Фандом: Гарри Поттер. На третьем Испытании Турнира Волдеморт вынуждает Виктора Крама принять Метку. После этого ему уже нет дороги назад, в Болгарию. Крам остается в Британии, в рядах Пожирателей Смерти. Три года его жизни — с момента принятия Метки и до последнего мгновения 2 мая 1998 года.
Добавить в моё избранное
238 мин, 11 сек 17928
— Летаешь?
— Ага. А ты что тут делаешь?
— Тоже полетать решил, — пожимаю плечами. — У тебя есть запасная метла?
— Эм… Да, но не очень хорошая — «Чистомет», — Малфой спрыгивает со своей метлы, в которой я узнаю «Нимбус». — Эта лучше… Хотя все равно не «Молния».
— Это да, — киваю. — Но тащи. Полетаем.
Малфой сияет, как медный таз.
— Динки!
Появившаяся домовичка тут же приносит метлу. Потертая, видно, что на ней много летали.
— Догоняй, — фыркаю и взмываю в воздух. Малфой весело отзывается уже где-то внизу:
— Догоню!
«Чистомет» неплох. Но я сразу чувствую, что за метлой плохо ухаживали — не перебирали прутья, не обновляли лаковое покрытие, редко смазывали специальным гелем. Ее слегка ведет вправо, но удержать удается без особого труда.
А еще я по пути перехватываю снитч, за которым Малфой гонялся до тех пор, пока я не пришел.
Летаем недолго. Когда замечаю, что мелкий устает от моих виражей, делаю знак приземления, и мы опускаемся на землю.
— Держи, — отдаю мальчишке шарик, недовольно водящий крылышками. — Твое вроде.
— Блин! — на лице Малфоя — восхищение. — Я даже не заметил, когда ты его поймал!
— Я тоже, — довольно фыркаю. — Слушай, малой…
— Я не малой, я Малфой, — недовольно поправляет меня белобрысое чудище, и я согласно исправляюсь:
— … Малфой. А ты своим метлам когда делал ремонт?
— Какой ремонт? — удивляется Малфой. — Они же летают!
— Профилактический, — объясняю. — Им прутья надо перебирать и лак обновлять. «Чистомет» ведет вправо, например.
— А мой «Нимбус»?
— А твой «Нимбус» не знаю, — пожимаю плечами. — Я на нем не сидел.
— А проверь его?!
Киваю, принимаю из рук восхищенно глядящего парнишки древко «Нимбуса».
Ну, что могу сказать спустя пару кругов. «Нимбус» хорош, в принципе, ему ничего делать не нужно, разве что гелем смазать.
— «Нимбус» намного лучше, — признаюсь, опустившись на землю рядом с хозяином метлы. — Но смазать его не будет лишним.
— Откуда ты все это знаешь? — интересуется Малфой, когда мы направляемся в сарай для метел. — У вас в Сборной этому учили?
— И в Сборной, — соглашаюсь. — Но у меня дед по матери всю жизнь метла делал. Я в три года на взрослую метлу первый раз сел.
— Ого! И тебе разрешили?! — изумленно восклицает белобрысый мальчишка.
— Нет, — фыркаю. — Случайно вышло. Я маленький был, а дед как раз метлу сделал. Отвлекся что-то. Ну, я ее схватил и полетел. Поймали на полпути до Софии.
— Софии? — Малфой хлопает глазами.
— Столица Болгарии, — поясняю. — Это как по-вашему, на полпути до Лондона.
Мелкий замирает, осознавая мои слова, а потом покатывается со смеху.
— Угу, — киваю. — Мне потом влетело по первое число.
Лаком покрыть «Чистомет» я не могу — лака нет. Но вот перебрать прутья, заменив испорченные и износившиеся, я могу. Могу так же смазать метлу гелем, аккуратно затерев царапины.
Малфой, изначально горевший энтузиазмом, на трети прутьев своего «Нимбуса» сдувается.
— Почему это надо делать руками? — недовольно говорит он, роясь пальцами в куче. — Мы что, магглы какие?
— Потому что метлы уже зачарованы, — терпеливо объясняю парнишке, как когда-то мне объяснял дед. — Над метлой проведен сложный Ритуал, навешивающий на нее комплекс Чар. Если ты сейчас сюда свои недоЧары впихнешь, вся вязь имеющихся в лучшем случае развалится. И будет у тебя маггловский веник стоимостью сто галеонов.
— А в худшем?
— А в худшем тебя этой метлой размолотит, едва ты на нее сядешь. Так что все обслуживание метлы — руками. Как, впрочем, и изготовление. Хотя нет, вру. Прутья собирать для нее можно магией. Кстати, надо бы этим заняться тоже. Запасных прутьев у тебя нет, а с половиной хвоста «Чистомет» будет летать, как веник из прошлого века.
— Есть, — возражает Малфой, на лице которого проскальзывает облегчение. Когда я сказал, что прутья придется собирать, он аж в лице изменился. — Сейчас найду!
Прутья действительно находятся. Хорошие, в упаковке. Правда, слежавшиеся. Но годные.
Мои объяснения по поводу количества прутьев, длины каждого из них, а так же как их складывать и перевязывать, Малфой по большей части пропускает мимо ушей, хотя с любопытством наблюдает, как я заменяю износившиеся прутки, вымеряя длину. Я даже забираю у него прутья от «Нимбуса», которые Малфой так толком и не перебрал.
— А вот древко, дружок, тебе придется полировать самому. Если прутья перебирать лучше умеючи, да и не часто это требуется, — поясняю, — то древко гелем смазывать надо каждый раз после игры. А меня рядом не будет.
Малфой кривится.
— Хочешь летать на точно такой же метле, как у других, но чтобы она была лучше, чем у других?
— Ага. А ты что тут делаешь?
— Тоже полетать решил, — пожимаю плечами. — У тебя есть запасная метла?
— Эм… Да, но не очень хорошая — «Чистомет», — Малфой спрыгивает со своей метлы, в которой я узнаю «Нимбус». — Эта лучше… Хотя все равно не «Молния».
— Это да, — киваю. — Но тащи. Полетаем.
Малфой сияет, как медный таз.
— Динки!
Появившаяся домовичка тут же приносит метлу. Потертая, видно, что на ней много летали.
— Догоняй, — фыркаю и взмываю в воздух. Малфой весело отзывается уже где-то внизу:
— Догоню!
«Чистомет» неплох. Но я сразу чувствую, что за метлой плохо ухаживали — не перебирали прутья, не обновляли лаковое покрытие, редко смазывали специальным гелем. Ее слегка ведет вправо, но удержать удается без особого труда.
А еще я по пути перехватываю снитч, за которым Малфой гонялся до тех пор, пока я не пришел.
Летаем недолго. Когда замечаю, что мелкий устает от моих виражей, делаю знак приземления, и мы опускаемся на землю.
— Держи, — отдаю мальчишке шарик, недовольно водящий крылышками. — Твое вроде.
— Блин! — на лице Малфоя — восхищение. — Я даже не заметил, когда ты его поймал!
— Я тоже, — довольно фыркаю. — Слушай, малой…
— Я не малой, я Малфой, — недовольно поправляет меня белобрысое чудище, и я согласно исправляюсь:
— … Малфой. А ты своим метлам когда делал ремонт?
— Какой ремонт? — удивляется Малфой. — Они же летают!
— Профилактический, — объясняю. — Им прутья надо перебирать и лак обновлять. «Чистомет» ведет вправо, например.
— А мой «Нимбус»?
— А твой «Нимбус» не знаю, — пожимаю плечами. — Я на нем не сидел.
— А проверь его?!
Киваю, принимаю из рук восхищенно глядящего парнишки древко «Нимбуса».
Ну, что могу сказать спустя пару кругов. «Нимбус» хорош, в принципе, ему ничего делать не нужно, разве что гелем смазать.
— «Нимбус» намного лучше, — признаюсь, опустившись на землю рядом с хозяином метлы. — Но смазать его не будет лишним.
— Откуда ты все это знаешь? — интересуется Малфой, когда мы направляемся в сарай для метел. — У вас в Сборной этому учили?
— И в Сборной, — соглашаюсь. — Но у меня дед по матери всю жизнь метла делал. Я в три года на взрослую метлу первый раз сел.
— Ого! И тебе разрешили?! — изумленно восклицает белобрысый мальчишка.
— Нет, — фыркаю. — Случайно вышло. Я маленький был, а дед как раз метлу сделал. Отвлекся что-то. Ну, я ее схватил и полетел. Поймали на полпути до Софии.
— Софии? — Малфой хлопает глазами.
— Столица Болгарии, — поясняю. — Это как по-вашему, на полпути до Лондона.
Мелкий замирает, осознавая мои слова, а потом покатывается со смеху.
— Угу, — киваю. — Мне потом влетело по первое число.
Лаком покрыть «Чистомет» я не могу — лака нет. Но вот перебрать прутья, заменив испорченные и износившиеся, я могу. Могу так же смазать метлу гелем, аккуратно затерев царапины.
Малфой, изначально горевший энтузиазмом, на трети прутьев своего «Нимбуса» сдувается.
— Почему это надо делать руками? — недовольно говорит он, роясь пальцами в куче. — Мы что, магглы какие?
— Потому что метлы уже зачарованы, — терпеливо объясняю парнишке, как когда-то мне объяснял дед. — Над метлой проведен сложный Ритуал, навешивающий на нее комплекс Чар. Если ты сейчас сюда свои недоЧары впихнешь, вся вязь имеющихся в лучшем случае развалится. И будет у тебя маггловский веник стоимостью сто галеонов.
— А в худшем?
— А в худшем тебя этой метлой размолотит, едва ты на нее сядешь. Так что все обслуживание метлы — руками. Как, впрочем, и изготовление. Хотя нет, вру. Прутья собирать для нее можно магией. Кстати, надо бы этим заняться тоже. Запасных прутьев у тебя нет, а с половиной хвоста «Чистомет» будет летать, как веник из прошлого века.
— Есть, — возражает Малфой, на лице которого проскальзывает облегчение. Когда я сказал, что прутья придется собирать, он аж в лице изменился. — Сейчас найду!
Прутья действительно находятся. Хорошие, в упаковке. Правда, слежавшиеся. Но годные.
Мои объяснения по поводу количества прутьев, длины каждого из них, а так же как их складывать и перевязывать, Малфой по большей части пропускает мимо ушей, хотя с любопытством наблюдает, как я заменяю износившиеся прутки, вымеряя длину. Я даже забираю у него прутья от «Нимбуса», которые Малфой так толком и не перебрал.
— А вот древко, дружок, тебе придется полировать самому. Если прутья перебирать лучше умеючи, да и не часто это требуется, — поясняю, — то древко гелем смазывать надо каждый раз после игры. А меня рядом не будет.
Малфой кривится.
— Хочешь летать на точно такой же метле, как у других, но чтобы она была лучше, чем у других?
Страница 49 из 71
