Придуманные истории

История первая

Саша пришел домой со школы в крайне дурном расположении духа. Вообще-то, он хотел выйти на пару часов во двор и погонять с друзьями мяч, но стоило ему переступить порог квартиры, как с кухни раздался голос мамы:

— Саша, немедленно переодевайся, мой руки и садись за стол. Через полчаса придет Геннадий Федорович.

Саша расстроенно вздохнул и поплелся в свою комнату, на ходу стягивая свитер и пиная по полу портфель. Геннадий Федорович был его репетитором по музыке и обычно приходил ближе к вечеру и по средам, сегодня же был вторник, и стрелка часов едва перевалила за цифру два. Но Саша не смел перечить маме, которая вполне могла посадить его под домашний арест, поэтому все же тщательно вымыл руки и даже съел весь суп, правда, как обычно, повылавливал из него сначала все фрикадельки.

Едва он поставил тарелку в мойку, как раздалась трель дверного звонка. Мама взмахнула руками и бросилась открывать, а Саша, грустно вздохнув, отправился в свою комнату — доставать из шкафа скрипку. Геннадий Федорович осторожно постучал в дверь и вошел, привычно направляясь к столу. У него на шее, как и всегда, болтался старый шерстяной синий шарф в большую клетку, который вечно почему-то жутко нервировал Сашу.

Геннадий Федорович достал из своего портфеля ноты и подозвал Сашу к столу. Они вместе разобрали начало нового произведения.

— Ну, Александр, давайте приступим к практике, — с добродушной улыбкой сказал наконец Геннадий Федорович, поправляя прижатую щекой к плечу скрипку. И это тоже всегда нервировало Сашу — как бы он ни старался взять инструмент, Геннадий Федорович все равно находил к чему придраться.

Потом потянулись долгие шестьдесят минут противных звуков, которые Саша вытягивал из скрипки вместо нужной мелодии, и бесконечных замечаний — то рука неправильно идет, то смычок слишком крепко зажат в пальцах.

Когда музыкальная пытка закончилась, Геннадий Федорович, как всегда, похвалил Сашу и, вежливо попрощавшись, вышел в коридор. Через несколько секунд с кухни послышался приглушенный голос мамы, и Саша расслабленно выдохнул, опустившись на стул и положив перед собой скрипку.

Подперев руками голову, он с грустью подумал о том, как сильно ему нравились в детстве звуки, что издавали эти самые струны, когда по ним проводила смычком мама — у нее это получалось как-то удивительно и легко. Именно звуки скрипки стали для Саши лучшей колыбельной, которую только можно было вообразить, но со временем мама перестала играть.

Когда Саша спросил, почему, мама только грустно улыбнулась и наняла ему учителя по музыке. Не сказать, что Саше мечтал об этом, но он так сильно не хотел расстраивать маму, что послушно стал заниматься. И даже готов был пожертвовать несколько часов игры в футбол во дворе, чтобы увидеть, как мама, проводив Геннадия Федоровича, заглянет в комнату и улыбнется — по-особому, как бывает только тогда, когда она гордится Сашей. Потом она с заговорщицким видом подмигнет и достанет из кармана белого фартука леденец в виде петушка — Саша их с самого детства обожает.

А на ужин обязательно будут любимые котлеты и пюре — это такая своеобразная награда от мамы за старания. И, конечно, это куда важнее, чем какой-то глупый футбол — в этом Саша не сомневается ни на секунду.

История вторая

Алиса — какое неудачное имя! — с нескрываемым раздражением смотрит на свое отражение. Костик должен прийти с минуты на минуту, к его приходу уже все готово — ужин на столе, в доме порядок. Только чертовы волосы на бигудях никак не досыхают, и Алиса не может уложить их в прическу. Это очень ее раздражает — она знает, что Костик не выносит, когда что-то неидеально. Хлопает входная дверь — теперь точно ссоры не избежать. Алиса наспех закалывает волосы и выскакивает в коридор.

— Почему так долго? — мрачно интересуется Костик, и Алиса вздыхает.

— Фен сломался, — пытается объяснить она, но тут же понимает, какую ошибку совершила.

— И что? Это повод заставлять меня ждать? — тихо интересуется Костик.

Алиса слишком хорошо знает этот тон и даже вздрагивает. Потом пытается исправить ситуацию:

— Прости, конечно же нет. Пойдем на кухню, а то все остынет.

И Костик, как ни странно, молча следует за ней.

Потом все идет по накатанной — они ужинают, Костик рассказывает, как дела на работе, Алиса старательно слушает и всячески его поддерживает — улыбается, поддакивает, восхищается, когда нужно. В общем, все как всегда.

Алиса в принципе живет ради Костика. К его возвращению она готовится, как когда-то готовилась к эфиру в своей передаче. Теперь, конечно, никаких передач в ее жизни больше нет — даже телевизора нет, потому что Костик считает, что телевидение отупляет. Зато у них большая библиотека и даже отдельная комната под тренажерный зал.

Только от книг Алису уже подташнивает, как и от вечной готовки.