Эликсир жизни

— И ты не пыталась специально найти того, кто мог бы помочь тебе в решении тех самых «проблем и задач»?

Спасибо за идейку, Том.

— Может быть, и так, — пожала плечами девушка. — Но ты сейчас единственный близкий мне человек, если, конечно, можно применить к тебе это определение.

Посмотрим, как он отреагирует на проявление эмоциональности. И что именно он понимает под статусом «его девушка».

— Видимо, поэтому ты скрывала от меня свое прошлое, — саркастично отозвался Том, не отводя от подруги пристального взгляда.

— Как будто тебе самому нечего скрывать, — фыркнула Гермиона. — И что я должна была рассказать тебе? Что потеряла всех, кого любила?

— Что ты полукровка, — холодно уточнил он.

— Ты мне тоже этого не сообщил про себя, знаешь ли, — девушка встретила его взгляд открыто, с чувством собственной правоты.

Его глубокие, пронзительно-темные глаза, однако, не излучали ни ярости, ни гнева. Они были настойчиво-проницательными, изучающими.

— Как будто ты не знала, — тихо промолвил он.

Эти глаза завораживали, словно змеиные, и Гермиона приблизилась вплотную к юноше.

— А меня ты и не спрашивал, — вкрадчиво заметила она, почти неосязаемо дотрагиваясь до его груди. — И скажи, знай ты тогда, ты бы отказался от всего, что было?

Его взгляд метнулся вверх, затем опустился. И лишь через несколько мгновений Риддл вновь посмотрел на девушку. Его глаза не выражали ничего, пугая безразличием и отрешенностью. Пульс Гермионы участился.

— Нет, не отказался бы, — спокойно ответил Том.

Все тело будто окунули в горячий омут, а эмоции словно просеяли сквозь сито, оставляя лишь рвущуюся радость и блаженное тепло. Гермиона и сама не ожидала, что ей станет настолько хорошо. Сделав усилие, чтобы не засветиться улыбкой влюбленной идиотки, она отрывисто спросила:

— Почему?

— Потому что ты намного больше волшебница, чем многие из тех, кто имеет право называться чистокровными. Ты по эту сторону. Как и я, — сухо пояснил он, кладя руки на ее плечи. — И никто не узнает… В конце концов, можно стереть память Блэка, если до того дойдет. Или… неважно.

— Вот видишь, Том, — с улыбкой прокомментировала девушка, сознательно ступая на зыбкую почву, чтобы провести параллель. — Если следовать дальше твоей логике, и магглорожденные тоже могут стать настоящими волшебниками. И их можно удачно использовать на благо магическому миру.

— Заткнись, — коротко потребовал он и наклонился к ее губам в настойчивом, грубом поцелуе.

И Гермиона призналась себе, что таким образом заткнуться не возражает. Все закончилось хорошо. Удивительно, что Риддл оказался настолько вменяем. Или же она просто стала восприниматься парнем как нечто, принадлежащее ему, произошла идентификация девушки как части его самого. Это было уже вполне возможно. Хотя, скорее всего, отношения с ней просто были выгодны Тому. Не чурался же он скромной должностью в магазине, очарованием престарелых тетушек, кровью Гарри-полукровки для собственного возрождения. Наверняка, себе он объяснял отношения с девушкой именно так… Но, по крайней мере, хотел ее он абсолютно искренне. Что легко проверялось на практике.

Риддл ожидал чего-то подобного. Подозрения были справедливы. Надо же, в кои-то веки спасибо Блэку! Девчонка специально искала такого, как Том. Но то, что она оказалась полукровкой… Юноше было неприятно. С другой стороны, от этого она не стала глупее, беднее и холоднее в постели. Скорее, наоборот. Гермиона теперь должна была еще с большим энтузиазмом доказывать, что она лучшая во всем. Самыми усердными слугами являлись прощенные после провинностей. А он уже и так запугал подружку своей холодностью. Том мог поклясться, она опасалась, что он бросит ее. Как бы не так! Гермиона могла быть покладистой, что она очень хорошо доказала в процессе феерично-страстного времяпрепровождения прямо там, у холодной стены подземелий. Именно она была способна стать его лучшей помощницей.

Когда-нибудь она в полной мере поймет, что есть власть. И перестанет сопротивляться шансу испытать это сладостное, пьянящее чувство. Единственное, что дает возможность ощутить свободу. Сейчас же, выявив правду, Том сделал шаг к ломке ее упрямства, к подчинению строптивой девчонки. Пусть чувствует себя ниже его. Тем больше будет ценить то, что обретет, находясь рядом с ним.

И все-таки, как они были похожи. Оба полукровки, оба одиноки, оба чрезвычайно умны, оба стремились найти путь к бессмертию, оба лицемеры, оба привлекательны физически. Салазар, он и не подозревал раньше, что девушки могли быть такими. Том вообще не думал, что кто-то еще мог быть таким, кроме него — выдающегося, особенного. Пока не встретил эту талантливую полукровку. Да и одно дело подозревать, а другое — убедиться на практике. На что еще была способна Гермиона, видимо, предстояло обнаружить в ближайшее время.