Ловец бабочек

— Ты не посмеешь этого сделать. После всего дерьма… Я должна отправить тебя на покой, расхлёбывая это в одиночку?

Ильмерил даже не пошатнулся под моими ударами. Я толкала и била его, снова и снова, пока слёзы на моём лице смешивались с кровавыми брызгами. А он стоял, еле заметно улыбаясь, и позволял мне выпустить пар.

— Покой? Уверяю, за мной придут не с небес. Но либо это, и завершение нашего дела, либо мои тихая смерть после жизни, полной горечи и сожалений. Если бы я мог, снёс бы голову тому юному кретину, который выменял семью на богатство и долголетие, но я не умею исправлять такие вещи. Нам под силу только уберечь от этого других. Люди — идиоты, они и без помощи даэдра найдут способы истребить друг друга, но, надеюсь, это станет хоть немного сложнее.

Наконец, он остановил меня, хотя это избиение калечило скорее мои руки, чем его самого. Его глаза светились теплотой и мудростью, каких там никогда раньше не было. Может, люди, которых тебе нужно убить, начинают казаться лучше перед смертью.

— Я не хочу, пожалуйста, не заставляй меня.

Ильмерил мягко сжимал мои запястья.

— Давай. Несколько месяцев назад я дал тебе цель, а сейчас ты получишь самое совершенное средство для её достижения.

— Что… Что я получу?

— Ты поймёшь.

— Опять?! «Закрой глаза и иди на звон колокольчика, а я, может быть, не поставлю тебе подножку»?! Я хочу знать, хоть раз, на что меня ведут!

Он притянул меня к себе, практически обняв, и зашептал на ухо:

— Так узнай. Ты вечно топчешься на месте, боясь делать шаг в пропасть, но дорога появляется под ногами идущего.

— Ну да, а ещё у нас из задницы вырастают пушистые крылышки…

Он вложил в мои руки кинжал.

— Можешь отвернуться, только попади в сердце.

— Вот ещё. Я буду царапать тебя этим ножом, пока ты сам не соизволишь на него напороться.

Странная вышла шутка, но я даже засмеялась вслед за альтмером. Затем он аккуратно взял кинжал пальцами и направил острие себе в грудь.

— Вот сюда. Лезвие войдёт быстро, оно очень острое.

Да кого я обманываю, конечно же, я его убью! То, что осталось, уже не способно сопротивляться.

— И что, даже фейерверка не будет?

— Что такое фейерверк?

— Вспышки огней в небе, очень красивые.

Ильмерил прикрыл свои фисташковые глаза.

— Сделай их для меня, когда закончишь.

Я замахнулась и со всей силы вонзила кинжал.

— Обязательно.

От его упавшего тела поднялась ударная волна, в беспорядке разметавшая вещи и раскидавшая мёртвых по углам пещеры. Чаша из дыма исчезла, на её месте в воздухе покачивался серебряный медальон. Я знала, что мне нужен был именно он, поэтому протянула руку, схватила его и открыла крышку.

И увидела.

Часть 13. Там потерял себя

Звёзды пели, играя не солнечных лучах. Где-то совокуплялись котики. Вулканы трещали, разрушая планеты. Откуда я знаю?

О, теперь я знаю всё. Ильмерил, гадкий хитрый засранец, до последнего не раскрывал всех подробностей, и от того сюрприз вышел ещё более впечатляющим. Вот теперь я верю, что он действительно не хотел умирать — за такую красоту альтмер отдал бы всё.

Я управляла всей силой даэдра. Я была вечной и всемогущей. Какие-то жалкие земные проблемы отошли на второй план; а как иначе, если я могла щелчком пальцев направить на весь этот свинарник метеорит, и никакой Вивек не повернёт его вспять?! Ох, детки, зря вы меня не убили, потому что я умоюсь вашей кровью.

Я открыла глаза, и переместилась на поляну, где когда-то в полном составе надо мной издевались лорды. Потянула за струны — и их протащило через всю реальность прямо ко мне. Они попадали на траву, все, кроме Хермеуса — тот в принципе не умел падать, слегка качаясь над гладью изумрудной травы. Я с упоением всматривалась в их глаза, озлобленные, не понимающие, испуганные! Сейчас я только распоряжалась их силой, но в любой момент могла обрезать нити, и вся эта погань истлеет и осыпется пылью. Сейчас, когда вся власть была в моих руках, можно было махнуть на всё и полететь отрываться на какой-нибудь экзотический остров, оставляя поверженного врага жить в страхе смерти, но это же не весело! Нет, нет, я не могла просто так их отпустить! Тупые никчёмные слизняки, сами заползшие под сапог…

Он вскочил на ноги, стряхивая налипшие на плащ травинки, и попятился, увидев меня. О, это слишком серьёзно для шуток. Я его ненавижу, я хочу, чтобы он сдох в крови и слезах.

Взмах руки — и пятнадцать злых богов исчезают. Они легко отделались, но у меня остался главный приз. Каково быть пятнадцатикратным божеством? Я вскинула руки, и вокруг нас поднялся бешеный вихрь. По взмаху моей руки он вонзился в почву, и в воздух поднялись комья земли вперемешку с травой. Вот это да. Ильмерил, ты гений. Если бы эта сила досталась тебе…