Фандом: Гарри Поттер. Что произойдет, если целых одиннадцать лет Дурсли не будут капать на мозги Гарри? Если он сможет воспитать в себе два самых важных качества, которые напрочь отсутствуют у населения магического мира: критический ум и логика?
Добавить в моё избранное
387 мин, 33 сек 14578
— Не смей заранее сдаваться! Уверена, мы найдём выход.
— А я — нет. Единственный выход — смерть. Я перерыл все книги Дамблдора о хоркруксах! Другого решения нет!
— Поверю тебе на слово. А ты не думал о воскрешении?
— К сожалению, смерть — понятие окончательное.
— Всегда?
— Разумеется, к примеру…
На полуслове Поттер запнулся.
— Что такое?
— Этого не может быть! Оказывается, всё настолько просто…
— Ты о чём?
— Извини, я размышлял вслух… И, кажется, что-то нашёл. Почему я не подумал об этом раньше?
— Но?
— В смысле «но»?
— Всегда есть какое-нибудь «но».
Гарри вздохнул и признался:
— Но это рискованно, опасно и незаконно. И, ко всему прочему, я не уверен, что из этого что-то получится.
— Просто сделай.
— Что?
— Даже если ничего не выйдет, всегда можно попробовать. Уж лучше так, чем сидеть сложа руки.
— Ты права. Но мне понадобится твоя помощь.
— Без проблем, всё, что захочешь…
— Правда, всё?
— Абсолютно.
— Прекрасно, потому что мою просьбу выполнить совсем нелегко.
— Хватит уже говорить загадками.
— Ладно. Ты должна меня убить.
— Совсем спятил?!
— Верь мне.
— Но…
— Никаких «но». Ты со мной?
— Ты точно знаешь, что делаешь?
— Да.
— Хорошо.
Гарри и Дафна исчезли на три дня. Предположив, что Гринграсс решила привести своего парня в чувство простым, но действенным способом, никто их искать не стал. Они появились в четверг, и, к огромному удивлению присутствующих, Поттер обедал в Большом зале вместе со всеми. Выглядел он совершенно нормальным, словно и не ходил целый месяц как в воду опущенный. Даже пришёл вечером на собеседование с профессором Флитвиком по поводу будущей профессии.
— Я вижу, что вам стало лучше, Гарри.
— Я в полном порядке, сэр. Немного нервничаю, но это даже к лучшему.
— Прекрасно. Что ж, полагаю, у вас уже есть кое-какие мысли по поводу того, чем бы вам хотелось заняться после школы, не так ли? Уверен, вас ждёт блестящее будущее!
— Да, сэр. Я уже определился.
— Очень хорошо. И что же вы выбрали?
— Ничего.
— Простите?
— Я ничем не собираюсь заниматься.
— Почему же? — декан Рейвенкло выглядел донельзя удивлённым.
— Сейчас поясню. Кто я, профессор?
— Гарри Поттер.
— И?
— Не понимаю, куда вы клоните.
Гарри благосклонно улыбнулся.
— Ваша реакция меня не удивила. По правде сказать, именно на это я и рассчитывал. Я — Гарри Поттер, но, ко всему прочему, ещё и Мальчик-Который-Выжил.
Кажется, Флитвик понял.
— Из-за вашей известности вы будете постоянно задаваться вопросом: судят ли меня по собственным заслугам. Верно?
— Именно. Учитывая мои школьные результаты, я надеюсь на лучшее, но предпочитаю знать, а не догадываться. Поэтому займусь самостоятельными исследованиями.
— И в каких областях? — узнав о такой перспективе, Флитвик не скрывал восторга.
— Трансфигурация, чары и арифмантика.
— Значит, в следующем году вы собираетесь взять только эти предметы, да?
— Нет. Ещё подумываю о зельеварении, чтобы по-прежнему помогать Невиллу в его разработках, о ЗОТИ, чтобы не подрастерять дуэльные навыки, и о древних рунах, поскольку они идут в связке с арифмантикой.
— Полагаю, вы уже всё твёрдо решили.
— Совершенно верно.
— В таком случае, должен вас предупредить: как правило, независимые ученые не купаются в роскоши.
— Не волнуйтесь, у меня уже есть несколько идей, как решить эту проблему. И потом: я всегда могу пустить в дело своё наследство.
— Что и обеспечит вам независимость. Очень хорошо, Гарри. Должен признаться, мне не терпится увидеть вас в деле.
— Обещаю вам первому отправить копию моих работ по чарам, если хотите…
— Буду только рад.
На следующий вечер Поттер со своим вернувшимся чувством юмора был приглашён для разговора в кабинет Дамблдора.
— Добрый вечер, Гарри. Должен сказать, мне очень приятно видеть вас в столь хорошем расположении духа. Рад, что вы смогли пережить это открытие.
— Какое открытие, профессор?
— Не нужно хитрить, — Альбус вздохнул. — Я осведомлён, что вы осознали природу вашего шрама: что он и есть хоркрукс.
— Мой шрам никакой не хоркрукс.
Дамблдор был разочарован.
— Так вот, значит, как вам удалось справиться с депрессией. Вы лжёте самому себе?
— Я никому не лгу. Может, только Дафне, когда говорю, что нет ничего страшного в том, чтобы подождать. Ведь я и сам так хочу, но не думаю, что…
— Мистер Поттер!
— А я — нет. Единственный выход — смерть. Я перерыл все книги Дамблдора о хоркруксах! Другого решения нет!
— Поверю тебе на слово. А ты не думал о воскрешении?
— К сожалению, смерть — понятие окончательное.
— Всегда?
— Разумеется, к примеру…
На полуслове Поттер запнулся.
— Что такое?
— Этого не может быть! Оказывается, всё настолько просто…
— Ты о чём?
— Извини, я размышлял вслух… И, кажется, что-то нашёл. Почему я не подумал об этом раньше?
— Но?
— В смысле «но»?
— Всегда есть какое-нибудь «но».
Гарри вздохнул и признался:
— Но это рискованно, опасно и незаконно. И, ко всему прочему, я не уверен, что из этого что-то получится.
— Просто сделай.
— Что?
— Даже если ничего не выйдет, всегда можно попробовать. Уж лучше так, чем сидеть сложа руки.
— Ты права. Но мне понадобится твоя помощь.
— Без проблем, всё, что захочешь…
— Правда, всё?
— Абсолютно.
— Прекрасно, потому что мою просьбу выполнить совсем нелегко.
— Хватит уже говорить загадками.
— Ладно. Ты должна меня убить.
— Совсем спятил?!
— Верь мне.
— Но…
— Никаких «но». Ты со мной?
— Ты точно знаешь, что делаешь?
— Да.
— Хорошо.
Гарри и Дафна исчезли на три дня. Предположив, что Гринграсс решила привести своего парня в чувство простым, но действенным способом, никто их искать не стал. Они появились в четверг, и, к огромному удивлению присутствующих, Поттер обедал в Большом зале вместе со всеми. Выглядел он совершенно нормальным, словно и не ходил целый месяц как в воду опущенный. Даже пришёл вечером на собеседование с профессором Флитвиком по поводу будущей профессии.
— Я вижу, что вам стало лучше, Гарри.
— Я в полном порядке, сэр. Немного нервничаю, но это даже к лучшему.
— Прекрасно. Что ж, полагаю, у вас уже есть кое-какие мысли по поводу того, чем бы вам хотелось заняться после школы, не так ли? Уверен, вас ждёт блестящее будущее!
— Да, сэр. Я уже определился.
— Очень хорошо. И что же вы выбрали?
— Ничего.
— Простите?
— Я ничем не собираюсь заниматься.
— Почему же? — декан Рейвенкло выглядел донельзя удивлённым.
— Сейчас поясню. Кто я, профессор?
— Гарри Поттер.
— И?
— Не понимаю, куда вы клоните.
Гарри благосклонно улыбнулся.
— Ваша реакция меня не удивила. По правде сказать, именно на это я и рассчитывал. Я — Гарри Поттер, но, ко всему прочему, ещё и Мальчик-Который-Выжил.
Кажется, Флитвик понял.
— Из-за вашей известности вы будете постоянно задаваться вопросом: судят ли меня по собственным заслугам. Верно?
— Именно. Учитывая мои школьные результаты, я надеюсь на лучшее, но предпочитаю знать, а не догадываться. Поэтому займусь самостоятельными исследованиями.
— И в каких областях? — узнав о такой перспективе, Флитвик не скрывал восторга.
— Трансфигурация, чары и арифмантика.
— Значит, в следующем году вы собираетесь взять только эти предметы, да?
— Нет. Ещё подумываю о зельеварении, чтобы по-прежнему помогать Невиллу в его разработках, о ЗОТИ, чтобы не подрастерять дуэльные навыки, и о древних рунах, поскольку они идут в связке с арифмантикой.
— Полагаю, вы уже всё твёрдо решили.
— Совершенно верно.
— В таком случае, должен вас предупредить: как правило, независимые ученые не купаются в роскоши.
— Не волнуйтесь, у меня уже есть несколько идей, как решить эту проблему. И потом: я всегда могу пустить в дело своё наследство.
— Что и обеспечит вам независимость. Очень хорошо, Гарри. Должен признаться, мне не терпится увидеть вас в деле.
— Обещаю вам первому отправить копию моих работ по чарам, если хотите…
— Буду только рад.
На следующий вечер Поттер со своим вернувшимся чувством юмора был приглашён для разговора в кабинет Дамблдора.
— Добрый вечер, Гарри. Должен сказать, мне очень приятно видеть вас в столь хорошем расположении духа. Рад, что вы смогли пережить это открытие.
— Какое открытие, профессор?
— Не нужно хитрить, — Альбус вздохнул. — Я осведомлён, что вы осознали природу вашего шрама: что он и есть хоркрукс.
— Мой шрам никакой не хоркрукс.
Дамблдор был разочарован.
— Так вот, значит, как вам удалось справиться с депрессией. Вы лжёте самому себе?
— Я никому не лгу. Может, только Дафне, когда говорю, что нет ничего страшного в том, чтобы подождать. Ведь я и сам так хочу, но не думаю, что…
— Мистер Поттер!
Страница 67 из 113
