Оправдания

Потому что Гермиона не хотела этого делать.

Но Люциус Малфой − другой случай. Ведь общение с ним − это как раз «не по правилам», это нечто совершенно новое. Можно было бы попытаться отстроить что-то, рассчитывая на его поддержку. Жаль, что Гермиона подумала об этом уже после того, как выгнала его за порог своей пустой квартиры.

После его ухода Гермионе уже не хотелось пускать в свой дом незнакомцев. Если своими словами Малфой пытался заставить её пересмотреть свои приоритеты, то у него получилось. И плевать, что он об этом не узнает.

Но месяц спустя, когда Гермиона вышла на очередную вечернюю смену, появился шанс всё исправить. К барной стойке подошёл Малфой. Вместо приветствия он лишь коротко кивнул и устроился на высоком стуле.

− Простите, сэр, у меня по плану каждую ночь новый мужчина. Вы не подходите, − сказала Гермиона так, чтобы услышать мог только Малфой. Она сама не знала, какой чёрт дёрнул её за язык. Не так давно хотела наладить общение, а начала с того, что дала от ворот поворот.

− Не паясничай. Ты ведёшь себя как ребёнок, − одёрнул её Малфой.

− Наверное, вам так кажется, потому что ваш сын моего возраста.

− Намекаешь, что я слишком стар для тебя?

− Какие уж тут намёки, мистер Малфой… − протянула Гермиона. Потом одумалась и, вспомнив о своих рабочих обязанностях, дежурно поинтересовалась: − Что будете заказывать?

− Один чёрный кофе.

Гермиона с удовольствием использовала возможность отвлечься от разговора. Благо кофемашина не требовала от неё вежливого общения. Но когда заказ был готов, пришлось вновь повернуться к Малфою.

− Простите, тем утром я повела себя невежливо… и попросту глупо.

− Умный человек остаётся умным, даже если ему хватает глупости терзаться из-за вещей, которые уже не изменить, − проговорил Малфой тоном философа.

− Думаете, я умная?

− Пожалуй. Для своего возраста.

− Намекаете, что я слишком молода для вас?

− Ты первая об этом заговорила.

− Я не приглашаю в гости первых встречных, если вас это вдруг интересует. Больше не приглашаю, − Гермиона выдала чистую правду, пусть её об этом и не спрашивали. Отчего-то захотелось оправдаться перед Малфоем, хотя, собственно, у него было куда больше поводов для оправданий.

− Тогда хорошо, что мы с тобой уже встречались.

В тот вечер Люциус Малфой так и не оказался в квартире Гермионы − лишь проводил её до дома и ушёл после первой просьбы. А главное − они обменялись телефонами. Это было так ново: разговаривать по телефону не с родителями, не с коллегами и не с приятелями-магглами, а с кем-то из прошлой жизни. С чистокровным снобом по имени Люциус Малфой, например. Когда Гермиона говорила с ним, накручивая на палец телефонный провод, то точно знала: она что-то строит. И это «что-то» простоит дольше одной ночи.

Когда они наконец оказались на нормальном свидании, всё шло гладко. Наверное, потому что «нормальным» это свидание было в представлении Гермионы, а не Люциуса. То есть они сидели в милом кафе и пили чай с десертами, а не заказывали блюда со сложнопроизносимыми названиями где-нибудь в Мейфере. Гермиона так чувствовала себя спокойнее.

А насчёт ощущений Люциуса можно было поспорить. В этом кафе он казался неуместным. Хотя бы потому, что между первой и второй чашкой чая вдруг достал небольшую бархатную коробочку, заявив, что это подарок. Внутри оказался браслет с мелкой россыпью зелёных драгоценных камней.

− Это изумруды?

− Верно.

− Они зелёные.

− Ты очень наблюдательна.

− Я не люблю зелёный.

− Зря. Он тебе пойдёт.

Гермиона, наверное, в миллионный раз вспомнила о том луче Авады, который унёс чью-то жизнь. Нет, такой зелёный ей не шёл. Совсем.

− Знаете, я убила человека однажды.

− А я убивал несколько раз.

− Мне снятся кошмары.

− Всем снятся кошмары, − парировал Малфой.

− Это неправда, − возразила Гермиона. − Многие спят спокойно.

− Ты тоже так можешь. Помочь?

− Зайдёте сегодня ко мне на чашку чая?