Эликсир жизни

Юноша понимал, что эффекта, достигнутого благодаря ритуалу, он повторить не сможет. Зелья и заклинания позволили тогда настроиться на партнершу всецело, ощущать ее, как себя. Но так отчаянно хотелось вновь прочувствовать расширение сознания и выходящий за границы физических ощущений экстаз. Казалось, не хватало лишь какого-то незначительного глотка, чтобы открыть ту свободу духа, тот глубокий восторг, что уже привычно требовали тело, сознание, душа. Он двигался ритмично и сильно. Совсем немного… Еще чуть-чуть… Оргазм вспыхнул быстро и принес облегчение. Но та часть сознания, что рвалась к гармонии духа и осталась неудовлетворенной, заставила его выдохнуть:

— Гермиона…

Глава 14. Гермиона наносит ответный удар

Гермиона практически не удивилась, когда профессор Слагхорн попросил ее задержаться после урока и пригласил принять участие в посиделках пресловутого Слаг-клуба, куда входил и всеобщий любимец, отличник Том Риддл. Девушка с любезной улыбкой приняла приглашение декана, осознав, что это прекрасный шанс реализовать очередной этап ее плана. Помня, как падок профессор на подарки, Гермиона вытащила из своих запасов, пополненных в Хогсмиде, коробку засахаренных ананасов. Которые она, собственно, с самого начала и рассчитывала преподнести усатому гурману.

Но вот на что она не рассчитывала, так это на то, что окажется единственной девушкой в клубе слизняков. Очевидно, в эти времена женщину не рассматривали как важную социальную единицу вне дома и семьи. Хотя и были исключения. Но все же однокурсницы посмотрели на нее весьма странно, когда она брякнула, что надеется сделать в Англии неплохую карьеру. На счастье девушки, ее откровенный ляп списали на американские нравы.

Почему же Слагхорн пригласил ее, а не ту же МакГонагалл? Неужели оценил не только ее знания, но и личную силу? Или это Том его подговорил? Но зачем?

Так или иначе, приблизиться к любителю засахаренных ананасов входило в планы Гермионы. Но все же ей стало слегка не по себе, когда она вошла в комнату строго, но красиво одетая, с волосами, заколотыми в высокую прическу. И столкнулась с полностью мужской компанией. Большинство собравшихся молодых людей относилось к Слизерину.

— А вот и наша виновница торжества! — довольно сказал Слагхорн, жестом указывая на свободный стул рядом с Риддлом.

Сюрприз, и вправду, удался. Видимо, профессор Зельеварения как декан Слизерина был в курсе предстоящего Дня рождения своей блестящей студентки и намеревался отметить его в избранном кругу. А может быть, это Риддл зачем-то ему настучал. Хотя и не понятно было, зачем. Гермиона слегка приврала с датой, чтобы не было расхождений в нумерологических вычислениях, и та передвинулась с девятнадцатого на восемнадцатое сентября. Разумеется, все астрологические расчеты были бы неверными, но вряд ли бы кто-то стал разбираться в ее карте рождения. Тем более, девушка и сама-то не слишком верила в астрологию.

Виновница торжества выдавила любезную улыбку:

— Спасибо, профессор. А это вам небольшой подарок.

Интересно, он варит себе зелья против диабета? Потому что есть столько засахаренных ананасов… И содержащийся в них бромелайн не спасет.

Слагхорн, очевидно, был доволен, потому что рассыпался в любезностях. Девушка уселась на приготовленный для нее стул, и Том с улыбкой протянул ей бокал.

Вот это было плохо. Все, что исходило из рук Волдеморта, подлежало глубочайшей проверке.

— Мы поздравляем Вас, дорогая Гермиона, — если вы не против, чтобы я вас так называл — с Днем рождения, — заявил Слагхорн. — Надеюсь, вы станете постоянным украшением нашего клуба. За вас!

Девушка сделала вид, что пригубила из бокала, краем глаза отмечая, смотрел ли на нее в это время Риддл. Тот смотрел, тоже краем глаза. Интересно, что за зелье он ей подмешал? Не веритасерум ли? С него станется.

С громким звоном бокал выскользнул из рук девушки, осколки и кровавая жидкость украсили пол. И прежде, чем кто-то успел произнести «Reparo», девушка выхватила палочку:

— Evanesco! Ох, простите, профессор, я слегка переволновалась от неожиданного сюрприза.

Мгновенный взгляд в сторону Риддла. Его лицо нисколько не изменилось, не проскальзывало даже малейшей тени недовольства. Возможно, лишь едва заметная ухмылка на миг тронула красивые губы.

— Ничего страшного. На счастье, — очаровательно улыбнулся Слагхорн. — И у нас всегда есть, что предложить даме.

Гермиона вскочила прежде, чем двинулся кто-то из парней в джентльменском порыве, и взяла новый бокал из рук профессора.

— Расскажите нам, Гермиона, сильно ли отличается жизнь в Америке от старой доброй Англии? — после еще одного тоста в честь девушки, спросил декан Слизерина.

Между тем он распаковал коробку с ананасами и явно смаковал любимое лакомство.

Гермиона быстро припомнила информацию, которую успела раздобыть об американских нравах.