Фандом: Гарри Поттер. На третьем Испытании Турнира Волдеморт вынуждает Виктора Крама принять Метку. После этого ему уже нет дороги назад, в Болгарию. Крам остается в Британии, в рядах Пожирателей Смерти. Три года его жизни — с момента принятия Метки и до последнего мгновения 2 мая 1998 года.
Добавить в моё избранное
238 мин, 11 сек 17940
Киваю.
На душе еще более мерзко.
Из Азкабана возвращаются попавшие туда год назад Рыцари. Малфой, Лестрейнджи. Долохов. Другие.
— На этот раз выход из Азкабана мне понравился больше, — довольно заявляет Долохов, растянувшись на кресле в моей комнате.
— Ты не любишь летать? — интересуюсь, разглядывая узоры на маске, которые нанес Густавсон. Узоры выполнены очень тщательно, я бы так не смог. Впрочем, оно и логично — у Густавсона опыт Артефактора. Многолетний.
— Люблю, но не с бешеным Крамом, — фыркает Долохов. — Не, малой. Я реально как лошадь яблоки отложил, пока летели. Уже со светом белым попрощался, даже назад в камеру захотел. Такие пируэты в воздухе хороши не в моем, а в твоем возрасте.
Хмыкаю, отзываю маску.
— Ну, я ж тебя вывез.
— А вот за это — спасибо, — серьезно говорит Долохов. — Не забуду. Если бы не твоя поддержка… упал бы. Как Шафик и Бонье.
— Кто это? — интересуюсь.
— А этих товарищей не довезли, — поясняет Долохов. — По пути в море уронили. Насовсем.
— А, — вспоминаю несовпадающее количество. — Ясно. Я их фамилий не знал.
— Ну вот, знаешь, — Долохов пожимает плечами.
Лето оказывается хуже всех двух предыдущих, хотя я искренне полагал, что это невозможно. После захвата Министерства Лорд особо выделяет меня, хотя и не вводит в Ближний Круг. А вот Люциуса Малфоя, как и его семью, он своей благосклонности лишает. Люциус издерган, под глазами залегли темные круги. Драко почти не выходит из своей спальни, как и его мать, Нарцисса. За обедом Малфои не поднимают глаз от тарелок.
Я полагал, что Лорд сам займет место Министра, но он по только ему ведомой причине оставляет на этом посту Пия Тикнесса. Сам Тикнесс регулярно бывает в Малфой-мэноре, получает указания от Лорда.
«Ежедневный Пророк», как и любая газетенка, пишет хвалебные оды в адрес Лорда. Чем-то напоминает заголовки французских газет, когда Наполеон подходил к Парижу. «Корсиканское чудовище высадилось в бухте Жуан», «Людоед идет в Грассу», «Узурпатор вошел в Гренобль», «Бонапарт занял Лион», «Наполеон приближается к Фонтенбло», «Его императорское величество вступает в верный ему Париж».
Так и тут. Пока Лорд не вошел в Министерство, гадостей про него писали немеряно. Теперь же помоями поливают Поттера.
Интересно, как Поттер будет учиться-то? Ему вроде последний год остался школьный.
Помимо меня, в Хогвартс поедут еще Кэрроу. Лорд назначил их на должности преподавателей маггловедения и ЗоТИ. Кого кем, понятия не имею, но и без разницы. Кэрроу, хоть и разные внешне — Амикус высокий, тощий, с каштановыми волосами стрижкой «ежик», а Алекто низенькая, пухленькая, рыжая с зелеными глазами — по характеру абсолютно одинаковые. Они даже говорить иногда умудряются одновременно. У них одинаковые интонации, манеры, привычки. Разве что Алекто зеленый горошек не ест, а Амикус готов его ложками поглощать. Это я запомнил, потому что не раз с ними за обедом сидел.
А еще в Хогвартсе будет Гермиона…
— Мадам Помфри предупреждена о вашем прибытии, — коротко говорит мне директор, когда мы оказываемся на одной из развилок. — Ваша комната рядом с Больничным Крылом, найдете. Дорогу в Больничное Крыло, надеюсь, помните.
Моего ответа профессор Снейп не дожидается.
— Да, сэр, — тем не менее, отвечаю его спине, скрывающейся за поворотом.
Больничное Крыло нахожу сам. Вхожу в него и подхожу к комнате колдоврача, с которой уже скручена табличка, на которой, как я помню, была надпись «Мадам Помфри, школьный колдомедик».
Какое-то время пытаюсь сообразить, как стучать — стуком «входит старший» или же«входит равный», но потом вспоминаю, что это не Дурмстранг, а Хогвартс. И поэтому просто стучу по двери.
— Да-да, — отзывается женский голос, в котором я узнаю голос мадам Помфри.
Толкаю дверь.
При моем появлении знакомая мне женщина оборачивается и меняется в лице.
— Добрый день, мадам Помфри, — вежливо здороваюсь.
Колдомедичка молчит, стискивает зубы.
— Мистер Крам, — спустя несколько долгих секунд отзывается она. — Кому-то день и добрый, а кому-то не очень. Ну что же, вы прибыли. Вот ваша вотчина теперь. А я пойду.
— Куда? — не понимаю.
— В комнату к девочкам, — мадам Помфри резко встает из-за стола. — В комнату к Сестрам. Мое же место теперь там.
— Не стоит, — останавливаю колдомедичку.
— Нет, мистер Крам. Стоит. Негоже младшему медицинскому персоналу занимать не свое место.
С этими словами мадам Помфри отпихивает меня в сторону и выходит из кабинета.
На душе еще более мерзко.
Из Азкабана возвращаются попавшие туда год назад Рыцари. Малфой, Лестрейнджи. Долохов. Другие.
— На этот раз выход из Азкабана мне понравился больше, — довольно заявляет Долохов, растянувшись на кресле в моей комнате.
— Ты не любишь летать? — интересуюсь, разглядывая узоры на маске, которые нанес Густавсон. Узоры выполнены очень тщательно, я бы так не смог. Впрочем, оно и логично — у Густавсона опыт Артефактора. Многолетний.
— Люблю, но не с бешеным Крамом, — фыркает Долохов. — Не, малой. Я реально как лошадь яблоки отложил, пока летели. Уже со светом белым попрощался, даже назад в камеру захотел. Такие пируэты в воздухе хороши не в моем, а в твоем возрасте.
Хмыкаю, отзываю маску.
— Ну, я ж тебя вывез.
— А вот за это — спасибо, — серьезно говорит Долохов. — Не забуду. Если бы не твоя поддержка… упал бы. Как Шафик и Бонье.
— Кто это? — интересуюсь.
— А этих товарищей не довезли, — поясняет Долохов. — По пути в море уронили. Насовсем.
— А, — вспоминаю несовпадающее количество. — Ясно. Я их фамилий не знал.
— Ну вот, знаешь, — Долохов пожимает плечами.
Лето оказывается хуже всех двух предыдущих, хотя я искренне полагал, что это невозможно. После захвата Министерства Лорд особо выделяет меня, хотя и не вводит в Ближний Круг. А вот Люциуса Малфоя, как и его семью, он своей благосклонности лишает. Люциус издерган, под глазами залегли темные круги. Драко почти не выходит из своей спальни, как и его мать, Нарцисса. За обедом Малфои не поднимают глаз от тарелок.
Я полагал, что Лорд сам займет место Министра, но он по только ему ведомой причине оставляет на этом посту Пия Тикнесса. Сам Тикнесс регулярно бывает в Малфой-мэноре, получает указания от Лорда.
«Ежедневный Пророк», как и любая газетенка, пишет хвалебные оды в адрес Лорда. Чем-то напоминает заголовки французских газет, когда Наполеон подходил к Парижу. «Корсиканское чудовище высадилось в бухте Жуан», «Людоед идет в Грассу», «Узурпатор вошел в Гренобль», «Бонапарт занял Лион», «Наполеон приближается к Фонтенбло», «Его императорское величество вступает в верный ему Париж».
Так и тут. Пока Лорд не вошел в Министерство, гадостей про него писали немеряно. Теперь же помоями поливают Поттера.
Интересно, как Поттер будет учиться-то? Ему вроде последний год остался школьный.
Помимо меня, в Хогвартс поедут еще Кэрроу. Лорд назначил их на должности преподавателей маггловедения и ЗоТИ. Кого кем, понятия не имею, но и без разницы. Кэрроу, хоть и разные внешне — Амикус высокий, тощий, с каштановыми волосами стрижкой «ежик», а Алекто низенькая, пухленькая, рыжая с зелеными глазами — по характеру абсолютно одинаковые. Они даже говорить иногда умудряются одновременно. У них одинаковые интонации, манеры, привычки. Разве что Алекто зеленый горошек не ест, а Амикус готов его ложками поглощать. Это я запомнил, потому что не раз с ними за обедом сидел.
А еще в Хогвартсе будет Гермиона…
Глава 11
В Хогвартс приезжаю заранее — тридцатого августа. Иду по пустым коридорам вслед за профессором Снейпом, вспоминая свой первый приезд сюда три года назад на Турнир. Если бы я знал, что все так обернется…— Мадам Помфри предупреждена о вашем прибытии, — коротко говорит мне директор, когда мы оказываемся на одной из развилок. — Ваша комната рядом с Больничным Крылом, найдете. Дорогу в Больничное Крыло, надеюсь, помните.
Моего ответа профессор Снейп не дожидается.
— Да, сэр, — тем не менее, отвечаю его спине, скрывающейся за поворотом.
Больничное Крыло нахожу сам. Вхожу в него и подхожу к комнате колдоврача, с которой уже скручена табличка, на которой, как я помню, была надпись «Мадам Помфри, школьный колдомедик».
Какое-то время пытаюсь сообразить, как стучать — стуком «входит старший» или же«входит равный», но потом вспоминаю, что это не Дурмстранг, а Хогвартс. И поэтому просто стучу по двери.
— Да-да, — отзывается женский голос, в котором я узнаю голос мадам Помфри.
Толкаю дверь.
При моем появлении знакомая мне женщина оборачивается и меняется в лице.
— Добрый день, мадам Помфри, — вежливо здороваюсь.
Колдомедичка молчит, стискивает зубы.
— Мистер Крам, — спустя несколько долгих секунд отзывается она. — Кому-то день и добрый, а кому-то не очень. Ну что же, вы прибыли. Вот ваша вотчина теперь. А я пойду.
— Куда? — не понимаю.
— В комнату к девочкам, — мадам Помфри резко встает из-за стола. — В комнату к Сестрам. Мое же место теперь там.
— Не стоит, — останавливаю колдомедичку.
— Нет, мистер Крам. Стоит. Негоже младшему медицинскому персоналу занимать не свое место.
С этими словами мадам Помфри отпихивает меня в сторону и выходит из кабинета.
Страница 59 из 71
