Эликсир жизни

Мимо привычно проходили группы школьников, шушукаясь, что-то оживленно обсуждая, смеясь. Но большинство вольно или невольно бросали взгляды на экс-гриффиндорку, а некоторые даже откровенно таращились. Неужели слухи про необычное и еще не изобретенное в это время заклинание распространились по всей школе?

— Прекрасно выглядишь, Гермиона, — раздался приятный голос.

Девушка повернулась. Рядом стоял вовсе не тот, кого она ожидала увидеть. А тот, кто мог бы сейчас гулять с ней вокруг озера, крепко сжимая ее ладонь. Рассказывать свои полные юмора истории. Улыбаться ей с веселыми искрами в серых глазах. Альфард Блэк.

— Спасибо, — выдавила она, отводя глаза.

— Не волнуйся, до одиннадцати еще пять минут. Риддл всегда пунктуален, — с легкой иронией заметил Блэк.

— С чего мне волноваться? — пожала плечами Гермиона.

— Тебе лучше знать, — невинно улыбнулся парень. — Кстати, наслышан о твоих вчерашних подвигах с Вэнсом, Люпином и Вудом. Что же это за чары такие?

Люпином? А ведь он, действительно, похож на Ремуса… Да и Вуд, по крайней мере, шотландским акцентом напоминал своего чокнутого на квиддиче потомка.

— Я уже и не помню, где выучила это заклинание, — соврала девушка.

Парень поймал ее взгляд:

— Ты сделала это, чтобы остановить очередную склоку между факультетами, не так ли?

Она вздрогнула. А затем улыбнулась:

— Ты проницателен, Альфард. Но такие вопросы лучше не задавать, если тебе известен ответ.

Он вскинул брови:

— Но что тогда тебя связывает с Риддлом? Он же…

— Может быть, это любовь с первого взгляда, — насмешливо перебила Гермиона.

Парень не повелся на ее тон:

— Риддл не знает, что такое любовь.

Не отводя взгляда, девушка приблизилась к нему почти вплотную:

— Зато знаю я.

Глубокая морщинка прорезала лоб Блэка, в глазах появилась растерянность.

— Было приятно пообщаться, Альфард. До встречи.

Она развернулась к нему спиной, не давая прийти в себя. И парню ничего не оставалось, как оставить ее. Ссора с Риддлом никак не входила в его планы. Альфард Блэк тоже был истинным слизеринцем.

Она уже стояла там. Стройная и такая взрослая в замысловатом, но элегантном малиновом платье. Молочная кожа была настолько нежной и тонкой, что просвечивали венки возле ключицы. И почему-то очень хотелось прижаться губами к ложбинке в том месте, где заканчивались белые кружева на груди.

Он подошел к ней со спокойным, отрешенным выражением лица и, сделав легкий кивок головой, твердо сказал:

— Идем.

Развернувшись, Том стремительно направился к выходу, и Гермиона поспешила за ним.

Они молча шли по тропинке, ведущей к озеру со стороны Запретного леса. Казалось, почти ничего не изменилось за долгие годы. Пусть не росла еще Дракучая ива, пусть не обитали в лесу гигантские пауки, но сами по себе знакомые места будто разделяли тайны девушки. Вон там в тот памятный вечер дементоры напали на Гарри и Сириуса, и ее друг вызвал патронуса. А там проходил второй этап Турнира Трех Волшебников…

Через какое-то время Том и Гермиона оказались на берегу. Парень остановился у кромки воды. Он молчал. Гермиона смотрела на гладь озера, легкий ветерок создавал едва заметную рябь. Она понимала, что Том сам не собирался прерывать молчание. Он хотел убедиться, что этот разговор был нужен ей куда сильнее, чем ему. Дескать, он дал ей шанс высказаться. Ах, как ты любезен, потомок Слизерина!

В то же время девушка знала, что если поступит так, то проиграет лидерство.

Но Риддл молчал. Поняв, что в противостоянии воли ей не выиграть, и вовсе не желая вскоре возвращаться в замок, Гермиона пошла на компромисс. Пусть твоя победа будет не полной, Том.

— Ну, и когда ты решишься меня обнять? — с едва уловимой иронией сказала она.

Риддл ни на миг не поверил в серьезность ее вопроса. Но она сдалась, хоть и предложила вариант игры. Умница, девочка. Он и сам уже был близок к тому, чтобы заговорить первым.

Встретив взгляд ее медовых глаз, он оценил, сколько было в них силы, но в то же время затаенного страха. Боялась ли она его или проигрыша в игре?

Но если играть, так играть.

Риддл приблизился к ней медленной, кошачьей поступью. И зайдя за спину, положил руки ей на плечи.

— Ты так хочешь меня? — склонившись к ее уху, промурлыкал он.

Как же божественно она пахла! Его руки начали спускаться ниже и в какой-то момент коснулись ямочки в вырезе платья. К его удивлению, девушка слегка подалась назад и прижалась к его телу, усиливая и без того уже появившуюся эрекцию.

— Конечно, хочу, — в тон ему прошептала Гермиона и качнула бедрами, чуть не выдавив из него стон. — Особенно одну определенную часть тела…

Она резко развернулась и теперь уже смотрела ему в глаза:

— Твои мозги.