Фандом: Шерлок Холмс и Доктор Ватсон. У доктора Уотсона появляется постоянный пациент.
Добавить в моё избранное
25 мин, 12 сек 416
— Будь вы посторонним человеком, я бы тоже не взял неоправданно завышенный гонорар, так что пусть ваша совесть спит спокойно.
— Компромисс вполне реален — прибавь ещё пятьдесят фунтов, и перестань заниматься… дипломатией, — добавил Шерлок.
— Сто пятьдесят.
— Майкрофт! Вы ещё поторгуйтесь со мной! Триста пятьдесят — и ни фунтом больше!
— По-моему, это вы торгуетесь? Говорите почему-то, что моё здоровье стоит меньше, чем я считаю. — Он насупился, но мне показалось, что разговор его забавляет.
— Да вы ещё две недели назад не оценивали ваше здоровье и в пенни! — возмутился я.
Майкрофт улыбнулся, как Чеширский кот.
— Я умею признавать свои ошибки.
— Четыреста, — простонал я, думая, что гонорар не так уж и завышен — если каждая моя рекомендация будет сопровождаться таким вот спором, врач скоро потребуется мне.
— Брэк, — сказал Шерлок и помассировал мне плечи.
Майкрофт явно размышлял — пытать ли меня дальше или отпустить на свободу.
— Ладно. На первый раз готов сдаться. С одним условием.
— С каким?
— Я считаю, мне пора уже появиться в ваших рассказах, мой дорогой доктор. Почему бы читателям не узнать наконец, что у Шерлока есть брат?
Мы с Шерлоком переглянулись.
— Так ведь придётся выдумывать историю от начала до конца, — осторожно намекнул я.
— Ну, что-то можно взять из жизни, какие-нибудь детали… а что-то и выдумать, ну так что ж, это же беллетристика, а не полицейские отчеты. Я, например, мог бы привести к вам какого-нибудь нового клиента, а потом немного поучаствовать в расследовании. Какая-нибудь романтическая история, к примеру, и учтите, что мне совсем не обязательно выглядеть в ней умнее всех. Наоборот, скажем, я предпочел бы, чтобы ваши читатели меня немного недооценивали.
Шерлок задумчиво хмыкнул.
— Как только появится подходящий случай, я его тотчас опишу, — пообещал я.
— Ну, вот и договорились. Тогда с вашего разрешения я пойду заканчивать работу. Спасибо, Джон, и не сердитесь. Зато рука больше не болит.
— Куда вы…
—Куда ты пойдёшь?
Воскликнули одновременно мы с Шерлоком, который тут же вскочил с подлокотника и преградил брату путь.
— Мне надо закончить работу с докладом министра иностранных дел для палаты. У меня всего сутки. — Майкрофт посмотрел на брата и каким-то особо внушительным тоном произнёс: — Шерлок!
Тот молча отступил в сторону.
— Когда он так говорит, лучше не возражать, — пояснил он, когда мы остались одни, но я заметил, что он очень расстроен.
Я дал себе зарок, высказать Майкрофту всё, что думаю о его упрямстве и его возмутительном отношении к своему здоровью. И если уж он так беспокоится о душевном спокойствии Шерлока, не грех использовать этот аргумент в качестве… дипломатии.
Вот таким невероятным стечением обстоятельств я стал личным врачом Майкрофта Холмса. Правда, мой пациент опять выкинул штуку: внезапно исчез через два дня после нашего ночного разговора. Оставил короткую записку, что с ним всё хорошо и он будет отсутствовать несколько дней. Потом пришло письмо. Шерлок показал мне его, потому что там были некоторые вещи, касающиеся меня лично.
«Дорогой брат!»
Завтра моя работа вне Лондона закончится, и уже послезавтра днём я надеюсь быть дома. Зная, как тебя беспокоит моё самочувствие, спешу сообщить, что со мной всё в порядке, даже прекрасно, рука совершенно не болит, я чувствую себя бодрым и совершенно здоровым.
Передай мои искренние извинения доктору, я не успел даже предупредить его, так как мне пришлось уехать раньше запланированного и абсолютно срочно. Но такова уж доля государственных служащих.
Дорогой Шерлок! Я должен также извиниться и перед тобой. Все эти дни я мысленно возвращаюсь к нашему ночному разговору, который сам по себе, включая пикировку с милым доктором, надо сказать, доставил мне удовольствие и взбодрил меня. Но окончание разговора меня беспокоит. Мой мальчик, я не хотел ни обидеть, ни расстроить тебя. Я немного нервничал из-за служебных дел, но это совершенно не извиняет меня за мой тон, он был недопустим и ничем не оправдан, мне очень жаль, и я прошу у тебя прощения.
Если у вас с доктором не запланировано более интересных дел на послезавтрашний вечер, буду очень рад видеть вас и принести все возможные извинения вам обоим лично.
Твой брат, М. Холмс.
P.S. Очень надеюсь также, что доктор не настолько на меня сердит, чтобы не снять, наконец, с меня эту ужасную штуку.
М.
— Компромисс вполне реален — прибавь ещё пятьдесят фунтов, и перестань заниматься… дипломатией, — добавил Шерлок.
— Сто пятьдесят.
— Майкрофт! Вы ещё поторгуйтесь со мной! Триста пятьдесят — и ни фунтом больше!
— По-моему, это вы торгуетесь? Говорите почему-то, что моё здоровье стоит меньше, чем я считаю. — Он насупился, но мне показалось, что разговор его забавляет.
— Да вы ещё две недели назад не оценивали ваше здоровье и в пенни! — возмутился я.
Майкрофт улыбнулся, как Чеширский кот.
— Я умею признавать свои ошибки.
— Четыреста, — простонал я, думая, что гонорар не так уж и завышен — если каждая моя рекомендация будет сопровождаться таким вот спором, врач скоро потребуется мне.
— Брэк, — сказал Шерлок и помассировал мне плечи.
Майкрофт явно размышлял — пытать ли меня дальше или отпустить на свободу.
— Ладно. На первый раз готов сдаться. С одним условием.
— С каким?
— Я считаю, мне пора уже появиться в ваших рассказах, мой дорогой доктор. Почему бы читателям не узнать наконец, что у Шерлока есть брат?
Мы с Шерлоком переглянулись.
— Так ведь придётся выдумывать историю от начала до конца, — осторожно намекнул я.
— Ну, что-то можно взять из жизни, какие-нибудь детали… а что-то и выдумать, ну так что ж, это же беллетристика, а не полицейские отчеты. Я, например, мог бы привести к вам какого-нибудь нового клиента, а потом немного поучаствовать в расследовании. Какая-нибудь романтическая история, к примеру, и учтите, что мне совсем не обязательно выглядеть в ней умнее всех. Наоборот, скажем, я предпочел бы, чтобы ваши читатели меня немного недооценивали.
Шерлок задумчиво хмыкнул.
— Как только появится подходящий случай, я его тотчас опишу, — пообещал я.
— Ну, вот и договорились. Тогда с вашего разрешения я пойду заканчивать работу. Спасибо, Джон, и не сердитесь. Зато рука больше не болит.
— Куда вы…
—Куда ты пойдёшь?
Воскликнули одновременно мы с Шерлоком, который тут же вскочил с подлокотника и преградил брату путь.
— Мне надо закончить работу с докладом министра иностранных дел для палаты. У меня всего сутки. — Майкрофт посмотрел на брата и каким-то особо внушительным тоном произнёс: — Шерлок!
Тот молча отступил в сторону.
— Когда он так говорит, лучше не возражать, — пояснил он, когда мы остались одни, но я заметил, что он очень расстроен.
Я дал себе зарок, высказать Майкрофту всё, что думаю о его упрямстве и его возмутительном отношении к своему здоровью. И если уж он так беспокоится о душевном спокойствии Шерлока, не грех использовать этот аргумент в качестве… дипломатии.
Вот таким невероятным стечением обстоятельств я стал личным врачом Майкрофта Холмса. Правда, мой пациент опять выкинул штуку: внезапно исчез через два дня после нашего ночного разговора. Оставил короткую записку, что с ним всё хорошо и он будет отсутствовать несколько дней. Потом пришло письмо. Шерлок показал мне его, потому что там были некоторые вещи, касающиеся меня лично.
«Дорогой брат!»
Завтра моя работа вне Лондона закончится, и уже послезавтра днём я надеюсь быть дома. Зная, как тебя беспокоит моё самочувствие, спешу сообщить, что со мной всё в порядке, даже прекрасно, рука совершенно не болит, я чувствую себя бодрым и совершенно здоровым.
Передай мои искренние извинения доктору, я не успел даже предупредить его, так как мне пришлось уехать раньше запланированного и абсолютно срочно. Но такова уж доля государственных служащих.
Дорогой Шерлок! Я должен также извиниться и перед тобой. Все эти дни я мысленно возвращаюсь к нашему ночному разговору, который сам по себе, включая пикировку с милым доктором, надо сказать, доставил мне удовольствие и взбодрил меня. Но окончание разговора меня беспокоит. Мой мальчик, я не хотел ни обидеть, ни расстроить тебя. Я немного нервничал из-за служебных дел, но это совершенно не извиняет меня за мой тон, он был недопустим и ничем не оправдан, мне очень жаль, и я прошу у тебя прощения.
Если у вас с доктором не запланировано более интересных дел на послезавтрашний вечер, буду очень рад видеть вас и принести все возможные извинения вам обоим лично.
Твой брат, М. Холмс.
P.S. Очень надеюсь также, что доктор не настолько на меня сердит, чтобы не снять, наконец, с меня эту ужасную штуку.
М.
Страница 7 из 7
