Глаза змеи

Конечно, молодой человек давно привык к преувеличенному вниманию к себе, поэтому сначала попросту не замечал всей этой шумихи. Но средства массовой информации продолжали активно посвящать «лучшему гонщику столетия» не только все статьи передовиц, но и теле— и радиопередачи, и теперь это его уже раздражало.

Дэниел не мог понять, почему каждый день неизменно продолжает получать маггловсккие газеты. Он неоднократно ругался по этому поводу с Гермионой — ведь это она снабжала друга прессой, в которой содержалось огромное количество информации о знаменитом спортсмене. И хоть Блэк совершенно не хотел ничего слышать о себе, девушка упорно отправляла в поместье Малфоев сов, нагруженных далеко не парой газет.

— Очередная порция дифирамбов в честь несравненного Дэнни? — протянул над его ухом насмешливый голос.

— Ты же знаешь, как я отношусь к подобному мусору, — хмуро отозвался Блэк.

— Собираешь на чердаке подшивку? — Малфой, а это был именно он, с ехидной улыбкой обогнул кресло, в котором сидел Дэниел, и сел напротив. Его забавляла реакция Блэка на всю эту маггловскую шумиху. — Через пару лет откроем музей, запустим фанатов — за умеренную плату, естественно. Будем жить на доходы от твоей маленькой популярности.

— Верх остроумия. Я просто сейчас лопну от смеха.

— Ты поосторожней. Этому ковру, между прочим, семьсот пятьдесят три года. Его еще мой прадедушка из Персии привез.

— Конечно, тебя волнует только то, что может запачкаться твой драгоценный ковер, — голос Дэниела больше был похож на рычание разъяренного зверя.

Малфой сосредоточенно смотрел прямо ему в глаза, но уже больше не улыбался.

— Поттер, думаю, нам надо поговорить.

Тот удивленно поднял бровь. Дело в том, что он по-прежнему предпочитал оставаться для всех Дэниелом Блэком. Для всех, включая Драко, Гермиону и Северуса. Он объяснял это тем, что так будет проще — никто не запутается и случайно не назовет его Гарри Поттером. На самом же деле в глубине души молодой человек понимал, что не только не хочет, но и не может заставить себя вернуться к прошлому. И страшные события «ночи ритуала» только укрепили его в правильности некогда принятого решения похоронить Мальчика-Который-Выжил.

Именно поэтому было странно слышать от Малфоя «Поттер» — к такому обращению он прибегал только в исключительных случаях.

— И о чем же нам надо поговорить? — по возможности невозмутимо поинтересовался Дэниел.

— О тебе, — было странно видеть Драко таким серьезным, словно случилось что-то непредвиденное, и сюрприз отнюдь не был приятным. — Когда ты собираешься возвращаться к гонкам?

Блэк на секунду опешил, явно не ожидая подобного вопроса, а потом резко вскочил.

— Ненавязчиво пытаешься от меня отделаться, Малфой? — процедил он сквозь зубы.

— Что за чушь! — закатил глаза Драко. — Если бы я хотел от тебя отделаться, я бы просто указал тебе на дверь.

Он медленно встал и подошел к Блэку почти вплотную. Тот с вызовом смотрел на него, словно готовился к ожесточенному бою.

— Скажи мне, Поттер, — прищурился Малфой, — долго мне еще терпеть твои выкрутасы? Знаешь, мне уже начало надоедать твое вечно плохое настроение, из-за которого ты готов разорвать меня на сотню-другую слизеринских флагов. Я понимаю, что тебе тяжело смириться с потерей магии…

— Я не пользовался магией с самой смерти Волдеморта, так что мне не привыкать, — огрызнулся Дэниел.

— Это другое, — покачал головой Драко. — Одно дело, когда ты отказываешься от этого сознательно, зная, что если ты захочешь пить, то Акцио всегда в твоем распоряжении. И совсем другое — когда от тебя ничего не зависит, когда ты можешь до одурения повторять пресловутое Акцио, но стакан сока так и не сдвинется с места.

В ответ Блэк лишь раздраженно передернул плечами, всем своим видом показывая, что его это мало волнует.

— Я хочу, чтобы ты вернулся к гонкам, — продолжил Малфой.

— Ты хочешь? — взвился Дэниел. — Значит, ты хочешь! А то, чего хочу я, не имеет никакого значения? Тебе абсолютно наплевать на мои чувства и желания, ведь для тебя существует только один человек, с кем ты считаешься — ты сам. Свет клином сошелся на Драко Малфое, и все, кто позволяют себе собственное мнение, моментально отбрасываются как мусор. Наигрался, и я тебе больше не нужен?

— Мне нужен ты, Поттер, а не твоя тень. Но ты, судя по всему, все же предпочитаешь быть тенью, — льдом в голосе Драко можно было порезаться. — И что бы я ни говорил, ты не способен это воспринимать, — он резко развернулся и направился к выходу из комнаты. И уже почти из коридора, не оборачиваясь, бросил через плечо: — Надеюсь, что в ближайшее время ты все-таки придешь в себя, и мы сможем нормально поговорить.

Вместо ответа он услышал жалобный звон хрустального графина, разбитого Блэком в приступе гнева о закрывшуюся дверь.