Фандом: Гарри Поттер. Гермиона, Том Риддл. Лучшие ученики, экстраординарные умы. Возможно ли выиграть войну, победив в битве? Сработает ли план Гермионы?
Добавить в моё избранное
409 мин, 29 сек 14692
Хм, видимо, ум — это у Ремуса семейственное. И Гермионе вдруг пришло в голову неожиданное решение. Вот кто был подходящим объектом для ее планов. Тайный союз с Гриффиндором — это могло реально остановить или хотя бы сгладить безобразия Тома. Но сначала небольшой проверочный сеанс легилименции… Простите, профессор, за папу.
Люпин не заметил вторжения, он не Риддл…
Мерлин, как же она отвыкла от такой предельной искренности и честности! Жутко расхотелось возвращаться в слизеринский гадюшник.
— Ну? — суровый голос Белла вывел Гермиону из созерцания.
— Я согласна поговорить, — едва заметно улыбаясь, отозвалась она. — Но только с Джоном наедине.
Люпин покраснел опять, его приятели оторопели, затем захихикали.
— Или это ваши подштанники окажутся на обозрении всей школы, — с угрозой прибавила девушка.
Вэнс переглянулся с друзьями. Люпин кивнул, Вуд пожал плечами, Белл недовольно нахмурился.
— Хорошо, вон там, — за всех решил глава гриффиндорской компании. — Но сначала — твою палочку.
Гермиона помедлила. Если бы Том увидел ее сейчас… Стоп. Пора было подвесить перед глазами памятку: «Том не мой парень, Том — все еще Волдеморт». И чтобы эта напоминалка периодически вопила, как Пивз во время своих самых наглых выходок…
Девушка протянула палочку Вэнсу и гордой походкой первой направилась к пустому классу.
Джон, борясь со смущением, последовал за ней, и они молча остановились по разные стороны стола.
— Я внимательно слушаю, — наконец, выдал Люпин.
Гермиона поймала его взгляд.
— Я ничего не знаю про чудовище, — серьезно начала она, — но могу помочь лично тебе предотвратить нападения, если они повторятся. По крайней мере, получить хотя бы какую-то информацию. Ты же со своей стороны молчишь о ее источнике и не подставляешь слизеринцев Дамблдору. Думай, что тебе выгоднее: реально остановить атаки или отомстить соперникам.
Парень молчал, глядя на нее в упор. Каштановая прядь волос упала на глаза, придавая взгляду скептицизма и решительности.
— Зачем это тебе? — наконец, проговорил гриффиндорец.
— Я не хочу допустить дискредитации Слизерина и древних магических фамилий, — вдруг сами собой всплыли слова Блэка. — Легче прекратить нападения на магглорожденных, чем отбеливать собственное имя. А для вас лучше так, чем никак.
Повисло молчание, которое прервал Люпин:
— Я согласен. — Гермиона даже не ожидала, что он согласится так легко. — И знаешь, почему?
Девушка вскинула брови.
— Ты не назвала магглорожденных грязнокровками.
Гермиона горько хмыкнула. Но отозвалась с силой и оттенком угрозы:
— Отлично. Но если ты расскажешь про наш договор приятелям, я узнаю, как узнала о твоей тайной страсти к одной кареглазой красотке.
Да сколько ж можно краснеть?! Ну и привычка…
— А если ты подставишь кого-то с Гриффиндора, Риддл тебе не поможет, — в тон ей парировал Люпин.
— Вот и здорово. Я сделаю сигнальные монеты, как жетоны у старост. Если что, встречаемся у лестницы на седьмом этаже. Полагаю, что именно соврать приятелям, ты придумаешь сам.
Джон поморщился, но кивнул.
И Гермиона, вся из себя довольная, забрала свою палочку и поспешила к Тому. Если б он только знал, что у сопротивления появился новый лидер!
Гермиона в библиотеку опоздала, и это было к лучшему. Он прочитал и осознал, похоже, именно то, что следовало еще месяц назад. Все же девушки являлись роскошью, а не необходимостью. Сколько сил уходило даже на одну! И мозговая деятельность заметно притуплялась, будто вся энергия от головы отливала в другое место…
Как же он не сообразил раньше, что кто-то входил в его сны! И если это был не Дамблдор, то кто? Впрочем, Том знал, что делать. Подходящее заклинание для осознанного сновидения он нашел еще тогда, когда только начинал изучать проблемы взаимоотношения души и тела. Как там говорила Гермиона? Надо во всем находить позитивное? Что ж, теперь у него был удобный повод испытать Круциатос на враге, когда тот появится в его сновидении. Это являлось несомненным плюсом. За сон в Азкабан не сажали.
Подруга наградила его внимательным взглядом, но ничего не сказала, когда парень сослался на необходимость хорошо выспаться и не потащил ее в Выручай-комнату или ванную для старост, что делал практически всегда в отсутствии патрулей. Спасибо за понимание, дорогая. Сладких снов.
Устроившись на кровати, Том взял волшебную палочку, крепко сжал ее в тонких, изящных пальцах. Скользнул взглядом по тяжелой занавеси, мысленно репетируя свои будущие действия, и вновь переместил его на палочку. Юный маг зависел от этой вещицы, но в то же время в ней была часть его, словно существовали между ними невидимые, нерушимые связи. Она направляла его силы. Она материализовала его могущество…
Люпин не заметил вторжения, он не Риддл…
Мерлин, как же она отвыкла от такой предельной искренности и честности! Жутко расхотелось возвращаться в слизеринский гадюшник.
— Ну? — суровый голос Белла вывел Гермиону из созерцания.
— Я согласна поговорить, — едва заметно улыбаясь, отозвалась она. — Но только с Джоном наедине.
Люпин покраснел опять, его приятели оторопели, затем захихикали.
— Или это ваши подштанники окажутся на обозрении всей школы, — с угрозой прибавила девушка.
Вэнс переглянулся с друзьями. Люпин кивнул, Вуд пожал плечами, Белл недовольно нахмурился.
— Хорошо, вон там, — за всех решил глава гриффиндорской компании. — Но сначала — твою палочку.
Гермиона помедлила. Если бы Том увидел ее сейчас… Стоп. Пора было подвесить перед глазами памятку: «Том не мой парень, Том — все еще Волдеморт». И чтобы эта напоминалка периодически вопила, как Пивз во время своих самых наглых выходок…
Девушка протянула палочку Вэнсу и гордой походкой первой направилась к пустому классу.
Джон, борясь со смущением, последовал за ней, и они молча остановились по разные стороны стола.
— Я внимательно слушаю, — наконец, выдал Люпин.
Гермиона поймала его взгляд.
— Я ничего не знаю про чудовище, — серьезно начала она, — но могу помочь лично тебе предотвратить нападения, если они повторятся. По крайней мере, получить хотя бы какую-то информацию. Ты же со своей стороны молчишь о ее источнике и не подставляешь слизеринцев Дамблдору. Думай, что тебе выгоднее: реально остановить атаки или отомстить соперникам.
Парень молчал, глядя на нее в упор. Каштановая прядь волос упала на глаза, придавая взгляду скептицизма и решительности.
— Зачем это тебе? — наконец, проговорил гриффиндорец.
— Я не хочу допустить дискредитации Слизерина и древних магических фамилий, — вдруг сами собой всплыли слова Блэка. — Легче прекратить нападения на магглорожденных, чем отбеливать собственное имя. А для вас лучше так, чем никак.
Повисло молчание, которое прервал Люпин:
— Я согласен. — Гермиона даже не ожидала, что он согласится так легко. — И знаешь, почему?
Девушка вскинула брови.
— Ты не назвала магглорожденных грязнокровками.
Гермиона горько хмыкнула. Но отозвалась с силой и оттенком угрозы:
— Отлично. Но если ты расскажешь про наш договор приятелям, я узнаю, как узнала о твоей тайной страсти к одной кареглазой красотке.
Да сколько ж можно краснеть?! Ну и привычка…
— А если ты подставишь кого-то с Гриффиндора, Риддл тебе не поможет, — в тон ей парировал Люпин.
— Вот и здорово. Я сделаю сигнальные монеты, как жетоны у старост. Если что, встречаемся у лестницы на седьмом этаже. Полагаю, что именно соврать приятелям, ты придумаешь сам.
Джон поморщился, но кивнул.
И Гермиона, вся из себя довольная, забрала свою палочку и поспешила к Тому. Если б он только знал, что у сопротивления появился новый лидер!
Гермиона в библиотеку опоздала, и это было к лучшему. Он прочитал и осознал, похоже, именно то, что следовало еще месяц назад. Все же девушки являлись роскошью, а не необходимостью. Сколько сил уходило даже на одну! И мозговая деятельность заметно притуплялась, будто вся энергия от головы отливала в другое место…
Как же он не сообразил раньше, что кто-то входил в его сны! И если это был не Дамблдор, то кто? Впрочем, Том знал, что делать. Подходящее заклинание для осознанного сновидения он нашел еще тогда, когда только начинал изучать проблемы взаимоотношения души и тела. Как там говорила Гермиона? Надо во всем находить позитивное? Что ж, теперь у него был удобный повод испытать Круциатос на враге, когда тот появится в его сновидении. Это являлось несомненным плюсом. За сон в Азкабан не сажали.
Подруга наградила его внимательным взглядом, но ничего не сказала, когда парень сослался на необходимость хорошо выспаться и не потащил ее в Выручай-комнату или ванную для старост, что делал практически всегда в отсутствии патрулей. Спасибо за понимание, дорогая. Сладких снов.
Устроившись на кровати, Том взял волшебную палочку, крепко сжал ее в тонких, изящных пальцах. Скользнул взглядом по тяжелой занавеси, мысленно репетируя свои будущие действия, и вновь переместил его на палочку. Юный маг зависел от этой вещицы, но в то же время в ней была часть его, словно существовали между ними невидимые, нерушимые связи. Она направляла его силы. Она материализовала его могущество…
Страница 80 из 119
