно, но, думаю, все еще впереди, ведь…
Лифт открывается и я, пробормотав «Мне пора», выхожу на этаже. Наверное, я поступаю с Драко не очень хорошо, но я пока не могу, не могу и все. Слишком сложно все-таки перетащить наши с ним отношения из «подозрительно-наблюдательных» в ранг дружбы. Я не могу так просто принять это, мне надо хотя бы пару дней, чтобы осознать наше с ним положение в этом дурацком мире.
Родни орет на какого-то парня и шлепает себя по лбу, устало выдыхая:
— Ну какой же ты дурак.
Этот мальчишка поспешно убегает с красными щеками и опущенным взглядом, а я сажусь напротив Родни, который уже кричит:
— Нам два кофе!
— Суровый понедельник? — бегло оглядываю Родни, пребывающего, мягко говоря, не в настроении.
— Да невозможно! Сначала Калеб …
Родни рассказывает «невозможные» утренние события, практически без пауз и постоянно запинаясь. Под конец речи он судорожно облизывает губы и вот уже тянется к ящику в столе, откуда выуживает половинчатый коньяк и пару бокалов, заговорщически мне подмигивая.
На его предложение выпить вместе я отказываю, Родни спокойно пожимает плечами, мол, дело твое, опрокидывает в себя первый бокал и расслабленно откидывается в кресле. Он жмурится и, вытирая рот рукой, говорит:
— Аж полегчало сразу! — и вот он уже добродушно посмеивается, а в глазах появляется искорка интереса. — А ты не так уж часто ко мне приходишь, чтоб я мог подумать, что ты не по делу заглянул.
Я собираюсь ответить в нейтральной ноте, возможно, даже шуткой, как появляется миловидная девушка с кофе, и Родни моментально начинает ее отчитывать:
— Почему ты так долго? Чем ты опять была занята? — кулак ударяет по жалобно скрипнувшему от такой незаслуженной кары столу. — Еще раз такое повторится, и я уволю тебя к чертовой бабушке!
Однако девушка на все эти грозно звучащие фразы лишь едва заметно закатывает глаза и молча удаляется.
— Спокойная она у тебя, — замечаю, когда он отпивает кофе и вновь расслабляется.
— И не говори, просто золотая! — Родни улыбается. — И молчит, и все выполняет без ошибок, и выглядит прекрасно и… м-м-м, кофе всегда вкусный.
Я делаю большой глоток действительно вкусного кофе и понимаю, что никогда он ее не уволит. Не понимаю только, зачем он грозится сделать то, чего никогда не сможет, да и не захочет, скорее всего?
— Так что случилось, Гарри? — вопрошает он. — Только не говори, что поссорился с Джинни в преддверии свадьбы.
— У нас с ней все отлично, просто… — я смотрю в открытое широкое лицо Родни и прикидываю шансы того, что он расскажет о нашем разговоре Мозесу. Думаю, они равны нулю. — Слышал, Мозес с Драко теперь… — хочется сказать «нянчится», но думаю, это чересчур некорректно прозвучит, — работает.
— А, это, — Родни откидывается на спинку кресла, — да что-то вроде того. Не знаю, я видел их двоих вчера в министерстве. Забегал за документами и наткнулся на них в холле. Мозес мне как обычно помахал и представил Драко Малфоя, правда, я торопился, поэтому не уделил знакомству много времени.
— Хм, ясно… — я тоже откидываюсь на спинку кресла и проваливаюсь в свои мысли о будущем.
— Что такое? Почему ты спросил об этом? — Родни предсказуемо заинтересовывается и проводит пухлой рукой по такому же пухлому животу.
— Ну…
Страница 43 из 88
