Фандом: Гарри Поттер. Когда окончательно стали ясны твои цели, когда тяжелый выбор уже за спиной, и с каждым шажочком приближаешься к мечте, появляется чувство определенности. И ведь идти по прямой многим легче, чем по извилистой, неизвестно куда ведущей дорожке.
Добавить в моё избранное
133 мин, 44 сек 17169
Сразу после входа на территорию Хогвартса чувствовалось, как за последние месяцы тут всё изменилось. Снова веяло какой-то детской наивностью и беззаботностью. Больше не давила витавшая в воздухе напряжённость, что царила здесь в последние годы. Даже дышалось легче! А тут и там слышались оживлённые разговоры и весёлый смех.
Даже завидую новеньким — последующие годы наверняка станут для них самыми счастливыми. И никакой надвигающейся войны и прочих неприятностей «за авторством» Тёмного лорда. Никаких василисков и дементоров. Ни-че-го!
Долгие века одной из визитных карточек Хогвартса был потолок в Большом зале. Им восхищались и заморские гости, и зелёные новички. Взглянув наверх, я непроизвольно задержала дыхание, и тут же с облегчением выдохнула. А на лице сама собой появилась улыбка.
После эпического сражения Дамблдора и Волдеморта мне (как и Астории с её поклонником) удалось побывать в Большом зале. Домой мы вернулись понурившись — от потрясающего зала, где когда-то мы с ужасом и трепетом ждали вердикта древнего артефакта, ели каждый день, болтали, смеялись, да и вообще проводили уйму времени, не осталось ничего.
Выбитые и расколотые плиты, разломанные преподавательские стулья и рассыпавшиеся в прах столы и скамьи, пострадавший от огня затопленный пол, выщербленные стены… а вместо знаменитого зачарованного потолка — темнота. Смерть, разруха и запустение… только непонятно откуда взявшийся ветер гуляет. Вот такое неприятное зрелище нас поджидало.
Однако усилиями Флитвика, учёных из Отдела Тайн и даже прибывших специалистов из Франции наследие Основателей удалось восстановить. На самом деле — даже лучше стало. Раньше преобладали холодные оттенки, а теперь — тёплые. Даже уютней получилось.
Распределение шло своим чередом. Пока ещё не первокурсники поочередно на подгибавшихся ногах подходили к преподавательскому столу, откуда их отправляли за нужный стол. Очередь редела, и когда последнего первокурсника зачислили в Гриффиндор, Драко хмыкнул.
А вот сидевшая по правую руку Астория за всю церемонию даже не шелохнулась. Сейчас её интересовала только одна персона, но та за другим столом болтала с друзьями. Я только покачала головой и взглянула на встающую МакГонагалл. Рядом поднялся (пока ещё) министр Фадж. Он-то и взял слово.
Если раньше понять не могла, как это он умудрился забраться так высоко, то теперь всё встало на свои места. Мастерски играя словами, министр долго разливался соловьём по поводу окончания войны и её последствий, необходимых изменений в обществе и прочей белиберде. Которую детям слушать вовсе не обязательно. Благополучно пропустив большую часть речи, я навострила ушки только когда заговорила МакГонагалл:
— Прежде чем начнётся пир, хочу сделать несколько объявлений. Во-первых, Запретный лес остается запретным для всех, кто не хочет умереть самой страшной смертью. — Я с ностальгией улыбнулась. Кое-что остаётся неизменным. — Во-вторых, в преподавательском составе произошли некоторые перестановки. Как вы уже знаете, пост директора школы перешёл ко мне, и я постараюсь достойно продолжить дело покойного директора Дамблдора. Ещё хочу сообщить, что Прорицание в Хогвартсе больше не изучают. — В целом студенты отреагировали положительно. Сумасшедшую Трелони никто не любил, за исключением таких же «загадочных» Патил и Браун. — Пост преподавателя Защиты от Тёмных Искусств займёт бывший аврор Грегори Ллойд, — мужчина лет сорока приветливо поднял руку и в целом выглядел вполне дружелюбно. — И последнее — завхоз Аргус Филч поблагодарил Хогвартс за счастливые годы и теперь наслаждается заслуженным отдыхом. А на его место…
Именно в этот момент двери распахнулись настежь и вошла жабоподобная женщина с жеманной улыбкой на губах. Зал накрыла тишина.
— Представляю вам Долорес Амбридж!
— Здравствуйте, дети! — та улыбнулась ещё шире.
Те, кто её уже знал, умолкли и начали угрюмо переглядываться. И не совсем понимали — то ли радоваться уходу Филча и назначению Амбридж на такую должность, то ли биться головой о стол. Почти все профессора мрачно уставились в тарелки, а вот МакГонагалл проявила поистине железную выдержку. Во всяком случае, на её лице не дрогнул ни один мускул.
Словно не замечая раздражённых взглядов, Амбридж резво добралась до своего места. Сидевший по соседству Северус Снейп застыл подобно статуе и, кажется, даже стал меньше ростом. А вот на его лице заиграли желваки.
Пока взгляды студентов скрестились на директрисе, которая, по их мнению, подложила школе самую настоящую свинью, я воззрилась на бывшего заместителя министра. А та украдкой кидала полные обожания взгляды на соседа в чёрном и поправляла причёску.
О да, нас точно ждут интересные времена. Я мрачно улыбнулась.
— Минерва, разве разумно было приглашать эту… эту женщину обратно в Хогвартс? Тем более теперь, когда её выпнули из Министерства. — Я притаилась за доспехами.
Даже завидую новеньким — последующие годы наверняка станут для них самыми счастливыми. И никакой надвигающейся войны и прочих неприятностей «за авторством» Тёмного лорда. Никаких василисков и дементоров. Ни-че-го!
Долгие века одной из визитных карточек Хогвартса был потолок в Большом зале. Им восхищались и заморские гости, и зелёные новички. Взглянув наверх, я непроизвольно задержала дыхание, и тут же с облегчением выдохнула. А на лице сама собой появилась улыбка.
После эпического сражения Дамблдора и Волдеморта мне (как и Астории с её поклонником) удалось побывать в Большом зале. Домой мы вернулись понурившись — от потрясающего зала, где когда-то мы с ужасом и трепетом ждали вердикта древнего артефакта, ели каждый день, болтали, смеялись, да и вообще проводили уйму времени, не осталось ничего.
Выбитые и расколотые плиты, разломанные преподавательские стулья и рассыпавшиеся в прах столы и скамьи, пострадавший от огня затопленный пол, выщербленные стены… а вместо знаменитого зачарованного потолка — темнота. Смерть, разруха и запустение… только непонятно откуда взявшийся ветер гуляет. Вот такое неприятное зрелище нас поджидало.
Однако усилиями Флитвика, учёных из Отдела Тайн и даже прибывших специалистов из Франции наследие Основателей удалось восстановить. На самом деле — даже лучше стало. Раньше преобладали холодные оттенки, а теперь — тёплые. Даже уютней получилось.
Распределение шло своим чередом. Пока ещё не первокурсники поочередно на подгибавшихся ногах подходили к преподавательскому столу, откуда их отправляли за нужный стол. Очередь редела, и когда последнего первокурсника зачислили в Гриффиндор, Драко хмыкнул.
А вот сидевшая по правую руку Астория за всю церемонию даже не шелохнулась. Сейчас её интересовала только одна персона, но та за другим столом болтала с друзьями. Я только покачала головой и взглянула на встающую МакГонагалл. Рядом поднялся (пока ещё) министр Фадж. Он-то и взял слово.
Если раньше понять не могла, как это он умудрился забраться так высоко, то теперь всё встало на свои места. Мастерски играя словами, министр долго разливался соловьём по поводу окончания войны и её последствий, необходимых изменений в обществе и прочей белиберде. Которую детям слушать вовсе не обязательно. Благополучно пропустив большую часть речи, я навострила ушки только когда заговорила МакГонагалл:
— Прежде чем начнётся пир, хочу сделать несколько объявлений. Во-первых, Запретный лес остается запретным для всех, кто не хочет умереть самой страшной смертью. — Я с ностальгией улыбнулась. Кое-что остаётся неизменным. — Во-вторых, в преподавательском составе произошли некоторые перестановки. Как вы уже знаете, пост директора школы перешёл ко мне, и я постараюсь достойно продолжить дело покойного директора Дамблдора. Ещё хочу сообщить, что Прорицание в Хогвартсе больше не изучают. — В целом студенты отреагировали положительно. Сумасшедшую Трелони никто не любил, за исключением таких же «загадочных» Патил и Браун. — Пост преподавателя Защиты от Тёмных Искусств займёт бывший аврор Грегори Ллойд, — мужчина лет сорока приветливо поднял руку и в целом выглядел вполне дружелюбно. — И последнее — завхоз Аргус Филч поблагодарил Хогвартс за счастливые годы и теперь наслаждается заслуженным отдыхом. А на его место…
Именно в этот момент двери распахнулись настежь и вошла жабоподобная женщина с жеманной улыбкой на губах. Зал накрыла тишина.
— Представляю вам Долорес Амбридж!
— Здравствуйте, дети! — та улыбнулась ещё шире.
Те, кто её уже знал, умолкли и начали угрюмо переглядываться. И не совсем понимали — то ли радоваться уходу Филча и назначению Амбридж на такую должность, то ли биться головой о стол. Почти все профессора мрачно уставились в тарелки, а вот МакГонагалл проявила поистине железную выдержку. Во всяком случае, на её лице не дрогнул ни один мускул.
Словно не замечая раздражённых взглядов, Амбридж резво добралась до своего места. Сидевший по соседству Северус Снейп застыл подобно статуе и, кажется, даже стал меньше ростом. А вот на его лице заиграли желваки.
Пока взгляды студентов скрестились на директрисе, которая, по их мнению, подложила школе самую настоящую свинью, я воззрилась на бывшего заместителя министра. А та украдкой кидала полные обожания взгляды на соседа в чёрном и поправляла причёску.
О да, нас точно ждут интересные времена. Я мрачно улыбнулась.
— Минерва, разве разумно было приглашать эту… эту женщину обратно в Хогвартс? Тем более теперь, когда её выпнули из Министерства. — Я притаилась за доспехами.
Страница 31 из 38
