Фандом: Гарри Поттер. Встревоженные друзья несли траурное бдение возле кровати Рона, оказавшегося в больничном крыле после употребления отравленной медовухи, когда Рон неожиданно прохрипел: — Ер-ми-наа. Автор всего лишь попытался расшифровать это хрипение.
Добавить в моё избранное
11 мин, 53 сек 226
Утро было дождливым и серым. Природа как будто раздумывала, пора ли ей переходить к солнечному настроению или ещё немного побыть в депрессии. Чавкающая грязь налеплялась на обувь внушительным весом, особенно после походов на травологию, и Филч (и в мирное-то время не отличающийся покладистостью характера) кидался с изощренной остервенелостью на учеников, специально, по его мнению, тащивших грязь в замок.
Накануне Гарри с Роном повезло просто чудом. Они успели заскочить за гобелен ровно за минуту до выхода из-за угла бдительного завхоза. Помогла, как ни странно, миссис Норрис. Все в Хогвартсе знали о прямо-таки гипнотической связи между Филчем и его тощей кошкой. Поэтому, завидев в коридоре филчеву агентуру, Гарри сразу потащил Рона в скрытую нишу за гобеленом. Миссис Норрис уставилась жёлтыми глазищами на всколыхнувшуюся ткань и нагло мяукнула.
— Пнуть? Как ты думаешь? — шёпотом предложил Рон.
Гарри легонько стукнул друга по вратарскому шлему — они шли с тренировки и вымокли до нитки. Квиддичные баталии достигли нервного пика, предстоял важный матч с пуффендуйцами. Рону совсем не хотелось выслушивать дурацкие куплеты слизеринцев, но его вратарские навыки, как бы это сказать, продолжали оставаться психически нестабильными. К тому же рядом всё время маячил Маклагген, а в его присутствии Рон всегда немного нервничал. Тот факт, что вратарём в команду выбрали его, казался Рону справедливым, но комплексы от неуверенности никто не отменял.
Так вот, и утром первого марта сырость оставалась всё такой же. Но сегодня это не омрачало радужного настроения. Семнадцать лет! Совершеннолетие! Рон проснулся в предвкушении чуда. И конечно, сразу обнаружил у кровати горку подарков.
Мама с папой презентовали замечательные наручные золотые часы с вырезанными по их ободу странными символами с крошечными движущимися звёздами вместо стрелок. Старая добрая традиция — дарить волшебнику на совершеннолетие часы. Рон попытался тут же надеть часы, но во вратарских перчатках, подаренных Гарри, это было делать не очень удобно. Рон хихикнул. Гарри всё это время сидел, уткнувшись в карту мародёров, высматривая на ней Малфоя.
Очередной свёрток был в яркой подарочной упаковке с пышным бантом. Рон развернул с опаской — не дай Мерлин, это Лаванда додумалась прислать ещё одну цепь со словами LOVE! Ему хватит и рождественского подарка, спасибо! Непросто забыть хохочущего до колик Гарри при виде обалдевшего Рона, никак не желающего поверить, что она подарила такое.
В последнее время отношения с Лавандой тяготили Рона. Эйфория от осознания своей нужности, от того, что он такой же парень, как все, и запросто может тискаться с девушкой по углам, давно прошла. Честно говоря, ему до смерти надоели эти её постоянные подкарауливания, заискивающие заглядывания в лицо и вечное желание затащить его в пустой класс. Нет, целоваться ему нравилось, кто бы спорил, но всё было предсказуемо одинаково, давно не давало новых ощущений, и Рон поймал себя на мысли, что не против уже и расстаться. Только как это сделать, он пока не придумал. Лаванда была неплохая. Не хорошая и не плохая. Просто ему было скучно с ней. С Гермионой они всё это время не разговаривали, и поначалу Рон ходил эдаким фаворитом. Но его бравада давно уже сдулась, как воздушный шарик. Он и сам не мог понять, почему его тогда так зацепило, что Гермиона целовалась с Крамом, как сказала Джинни. Вон Гарри же целовался с Чжоу, и ничего! Гермиона такой же друг, какое ему дело, с кем она целуется. Вот у него есть Лаванда. Эти девчонки, они просто убивают!
Разорвав упаковку, Рон облегчённо вздохнул — подарок был от Джинни, книга о Британо-Ирландской лиге по квиддичу с описанием и рейтингом команд. И ещё милая тёплая открытка. Всё не так страшно!
Желудок жалобно заурчал, напоминая хозяину, что давно пора завтракать. Любовь любовью, а обед по расписанию. Если Гарри не выйдет из транса со своей картой в ближайшие десять минут, придётся его как-то ворошить действенными способами. Не сидеть же в спальне, когда все нормальные люди уже завтракают.
В разбросанной внушительной горке подарков Рон углядел коробку шоколадных котелков. Ага! Неважно, от кого она. Отправитель, видимо, знал, что конфеты придутся очень к месту, ведь мысли о завтраке вытеснили даже досадные мысли о Лаванде и Гермионе вместе взятых. Рон слопал первую конфету, нетерпеливо подгоняя Гарри. Всё-таки если и есть на свете умное изобретение, так это — шоколад. Рон отправил второй котелок вслед за первым. Странное ощущение. Как-то вдруг он почувствовал, что его совсем не заботят насущные проблемы в мире. Только что в голове роилась куча мыслей, а тут не осталось ни одной. Полный вакуум. И есть не хотелось уже почему-то. Рон задумчиво съел третью конфету, четвёртую, пятую.
Он невидящими глазами смотрел на дождливое окошко и отчётливо видел прекрасную девушку. Божественное озарение… Ромильда Вейн… Он не достоин её мизинца, как же она прекрасна.
Накануне Гарри с Роном повезло просто чудом. Они успели заскочить за гобелен ровно за минуту до выхода из-за угла бдительного завхоза. Помогла, как ни странно, миссис Норрис. Все в Хогвартсе знали о прямо-таки гипнотической связи между Филчем и его тощей кошкой. Поэтому, завидев в коридоре филчеву агентуру, Гарри сразу потащил Рона в скрытую нишу за гобеленом. Миссис Норрис уставилась жёлтыми глазищами на всколыхнувшуюся ткань и нагло мяукнула.
— Пнуть? Как ты думаешь? — шёпотом предложил Рон.
Гарри легонько стукнул друга по вратарскому шлему — они шли с тренировки и вымокли до нитки. Квиддичные баталии достигли нервного пика, предстоял важный матч с пуффендуйцами. Рону совсем не хотелось выслушивать дурацкие куплеты слизеринцев, но его вратарские навыки, как бы это сказать, продолжали оставаться психически нестабильными. К тому же рядом всё время маячил Маклагген, а в его присутствии Рон всегда немного нервничал. Тот факт, что вратарём в команду выбрали его, казался Рону справедливым, но комплексы от неуверенности никто не отменял.
Так вот, и утром первого марта сырость оставалась всё такой же. Но сегодня это не омрачало радужного настроения. Семнадцать лет! Совершеннолетие! Рон проснулся в предвкушении чуда. И конечно, сразу обнаружил у кровати горку подарков.
Мама с папой презентовали замечательные наручные золотые часы с вырезанными по их ободу странными символами с крошечными движущимися звёздами вместо стрелок. Старая добрая традиция — дарить волшебнику на совершеннолетие часы. Рон попытался тут же надеть часы, но во вратарских перчатках, подаренных Гарри, это было делать не очень удобно. Рон хихикнул. Гарри всё это время сидел, уткнувшись в карту мародёров, высматривая на ней Малфоя.
Очередной свёрток был в яркой подарочной упаковке с пышным бантом. Рон развернул с опаской — не дай Мерлин, это Лаванда додумалась прислать ещё одну цепь со словами LOVE! Ему хватит и рождественского подарка, спасибо! Непросто забыть хохочущего до колик Гарри при виде обалдевшего Рона, никак не желающего поверить, что она подарила такое.
В последнее время отношения с Лавандой тяготили Рона. Эйфория от осознания своей нужности, от того, что он такой же парень, как все, и запросто может тискаться с девушкой по углам, давно прошла. Честно говоря, ему до смерти надоели эти её постоянные подкарауливания, заискивающие заглядывания в лицо и вечное желание затащить его в пустой класс. Нет, целоваться ему нравилось, кто бы спорил, но всё было предсказуемо одинаково, давно не давало новых ощущений, и Рон поймал себя на мысли, что не против уже и расстаться. Только как это сделать, он пока не придумал. Лаванда была неплохая. Не хорошая и не плохая. Просто ему было скучно с ней. С Гермионой они всё это время не разговаривали, и поначалу Рон ходил эдаким фаворитом. Но его бравада давно уже сдулась, как воздушный шарик. Он и сам не мог понять, почему его тогда так зацепило, что Гермиона целовалась с Крамом, как сказала Джинни. Вон Гарри же целовался с Чжоу, и ничего! Гермиона такой же друг, какое ему дело, с кем она целуется. Вот у него есть Лаванда. Эти девчонки, они просто убивают!
Разорвав упаковку, Рон облегчённо вздохнул — подарок был от Джинни, книга о Британо-Ирландской лиге по квиддичу с описанием и рейтингом команд. И ещё милая тёплая открытка. Всё не так страшно!
Желудок жалобно заурчал, напоминая хозяину, что давно пора завтракать. Любовь любовью, а обед по расписанию. Если Гарри не выйдет из транса со своей картой в ближайшие десять минут, придётся его как-то ворошить действенными способами. Не сидеть же в спальне, когда все нормальные люди уже завтракают.
В разбросанной внушительной горке подарков Рон углядел коробку шоколадных котелков. Ага! Неважно, от кого она. Отправитель, видимо, знал, что конфеты придутся очень к месту, ведь мысли о завтраке вытеснили даже досадные мысли о Лаванде и Гермионе вместе взятых. Рон слопал первую конфету, нетерпеливо подгоняя Гарри. Всё-таки если и есть на свете умное изобретение, так это — шоколад. Рон отправил второй котелок вслед за первым. Странное ощущение. Как-то вдруг он почувствовал, что его совсем не заботят насущные проблемы в мире. Только что в голове роилась куча мыслей, а тут не осталось ни одной. Полный вакуум. И есть не хотелось уже почему-то. Рон задумчиво съел третью конфету, четвёртую, пятую.
Он невидящими глазами смотрел на дождливое окошко и отчётливо видел прекрасную девушку. Божественное озарение… Ромильда Вейн… Он не достоин её мизинца, как же она прекрасна.
Страница 1 из 4
