У меня в распоряжении были глюченный комп, тазик оливье, детское шампанское, сетка мандаринов, четыре гирлянды, искусственная ёлка, десяток ёлочных игрушек, пачка бенгальских огней и шикарные планы на праздник. Но когда тебе с какой-то борозды прилетает тупым предметом по башке, а потом ты приходишь в себя в незнакомом доселе месте, приходится на ходу менять планы и пожелания.
Добавить в моё избранное
70 мин, 16 сек 5002
Мля… Так! Быстро очнулась, сопритюкнулась Кукуся не удержалась…, упоролась, и в бой! Хватит сопли по тарелке размазывать!
— Нет тут никого! — я вскочила на ноги, осматриваясь глазами, соизмеримыми, разве что, только с жопой Никки Минаж.
Перед моими испуганными, как у обосравшегося хомяка, очами, предстал Оффендер, сидящий на крутящемся кресле, нога на ногу, хищно скалящийся мне своими клыками.
— Ну, как же нету, если вот она ты, — усмехнулся извращенец, встав со своего места и отложив в сторону какую-то книгу. Если меня не подвели глаза, это была «Пятьдесят оттенков серого»…
Я посмотрела на наручные часы, и ну таки просто обомлела… прошла одна гребаная минута! Одна! Одна, мать твою, минуточка! А их ещё целых девять…
Тут же, будто Офф прочитал мои мысли, белый вектор протянул мне розу неописуемой красоты: её иссиня-чёрные лепестки переливались глянцевым оттенком аквамарина, будто она была заламинирована, а тонкий стебель сиял на свету чистыми, как слеза, каплями росы, будто был инкрустирован самим, мать его, Своровски. Её великолепный аромат кружил голову.
— Розу?… — улыбнулся маньяк. Боже правый, она просто великолепна… Я такой красоты ни разу в жизни не видела, но… Крис! Опомнись! Чего тебе будет стоить эта роза!…
Я тихонько ущипнула себя за руку, пытаясь вернуть сознание на его законное место.
— Эм… нет, благодарю, — вежливо отодвинула я вектор в сторону. Оффендер явно был в недоумении — его розы завораживали и отбивали у девушек всякую возможность сопротивляться, а их ноги раздвигались, как по волшебству! Что не так?! Ну, как тебе объяснить… Оффчик, это я! И этим всё сказано!
— Возможно, эта роза не достойна тебя, — всё тем же томным голосом проговорил насильник, немного ослабляя галстук и попросту выкидывая это великолепие нееееет Т_Т куда-то в сторону, будто она сама ему стала неинтересна и не нужна. Тем временем, я отчаянно пыталась хоть немного увеличить расстояние между нами. Ну, хотя бы для того, чтобы взглянуть на часы. — Ведь сейчас передо мной стоит самый великолепный и прекрасный цветок в мире, — улыбнувшись, закончил Оффендер, немного приблизившись ко мне. Дело дрянь…
Я смутилась и слегка отпрянула, всё-таки ухитрившись взглянуть на часы…
Семь минут?! Ещё семь минут?! Да, едрид твою за ногу, у меня часы вообще ходят?!
— Может, ты покажешь мне свой сад? — я честно попыталась изобразить кокетливую улыбку, но вышло так, как будто мне срочно надо в туалет… По-большому.
Ну, да, её и так тяжко сделать (для меня — так точно!), а уж, простите, натянуть поверх злорадной, замышляющей хитрожопый план по спасению собственного зада, ухмылки — вообще миссия невыполнима! И, в таком случае, я тут Агент 007! — Я уверена, здесь найдётся роза, достойная меня, — Наиграно-сладким голосом продолжила я, хоть на пару мгновений перестав избегать зрительного контакта с насильником, для пущей убедительности.
А план мой был прост, как два пальца в розетку: Надо. Тянуть. Время! Тянуть, как Дедка репку! Тянуть, как кота за яйца просто!
На лице Оффендера расползлась улыбка во все клыки.
Таракан, Таракан, я — Плесень. Повторяю, Таракан, Таракан, я — Плесень! Тортик в холодильнике! Как слышно (ну, я же типа Агент 007… )?
— Ну, раз ты просишь, то я не в силах отказать, — ухмыльнулся довольный Офф. А что я? Я силюсь не заржать в голос…
Мы пошли по каменной дорожке вглубь сада, с обеих сторон она была окружена розами всех цветов, мастей и размеров. Они вились своими стебельками, протягивая ко мне тонкие, как папиросная бумага, ажурные лепестки, и красовались своими идеальными по форме бутонами.
Знаете, мне кажется, Оффу и без России есть чем заняться! Вот и сидел бы дальше в Америке!
— И сколько же здесь сортов?… — лукаво улыбнулась я, рассматривая наиболее интересные экземпляры.
— Тысяча шестьсот пятьдесят девять сортов, — Офф гордо улыбнулся, сказав эту цифру даже не задумываясь, будто предугадал, что я спрошу. А я не могу даже «корабли лавировали-лавировали» выговорить… М-да.
— Вот это я понимаю — разнообразие… — поразилась я, тихонько взглянув на часы… шесть минут?! Да вы реально издеваетесь!
— Что есть, то есть, — с какой-то гордостью ответил маньяк, немного надвинув шляпу на то место, где у нормальных людей глаза быть должны. — Ну, как? Ты ещё ничего не присмотрела? — В надежде услышать положительный ответ спросил Оффендер. Но только отрицательно покачала головой.
— Может, вот эта тебя заинтересует?… — он вынул из кармана своего плаща розу с матовым стеблем, мать моя, шоколадного цвета, и закрученным, будто на ножницах, листочком. Её лепестки у основания были тёмно-фиолетовые, постепенно, по мере отдаления от центра, переходящие в бледно-лиловый на концах. Лютик, короче.
И на всём этом великолепии красовались белые кристаллы росы.
— Нет тут никого! — я вскочила на ноги, осматриваясь глазами, соизмеримыми, разве что, только с жопой Никки Минаж.
Перед моими испуганными, как у обосравшегося хомяка, очами, предстал Оффендер, сидящий на крутящемся кресле, нога на ногу, хищно скалящийся мне своими клыками.
— Ну, как же нету, если вот она ты, — усмехнулся извращенец, встав со своего места и отложив в сторону какую-то книгу. Если меня не подвели глаза, это была «Пятьдесят оттенков серого»…
Я посмотрела на наручные часы, и ну таки просто обомлела… прошла одна гребаная минута! Одна! Одна, мать твою, минуточка! А их ещё целых девять…
Тут же, будто Офф прочитал мои мысли, белый вектор протянул мне розу неописуемой красоты: её иссиня-чёрные лепестки переливались глянцевым оттенком аквамарина, будто она была заламинирована, а тонкий стебель сиял на свету чистыми, как слеза, каплями росы, будто был инкрустирован самим, мать его, Своровски. Её великолепный аромат кружил голову.
— Розу?… — улыбнулся маньяк. Боже правый, она просто великолепна… Я такой красоты ни разу в жизни не видела, но… Крис! Опомнись! Чего тебе будет стоить эта роза!…
Я тихонько ущипнула себя за руку, пытаясь вернуть сознание на его законное место.
— Эм… нет, благодарю, — вежливо отодвинула я вектор в сторону. Оффендер явно был в недоумении — его розы завораживали и отбивали у девушек всякую возможность сопротивляться, а их ноги раздвигались, как по волшебству! Что не так?! Ну, как тебе объяснить… Оффчик, это я! И этим всё сказано!
— Возможно, эта роза не достойна тебя, — всё тем же томным голосом проговорил насильник, немного ослабляя галстук и попросту выкидывая это великолепие нееееет Т_Т куда-то в сторону, будто она сама ему стала неинтересна и не нужна. Тем временем, я отчаянно пыталась хоть немного увеличить расстояние между нами. Ну, хотя бы для того, чтобы взглянуть на часы. — Ведь сейчас передо мной стоит самый великолепный и прекрасный цветок в мире, — улыбнувшись, закончил Оффендер, немного приблизившись ко мне. Дело дрянь…
Я смутилась и слегка отпрянула, всё-таки ухитрившись взглянуть на часы…
Семь минут?! Ещё семь минут?! Да, едрид твою за ногу, у меня часы вообще ходят?!
— Может, ты покажешь мне свой сад? — я честно попыталась изобразить кокетливую улыбку, но вышло так, как будто мне срочно надо в туалет… По-большому.
Ну, да, её и так тяжко сделать (для меня — так точно!), а уж, простите, натянуть поверх злорадной, замышляющей хитрожопый план по спасению собственного зада, ухмылки — вообще миссия невыполнима! И, в таком случае, я тут Агент 007! — Я уверена, здесь найдётся роза, достойная меня, — Наиграно-сладким голосом продолжила я, хоть на пару мгновений перестав избегать зрительного контакта с насильником, для пущей убедительности.
А план мой был прост, как два пальца в розетку: Надо. Тянуть. Время! Тянуть, как Дедка репку! Тянуть, как кота за яйца просто!
На лице Оффендера расползлась улыбка во все клыки.
Таракан, Таракан, я — Плесень. Повторяю, Таракан, Таракан, я — Плесень! Тортик в холодильнике! Как слышно (ну, я же типа Агент 007… )?
— Ну, раз ты просишь, то я не в силах отказать, — ухмыльнулся довольный Офф. А что я? Я силюсь не заржать в голос…
Мы пошли по каменной дорожке вглубь сада, с обеих сторон она была окружена розами всех цветов, мастей и размеров. Они вились своими стебельками, протягивая ко мне тонкие, как папиросная бумага, ажурные лепестки, и красовались своими идеальными по форме бутонами.
Знаете, мне кажется, Оффу и без России есть чем заняться! Вот и сидел бы дальше в Америке!
— И сколько же здесь сортов?… — лукаво улыбнулась я, рассматривая наиболее интересные экземпляры.
— Тысяча шестьсот пятьдесят девять сортов, — Офф гордо улыбнулся, сказав эту цифру даже не задумываясь, будто предугадал, что я спрошу. А я не могу даже «корабли лавировали-лавировали» выговорить… М-да.
— Вот это я понимаю — разнообразие… — поразилась я, тихонько взглянув на часы… шесть минут?! Да вы реально издеваетесь!
— Что есть, то есть, — с какой-то гордостью ответил маньяк, немного надвинув шляпу на то место, где у нормальных людей глаза быть должны. — Ну, как? Ты ещё ничего не присмотрела? — В надежде услышать положительный ответ спросил Оффендер. Но только отрицательно покачала головой.
— Может, вот эта тебя заинтересует?… — он вынул из кармана своего плаща розу с матовым стеблем, мать моя, шоколадного цвета, и закрученным, будто на ножницах, листочком. Её лепестки у основания были тёмно-фиолетовые, постепенно, по мере отдаления от центра, переходящие в бледно-лиловый на концах. Лютик, короче.
И на всём этом великолепии красовались белые кристаллы росы.
Страница 13 из 20
