Фандом: Гарри Поттер. На третьем Испытании Турнира Волдеморт вынуждает Виктора Крама принять Метку. После этого ему уже нет дороги назад, в Болгарию. Крам остается в Британии, в рядах Пожирателей Смерти. Три года его жизни — с момента принятия Метки и до последнего мгновения 2 мая 1998 года.
Добавить в моё избранное
238 мин, 11 сек 17929
— хмыкаю.
В глазах блондинчика разгорается огонек.
— Так что вон тряпка, вон гель. Поехали. Каждую царапинку затираем.
Видимо, мысль о том, что летать он будет лучше других, настраивает мальчишку на рабочий лад. Он старательно натирает древко, прислушиваясь к моим замечаниям. Когда я успеваю перебрать полтора пучка прутьев и натереть древко «Чистомета», Малфой едва-едва справляется с натиркой древка от «Нимбуса».
Собираю метла, перетягиваю прутья.
— Ну что, проверим, как оно? — подмигиваю Малфою, на что тот кивает.
Не знаю, как «Нимбус», но «Чистомет» летает намного лучше. Его больше не ведет, да и разгоняется он гораздо более плавно.
Делаю круг над Малфой-мэнором и не удерживаюсь от небольшой шалости — снижаюсь и пролетаю практически над головами одной из «троек», гуськом шествующей по саду.
Шалость удается не совсем — едва успеваю увернуться от трех разнокалиберных проклятий, выпущенных в мою сторону. От матерных ругательств увернуться не удается, но они, к счастью, безвредны.
Малфой счастлив.
— Блин, я не думал, что метла так может летать! — восхищенно выпаливает он, когда мы встаем посреди площадки для квиддича, перехватывая древки своих метел. — Словно «Молния»!
— Преувеличиваешь, — хмыкаю. Все-таки приятно, когда лестно отзываются о твоей работе.
— Слушай, Крам! — восклицает Малфой. — А потренируй меня? Чтобы я летал так же, как и ты!
Учитель из меня так себе. Я хочу отказаться, но потом вижу горящие глазенки белобрысика и вспоминаю приказ Лорда.
— Тяжело, не потянешь! — насмешливо говорю пареньку, раззадоривая. — Терпение нужно. А ты даже прутья не смог перебрать.
— Ну научи! — канючит Малфой. — Что тебе стоит?
— Всему — не научу, — говорю. — Но вот сделать так, чтобы ты летал лучше, чем сейчас, а не как разжиревший фазан, могу.
— Я не фазан! — взвивается мелкий. — Я ловец в сборной факультета! Со второго курса!
— Да? — прищуриваюсь. — Скажи мне, «нефазан», сколько на счету вашей сборной побед?
Малфой тут же сдувается.
— У них Поттер! — оправдывается он. — Он вечно…
— Хочешь Поттера за пояс заткнуть? — перебиваю. — Или так и будешь ныть, как девчонка?
— Хочу!
— Тогда поехали…
У Малфоя неправильный хват. Переучивать его сейчас нет смысла, потому что он, во-первых, привык к нему за много лет, а, во-вторых, за два месяца лета он к новому не привыкнет. Поэтому я решаю научить его летать без рук. Это достаточно рисковая затея, потому что меня самого учили так далеко не после первого года тренировок, но я надеюсь на толковость ученика и его все-таки какой-то опыт.
— Малфой, первый вопрос — чем ты управляешь метлой? — спрашиваю, когда белобрысая мелочь аж подпрыгивает от нетерпения, услышав мое предложение.
— Руками! — с готовностью отвечает мой ученик.
— Садись, два, — фыркаю. — То есть «тролль». Метлой ты управляешь, прости за подробности, задницей. Которой сидишь. Да-да, не кривись. Именно так. Поэтому метла слушается того, кто первый на нее сел. Неважно, где будет сидеть пассажир — спереди, сзади, сбоку или вообще висеть под метлой — кто первый сел, того и тапки. Поэтому твои руки выполняют чисто поддерживающую роль — две точки опоры лучше, чем одна. У тебя детская метла есть?
— Есть, — сникает Малфой, поняв, на чем ему сейчас придется тренироваться. — А может, «Чистомет»?
— «Чистомет» — взрослая метла, — качаю головой. — Улетишь вниз башкой и размажешь мозги по земле. А потом меня твоя мама и твой отец заживо съедят. Не надо так.
Детская метла находится. Малфой краснеет, зеленеет, нервно оглядывается, как бы его не заметил кто-нибудь, но послушно садится на нее.
— Итак, пробуй. Метла реагирует на наклоны корпуса и перенос центра тяжести.
Тут нам приходится слегка прерваться. Мелкий не знает, что такое центр тяжести. Читаю ему краткое введение в физику, и мы приступаем к полетам.
Ну, что сказать. Первый пробный полет даже на детской метле без рук удается у Малфоя, как и у всех новичков, хреново. Он три раза слетает с метлы, прежде чем заканчивает круг по площадке на высоте один метр. Если бы летали выше — я бы замучился его ловить. Конечно, разбиться он бы не разбился — на площадке специальные Чары наличествуют, да я бы перехватил в воздухе. Но зачем лишние хлопоты?
— Чуешь, как надо? — интересуюсь, когда белобрысик, потирая левое бедро, стоит на земле. — Чуешь систему?
— Угу. А можно на «Чистомете»?
Вот же вредина.
— Нет, — качаю головой. — Пока на детской.
Малфой вздыхает и перекидывает ногу через тоненькое древко.
Седлаю «Нимбус» и взмываю в воздух.
В воздухе хорошо. Проделываю привычную разминку — перевороты, упражнения на баланс, разгон и торможение, а потом замечаю фигурку Нарциссы Малфой, притаившуюся за кустами.
В глазах блондинчика разгорается огонек.
— Так что вон тряпка, вон гель. Поехали. Каждую царапинку затираем.
Видимо, мысль о том, что летать он будет лучше других, настраивает мальчишку на рабочий лад. Он старательно натирает древко, прислушиваясь к моим замечаниям. Когда я успеваю перебрать полтора пучка прутьев и натереть древко «Чистомета», Малфой едва-едва справляется с натиркой древка от «Нимбуса».
Собираю метла, перетягиваю прутья.
— Ну что, проверим, как оно? — подмигиваю Малфою, на что тот кивает.
Не знаю, как «Нимбус», но «Чистомет» летает намного лучше. Его больше не ведет, да и разгоняется он гораздо более плавно.
Делаю круг над Малфой-мэнором и не удерживаюсь от небольшой шалости — снижаюсь и пролетаю практически над головами одной из «троек», гуськом шествующей по саду.
Шалость удается не совсем — едва успеваю увернуться от трех разнокалиберных проклятий, выпущенных в мою сторону. От матерных ругательств увернуться не удается, но они, к счастью, безвредны.
Малфой счастлив.
— Блин, я не думал, что метла так может летать! — восхищенно выпаливает он, когда мы встаем посреди площадки для квиддича, перехватывая древки своих метел. — Словно «Молния»!
— Преувеличиваешь, — хмыкаю. Все-таки приятно, когда лестно отзываются о твоей работе.
— Слушай, Крам! — восклицает Малфой. — А потренируй меня? Чтобы я летал так же, как и ты!
Учитель из меня так себе. Я хочу отказаться, но потом вижу горящие глазенки белобрысика и вспоминаю приказ Лорда.
— Тяжело, не потянешь! — насмешливо говорю пареньку, раззадоривая. — Терпение нужно. А ты даже прутья не смог перебрать.
— Ну научи! — канючит Малфой. — Что тебе стоит?
— Всему — не научу, — говорю. — Но вот сделать так, чтобы ты летал лучше, чем сейчас, а не как разжиревший фазан, могу.
— Я не фазан! — взвивается мелкий. — Я ловец в сборной факультета! Со второго курса!
— Да? — прищуриваюсь. — Скажи мне, «нефазан», сколько на счету вашей сборной побед?
Малфой тут же сдувается.
— У них Поттер! — оправдывается он. — Он вечно…
— Хочешь Поттера за пояс заткнуть? — перебиваю. — Или так и будешь ныть, как девчонка?
— Хочу!
— Тогда поехали…
У Малфоя неправильный хват. Переучивать его сейчас нет смысла, потому что он, во-первых, привык к нему за много лет, а, во-вторых, за два месяца лета он к новому не привыкнет. Поэтому я решаю научить его летать без рук. Это достаточно рисковая затея, потому что меня самого учили так далеко не после первого года тренировок, но я надеюсь на толковость ученика и его все-таки какой-то опыт.
— Малфой, первый вопрос — чем ты управляешь метлой? — спрашиваю, когда белобрысая мелочь аж подпрыгивает от нетерпения, услышав мое предложение.
— Руками! — с готовностью отвечает мой ученик.
— Садись, два, — фыркаю. — То есть «тролль». Метлой ты управляешь, прости за подробности, задницей. Которой сидишь. Да-да, не кривись. Именно так. Поэтому метла слушается того, кто первый на нее сел. Неважно, где будет сидеть пассажир — спереди, сзади, сбоку или вообще висеть под метлой — кто первый сел, того и тапки. Поэтому твои руки выполняют чисто поддерживающую роль — две точки опоры лучше, чем одна. У тебя детская метла есть?
— Есть, — сникает Малфой, поняв, на чем ему сейчас придется тренироваться. — А может, «Чистомет»?
— «Чистомет» — взрослая метла, — качаю головой. — Улетишь вниз башкой и размажешь мозги по земле. А потом меня твоя мама и твой отец заживо съедят. Не надо так.
Детская метла находится. Малфой краснеет, зеленеет, нервно оглядывается, как бы его не заметил кто-нибудь, но послушно садится на нее.
— Итак, пробуй. Метла реагирует на наклоны корпуса и перенос центра тяжести.
Тут нам приходится слегка прерваться. Мелкий не знает, что такое центр тяжести. Читаю ему краткое введение в физику, и мы приступаем к полетам.
Ну, что сказать. Первый пробный полет даже на детской метле без рук удается у Малфоя, как и у всех новичков, хреново. Он три раза слетает с метлы, прежде чем заканчивает круг по площадке на высоте один метр. Если бы летали выше — я бы замучился его ловить. Конечно, разбиться он бы не разбился — на площадке специальные Чары наличествуют, да я бы перехватил в воздухе. Но зачем лишние хлопоты?
— Чуешь, как надо? — интересуюсь, когда белобрысик, потирая левое бедро, стоит на земле. — Чуешь систему?
— Угу. А можно на «Чистомете»?
Вот же вредина.
— Нет, — качаю головой. — Пока на детской.
Малфой вздыхает и перекидывает ногу через тоненькое древко.
Седлаю «Нимбус» и взмываю в воздух.
В воздухе хорошо. Проделываю привычную разминку — перевороты, упражнения на баланс, разгон и торможение, а потом замечаю фигурку Нарциссы Малфой, притаившуюся за кустами.
Страница 50 из 71
