Фандом: Гарри Поттер. Гермиона, Том Риддл. Лучшие ученики, экстраординарные умы. Возможно ли выиграть войну, победив в битве? Сработает ли план Гермионы?
Добавить в моё избранное
409 мин, 29 сек 14623
Феромоны естественным образом вызвали у парня возбуждение. Слова заставили подумать на эту тему. А картина Гермионы с ложкой во рту привела ко вполне естественной ассоциации, которая и закрепилась. Сбитый с толку необычным поведением девушки, парень должен был и подсознательно принять внушаемую установку. Таким образом, будущий Темный Лорд пал жертвой магглов, о чем он даже не догадывался. С его-то самомнением такое и в голову не могло прийти. Гермиона торжествовала. В конце концов, не каждый день тебя хочет сам Волдеморт!
— Ну, и где ты ночевала? — бесцеремонно поинтересовалась Роуз, садясь рядом с Гермионой за обеденный стол.
— Случайно заснула в Астрономической башне, — скучающим голосом отозвалась девушка.
Яксли хихикнула:
— Странно, что тебе дали там поспать. Э-э-э… за лето все так соскучились друг по другу…
— А я применила отвлекающие чары, — с усмешкой заявила Гермиона. — Да и звезды действуют успокаивающе.
— Любишь романтику? — в тон ей спросила ее соседка.
— Да, романтика — это одна из главных черт слизеринца, — засмеялась Гермиона, поднося ко рту ложку. — А наш староста — ее образец.
Как раз в это время она заметила на себе быстрый взгляд Тома. Он и не догадывался, что ложка это далеко не все. Его ждал еще один сюрприз. И девушка искренне улыбнулась ему.
День прошел в учебе и чтении. Гермиона старалась заочно изучить материал седьмого курса, на котором она должна была учиться в своем времени. Чтобы не ударить в грязь лицом перед Риддлом, пришлось заглянуть и в некоторые книги Блэков. К тому же, по мере изучения материалов о Философском камне, Гермиона все больше и больше начинала проникаться этой темой. В результате она читала на перерывах, на ходу, за ужином. И даже наткнулась при входе в слизеринскую гостиную на гордячку Вальбургу, которая окинула ее презрительным взглядом и прошипела что-то вроде «Смотри, куда прешь, заучка». Гермиона проводила матушку Сириуса удивленным взглядом. Неужели и до седьмого курса дошли рассказы о блестящих ответах новенькой на занятиях?
Казалось, вся гостиная Слизерина с интересом наблюдала за ее столкновением с Вальбургой, потому что как только девушка уселась на диван, вокруг начались перешептывания. Хотя, скорее всего, обсуждался просто сам факт появления новенькой в гостиной Слизерина.
— Видимо, Вальбурга не может простить тебе, что ты обошла на зельях ее любимчика Тома, — Роуз Яксли была тут как тут.
— Кхмм… он и со старшими романы крутит? — насмешливо поинтересовалась Гермиона.
Хотя, что уж говорить, на данный момент она сама была ровесницей Блэк.
— Скорее, крутит она. Впрочем, с Томом это абсолютно бесполезное занятие. Да и Вальбургу уже просватали. За родственника, на четыре года младше нее, — Яксли захихикала и указала на симпатичного темноволосого третьекурсника, который что-то оживленно обсуждал со своими приятелями.
А вот и батюшка Сириуса… Как же ей повезло стать соседкой местной сплетницы! Закатив глаза, Гермиона искренне поздравила себя.
В этот момент к девушкам подошел Альфард, родной брат пресловутой скандалистки благороднейшего и древнейшего семейства Блэков.
Роуз с кривой ухмылкой буркнула что-то вроде: «Ну, мне пора», — и присоединилась к кружку шушукающихся девчонок. Блэк охотно занял ее место.
— Прости мою сестру, она не со зла, — с легкой улыбкой начал парень.
— Да, что уж там. Зато сколько патетики, — рассмеялась Гермиона.
— Вальбурга безумно любит свою семью и озабочена вопросами фамильной гордости и чести. Которые на деле оказываются вопросами ее личной гордости. И если что-то не так, она звереет.
— Так она, действительно, из-за Риддла? — изумилась девушка.
Альфард недоуменно посмотрел на нее.
— Ах, это… нет, — пробормотал он и иронично поджал губы.
Гермиона вопросительно вскинула брови. Юноша отвел взгляд и криво усмехнулся:
— Это, скорее, из-за меня… Впрочем, не обращай внимания… Вальбурга немного того на вопросах родословной и семейных связей. От этого уже не избавиться, въелось с молоком матери.
В это девушка охотно поверила, вспомнив поток ругани приснопамятного портрета. Хотя так и не поняла причину столь эмоционального всплеска. Но, видимо, парень не собирался вдаваться в подробности.
— Но в тебя же не въелось, — вместо расспросов заметила она.
— Конечно, въелось, — поспешил опровергнуть ее Блэк. — Но я научился управлять собой. Единственное, что меня раздражает — это отсутствие интеллекта и тупая гордыня.
С ним было так просто, легко. Словно этот человек знал ее долгие годы. Хотя, возможно, Гермиона просто перенесла на него свои чувства к Сириусу.
— Как я тебя понимаю, — охотно согласилась девушка.
— Тебе не очень легко будет среди слизеринцев, — вдруг заявил Альфард. — Ты другая.
— Ну, и где ты ночевала? — бесцеремонно поинтересовалась Роуз, садясь рядом с Гермионой за обеденный стол.
— Случайно заснула в Астрономической башне, — скучающим голосом отозвалась девушка.
Яксли хихикнула:
— Странно, что тебе дали там поспать. Э-э-э… за лето все так соскучились друг по другу…
— А я применила отвлекающие чары, — с усмешкой заявила Гермиона. — Да и звезды действуют успокаивающе.
— Любишь романтику? — в тон ей спросила ее соседка.
— Да, романтика — это одна из главных черт слизеринца, — засмеялась Гермиона, поднося ко рту ложку. — А наш староста — ее образец.
Как раз в это время она заметила на себе быстрый взгляд Тома. Он и не догадывался, что ложка это далеко не все. Его ждал еще один сюрприз. И девушка искренне улыбнулась ему.
День прошел в учебе и чтении. Гермиона старалась заочно изучить материал седьмого курса, на котором она должна была учиться в своем времени. Чтобы не ударить в грязь лицом перед Риддлом, пришлось заглянуть и в некоторые книги Блэков. К тому же, по мере изучения материалов о Философском камне, Гермиона все больше и больше начинала проникаться этой темой. В результате она читала на перерывах, на ходу, за ужином. И даже наткнулась при входе в слизеринскую гостиную на гордячку Вальбургу, которая окинула ее презрительным взглядом и прошипела что-то вроде «Смотри, куда прешь, заучка». Гермиона проводила матушку Сириуса удивленным взглядом. Неужели и до седьмого курса дошли рассказы о блестящих ответах новенькой на занятиях?
Казалось, вся гостиная Слизерина с интересом наблюдала за ее столкновением с Вальбургой, потому что как только девушка уселась на диван, вокруг начались перешептывания. Хотя, скорее всего, обсуждался просто сам факт появления новенькой в гостиной Слизерина.
— Видимо, Вальбурга не может простить тебе, что ты обошла на зельях ее любимчика Тома, — Роуз Яксли была тут как тут.
— Кхмм… он и со старшими романы крутит? — насмешливо поинтересовалась Гермиона.
Хотя, что уж говорить, на данный момент она сама была ровесницей Блэк.
— Скорее, крутит она. Впрочем, с Томом это абсолютно бесполезное занятие. Да и Вальбургу уже просватали. За родственника, на четыре года младше нее, — Яксли захихикала и указала на симпатичного темноволосого третьекурсника, который что-то оживленно обсуждал со своими приятелями.
А вот и батюшка Сириуса… Как же ей повезло стать соседкой местной сплетницы! Закатив глаза, Гермиона искренне поздравила себя.
В этот момент к девушкам подошел Альфард, родной брат пресловутой скандалистки благороднейшего и древнейшего семейства Блэков.
Роуз с кривой ухмылкой буркнула что-то вроде: «Ну, мне пора», — и присоединилась к кружку шушукающихся девчонок. Блэк охотно занял ее место.
— Прости мою сестру, она не со зла, — с легкой улыбкой начал парень.
— Да, что уж там. Зато сколько патетики, — рассмеялась Гермиона.
— Вальбурга безумно любит свою семью и озабочена вопросами фамильной гордости и чести. Которые на деле оказываются вопросами ее личной гордости. И если что-то не так, она звереет.
— Так она, действительно, из-за Риддла? — изумилась девушка.
Альфард недоуменно посмотрел на нее.
— Ах, это… нет, — пробормотал он и иронично поджал губы.
Гермиона вопросительно вскинула брови. Юноша отвел взгляд и криво усмехнулся:
— Это, скорее, из-за меня… Впрочем, не обращай внимания… Вальбурга немного того на вопросах родословной и семейных связей. От этого уже не избавиться, въелось с молоком матери.
В это девушка охотно поверила, вспомнив поток ругани приснопамятного портрета. Хотя так и не поняла причину столь эмоционального всплеска. Но, видимо, парень не собирался вдаваться в подробности.
— Но в тебя же не въелось, — вместо расспросов заметила она.
— Конечно, въелось, — поспешил опровергнуть ее Блэк. — Но я научился управлять собой. Единственное, что меня раздражает — это отсутствие интеллекта и тупая гордыня.
С ним было так просто, легко. Словно этот человек знал ее долгие годы. Хотя, возможно, Гермиона просто перенесла на него свои чувства к Сириусу.
— Как я тебя понимаю, — охотно согласилась девушка.
— Тебе не очень легко будет среди слизеринцев, — вдруг заявил Альфард. — Ты другая.
Страница 12 из 119
