Хранитель

Хранитель

Ветер налетел внезапно, срывая с деревьев в священном саду одежды из пожелтевших листьев, принося с собой звуки битвы, бушевавшей у замка. Рону было известно одно: если звуки эти теперь можно было услышать даже здесь, значит, враг уже прошел за ворота.

Трижды каркнул ворон, сидевший на ветке самого старого дерева в саду.

— Скажи, живы ли они еще? — спросил Рон несмело, боясь даже шелохнуться, чтобы не спугнуть призрачную надежду.

Ворон не издал ни звука, только расправил крылья, мелькнул перед глазами тенью да взмыл ввысь, к своим братьям и сестрам.

Если верить сказкам, то был плохой знак.

— Ты готов? Невилл вернулся, говорит, что Черные скоро будут здесь.

Рон вздрогнул и обернулся.

Джинни, его младшая сестра и одна из лучших копейщиц, которых он когда-либо знал, смотрела так, будто видела каждую мысль из того шторма, что бушевал в его голове.

— Мы были рождены готовыми, помнишь? — он ухмыльнулся и, не отдавая себе отчета, провел кончиками пальцев по пряжке плаща с выгравированной на ней эмблемой Хранителей — фениксом в объятиях пламени.

— Это слова Дина Томаса, — она только покачала головой, — не твои.

— Что же ты хочешь услышать, дорогая моя сестра? Что я боюсь умирать? Что хотел бы быть сейчас не здесь? Может быть, мне стоит спросить, почему ты осталась в Даннотаре, хотя я умолял тебя уехать?

Джинни улыбнулась. Улыбка эта пробуждала воспоминания, прекрасные, как утренняя роса на лепестках розы, горькие, как зелье от простуды.

— Я такая же Хранительница короны, как и ты, брат. Мое место здесь, рядом с тобой, Луной, Дином… Рядом с королем и королевой.

Рон хотел было напомнить Джинни об обещании, которое они дали умирающей матери много лет назад, но, подумав, решил не говорить ничего.

— Кто это? — спросил незнакомец.

Он явно был знатного происхождения, о чем скорее говорили исходящие от него сила и уверенность, нежели меч с причудливой изогнутой гардой и роскошная кольчуга, на которой за сегодняшний день явно не один меч попытался оставить свой след.

Если бы Рон мог, то тоже попробовал бы стать тем единственным, кому посчастливится найти уязвимое место в сияющей броне, но было уже слишком поздно: скользкие от крови пальцы едва держали верный клеймор.

Эту битву он проиграл.

Кто-то из свиты незнакомца — кажется, колдун, если судить по отсутствию тяжелого доспеха и яркой звезде-самоцвету, свисавшей с шеи, — после непродолжительного молчания шепнул:

— Их последний Хранитель, Рональд Верный. Остальные погибли, сир.

Рон, стоявший на самом верху лестницы, слышал каждое слово — своды храма не первый раз играли с ним такую злую шутку, — но позволил себе ухмыльнуться только сейчас. Конечно, не под таким прозвищем он мечтал войти в легенды, будучи ребенком, но ведь могло быть и хуже.

Рональд Трусливый, например.

— Хранитель! — незнакомец позвал его, выступив вперед, не боясь, что Рон выстрелит из арбалета или сделает что-то еще невероятно самонадеянное. — Меня зовут Антонин. Я пришел сказать тебе, что война закончена. Узурпаторы пали, а законный король скоро вступит в свои права. Спустись же, присягни истинному владыке этих земель и ступай с миром туда, куда велит тебе сердце!

Колдун недовольно поморщился и что-то пробормотал себе под нос.

В глазах Антонина Рону примерещился интерес. Да, впрочем, что еще там могло быть, кроме интереса? Фактически он только что предложил Хранителю короны невероятную сделку — предательство в обмен на жизнь.

— Ты разве не слышал, как назвал меня твой маг? — ответил Рон, удивившись тому, насколько тихим стал его собственный голос. — Я вынужден отказаться.

Антонин открыто улыбнулся.

— Так или иначе, ты храбро сражался, — произнес он после небольшой паузы. — Ты не предал тех, кому клялся, тех, о чьем поражении уже сочиняют песни менестрели. Я не в силах теперь подарить тебе жизнь, но отказывать в последнем желании не стану. Чего же ты желаешь, Рональд Верный?

— Я хочу попрощаться.

Антонин кивнул:

— Пусть будет так. Мои воины покинут храм, чтобы дать тебе время.

— Не с ними, — уточнил Рон. — Своим братьям и сестрам я уже все слова высказал, какие нужно было. Я хочу попрощаться с королем и королевой.

Первый час они сражались у входа в храм. Колдуны и арбалетчики засели в маленьких башенках, которыми здание было усыпано на редкость щедро — Рон не раз поблагодарил про себя давно почивших архитекторов, — стреляя из окон-бойниц, прячась за каменными стенами от ответных заклинаний и стрел.

Те, в чьем расположении оказались мечи да копья, остались по ту сторону древних ворот. К счастью для них, подход к храму, спрятанному между священным садом и утесом, был достаточно узким, чтобы лишь малое количество противников могло оказаться на площадке.