Фандом: Гарри Поттер. Порой даже самый страшный зверь заслуживает понимания и тепла…
Добавить в моё избранное
25 мин, 20 сек 437
Одна Беллатриса ссала кругами при виде Лорда, даже когда большинство из нас его от Нагайны только по наличию мантии отличали. Моей, между прочим, мантии.
А потом пост министра занял Артур Уизли, и тут же начал проявлять лояльность, что было довольно странно, учитывая его немалые потери в этой войне. Один из близнецов (Фред, кажется… ) и младший рыжик, друг Поттера. Я ведь и не в него на самом деле целил, а в Кингсли, кто же знал, что Фенрир толкнет меня под руку… Но в любом случае, помочь я ему все равно не смог бы, хоть бы и захотел. Сектумсемпра, да еще по горлу… Без шансов.
Заключенные попали под амнистию, правда, не все. Кроме меня вышли Мальсибер и Гойл, где они теперь, я не знаю. Палочку мне вернули, но с такими ограничениями, что по большей части она торчит в вазе для цветов, изящно декорируя помещение. Помимо того, раз в месяц является проверка из Министерства. На прошлой неделе заявилась скрюченная карга с седым хохолком на макушке, проверила шкафы, заглянула под кровать (вкусно носки пахнут, старая корова?), сунула нос во все кастрюли, дала на подпись нужные бумаги о том, что проверка проведена без нарушения правил, и отчалила.
Выйдя из тюрьмы, я первым делом столкнулся с проблемой — на что жить. Учитывая, что Нарцисса меня обокрала, положение вырисовывалось безвыходное, но тут я вспомнил об отдельном сейфе, о котором кроме меня никто не знал. В него иногда откладывались небольшие суммы на черный день. Если бы я знал, что этот день все-таки наступит, то видит Мерлин, отнесся бы к нему с большим уважением.
Как бы то ни было, содержимого сейфа хватило на вот эту самую квартирку в Косом переулке, и еще осталось примерно столько же. Деньги нужно было пускать в дело, с тем количеством было не выжить, если только не приумножить их. После войны разрушенный Косой переулок начали отстраивать, магазины и магазинчики вновь заработали, только «Волшебный зверинец» стоял заколоченным. Денег как раз хватало на помещение, ремонт и чтобы развернуться, и я, недолго думая, купил его.
Выкупить обратно Малфой-мэнор я, разумеется, возможности не имел, но на жизнь хватало. Продавщицу нанял ту, что работала еще до войны, эта хоть точно в зверье разбирается, сам же появляюсь там редко, разве что по необходимости.
Но тем не менее все эти жизнерадостные воспоминания пока никак не прояснили вопрос, на хрена я завел будильник? Куда я собрался?
Ну ладно, раз завел, значит, надо… Может, под чашку кофе быстрее вспомнится? Такой своеобразный допинг, замена виски. Я подсел на него после того, как, вернувшись из Азкабана, две недели глушил по-черному. Напиваться интересно, когда ты валишься без признаков жизни на койку прямо в ботинках, а тебя бережно раздевают и запихивают под теплое одеяльце заботливые эльфы, но когда просыпаешься и обнаруживаешь, что наблевал себе в карман, интерес к выпивке как-то подозрительно быстро пропадает. Так что теперь только кофеек.
Я редко просыпаюсь в такую рань, спешить теперь некуда, но если такое случается, люблю выпить кофе на маленьком балкончике, выходящем как раз на Косой переулок. Выпью и сейчас…
Улица постепенно просыпается. Напротив меня, чуть правее, протирает уличные столики Фонтескью, его кафе открывается раньше всех. Пропажу старика списывали на нас, а после войны выяснилось, что он просто уехал в Америку, в гости к брату, переждать неспокойные времена. Ну, хоть одно обвинение с нас сняли.
На витрине лавки Оливандера медленно ползет вверх плотная гардина — старик живет в квартирке прямо над ней и открывается сразу, как проснется. А через полчаса зазвенит ключами Люси, отпирая дверь аптеки. А вслед за ней, ровно в восемь, явится на работу миссис Кремер и откроет «Волшебный зверинец». А, ч-ч-черт!
Вскакиваю, словно ошпаренный, опрокидываю на себя остатки кофе и снова скачу, тряся полами халата, теперь уже и впрямь ошпаренный. Ответ на вопрос «Зачем я завел будильник?» наконец-то прояснился… Как я мог забыть?
Вчера миссис Кремер попросила отгул на три дня, ей срочно нужно было съездить к сестре, случилась там какая-то напасть. Продавщице был положен один выходной в неделю, а она, одинокая старая дева, ни разу не отдыхала за три месяца, пока работала у меня, и причин отказать ей в просьбе у меня не было. Миссис Кремер оставила мне подробные инструкции, чем и как кормить разнообразное зверье, и укатила. А мне сегодня впервые предстоит встать за прилавок.
Перевернув вверх дном квартиру, одеваюсь с бешеной скоростью, набрасываю на плечи мантию и, поразмыслив минуту, вставляю в трость палочку. Пусть она сейчас и годна только в носу ковыряться, все равно… Пусть бояться…
Заперев дверь, спускаюсь вниз и перед выходом из подъезда делаю глубокий вдох, словно перед погружением. Как же я не люблю появляться на людях…
За пять лет, как выяснилось, Люциуса Малфоя не забыли.
А потом пост министра занял Артур Уизли, и тут же начал проявлять лояльность, что было довольно странно, учитывая его немалые потери в этой войне. Один из близнецов (Фред, кажется… ) и младший рыжик, друг Поттера. Я ведь и не в него на самом деле целил, а в Кингсли, кто же знал, что Фенрир толкнет меня под руку… Но в любом случае, помочь я ему все равно не смог бы, хоть бы и захотел. Сектумсемпра, да еще по горлу… Без шансов.
Заключенные попали под амнистию, правда, не все. Кроме меня вышли Мальсибер и Гойл, где они теперь, я не знаю. Палочку мне вернули, но с такими ограничениями, что по большей части она торчит в вазе для цветов, изящно декорируя помещение. Помимо того, раз в месяц является проверка из Министерства. На прошлой неделе заявилась скрюченная карга с седым хохолком на макушке, проверила шкафы, заглянула под кровать (вкусно носки пахнут, старая корова?), сунула нос во все кастрюли, дала на подпись нужные бумаги о том, что проверка проведена без нарушения правил, и отчалила.
Выйдя из тюрьмы, я первым делом столкнулся с проблемой — на что жить. Учитывая, что Нарцисса меня обокрала, положение вырисовывалось безвыходное, но тут я вспомнил об отдельном сейфе, о котором кроме меня никто не знал. В него иногда откладывались небольшие суммы на черный день. Если бы я знал, что этот день все-таки наступит, то видит Мерлин, отнесся бы к нему с большим уважением.
Как бы то ни было, содержимого сейфа хватило на вот эту самую квартирку в Косом переулке, и еще осталось примерно столько же. Деньги нужно было пускать в дело, с тем количеством было не выжить, если только не приумножить их. После войны разрушенный Косой переулок начали отстраивать, магазины и магазинчики вновь заработали, только «Волшебный зверинец» стоял заколоченным. Денег как раз хватало на помещение, ремонт и чтобы развернуться, и я, недолго думая, купил его.
Выкупить обратно Малфой-мэнор я, разумеется, возможности не имел, но на жизнь хватало. Продавщицу нанял ту, что работала еще до войны, эта хоть точно в зверье разбирается, сам же появляюсь там редко, разве что по необходимости.
Но тем не менее все эти жизнерадостные воспоминания пока никак не прояснили вопрос, на хрена я завел будильник? Куда я собрался?
Ну ладно, раз завел, значит, надо… Может, под чашку кофе быстрее вспомнится? Такой своеобразный допинг, замена виски. Я подсел на него после того, как, вернувшись из Азкабана, две недели глушил по-черному. Напиваться интересно, когда ты валишься без признаков жизни на койку прямо в ботинках, а тебя бережно раздевают и запихивают под теплое одеяльце заботливые эльфы, но когда просыпаешься и обнаруживаешь, что наблевал себе в карман, интерес к выпивке как-то подозрительно быстро пропадает. Так что теперь только кофеек.
Я редко просыпаюсь в такую рань, спешить теперь некуда, но если такое случается, люблю выпить кофе на маленьком балкончике, выходящем как раз на Косой переулок. Выпью и сейчас…
Улица постепенно просыпается. Напротив меня, чуть правее, протирает уличные столики Фонтескью, его кафе открывается раньше всех. Пропажу старика списывали на нас, а после войны выяснилось, что он просто уехал в Америку, в гости к брату, переждать неспокойные времена. Ну, хоть одно обвинение с нас сняли.
На витрине лавки Оливандера медленно ползет вверх плотная гардина — старик живет в квартирке прямо над ней и открывается сразу, как проснется. А через полчаса зазвенит ключами Люси, отпирая дверь аптеки. А вслед за ней, ровно в восемь, явится на работу миссис Кремер и откроет «Волшебный зверинец». А, ч-ч-черт!
Вскакиваю, словно ошпаренный, опрокидываю на себя остатки кофе и снова скачу, тряся полами халата, теперь уже и впрямь ошпаренный. Ответ на вопрос «Зачем я завел будильник?» наконец-то прояснился… Как я мог забыть?
Вчера миссис Кремер попросила отгул на три дня, ей срочно нужно было съездить к сестре, случилась там какая-то напасть. Продавщице был положен один выходной в неделю, а она, одинокая старая дева, ни разу не отдыхала за три месяца, пока работала у меня, и причин отказать ей в просьбе у меня не было. Миссис Кремер оставила мне подробные инструкции, чем и как кормить разнообразное зверье, и укатила. А мне сегодня впервые предстоит встать за прилавок.
Перевернув вверх дном квартиру, одеваюсь с бешеной скоростью, набрасываю на плечи мантию и, поразмыслив минуту, вставляю в трость палочку. Пусть она сейчас и годна только в носу ковыряться, все равно… Пусть бояться…
Заперев дверь, спускаюсь вниз и перед выходом из подъезда делаю глубокий вдох, словно перед погружением. Как же я не люблю появляться на людях…
За пять лет, как выяснилось, Люциуса Малфоя не забыли.
Страница 2 из 7
