Фандом: Гарри Поттер. Цена заплачена, но недостижимая мечта так и осталась мечтой.
Добавить в моё избранное
22 мин, 7 сек 334
— Ничего. Это я представила, как буду сообщать, что натворила за недолгое отсутствие, — хихикнула она, на самом деле представив диалог с Тёмным Лордом.
— Эм… Ну, тебе же ничего не могут сделать?
Она посмотрела на него как на идиота и рассмеялась.
— Расслабься, Поттер. Постараюсь не подставить тебя.
— Гарри.
— Что?
— Гарри. Не Поттер.
— А, ну да. Привычка.
— Ты чем планируешь заниматься? — обернувшись через плечо, поинтересовался он через некоторое время, нарезая овощи на гарнир. — Мне придётся вернуться на седьмой курс в Хогвартс, вот я и…
— Я в университет поступила.
— Гермиона тоже.
— Мне неинтересно, — отрезала Лисса с каменным лицом. — Я же не рассказываю тебе, что Драко готовится к свадьбе, вот и ты избавь меня от деталей существования своих друзей.
— Это будет несложно сделать, — грустно вздохнул Поттер. — Мы почти не общаемся теперь…
Миралиссе не было интересно выслушивать историю краха многолетней дружбы, включающую в себя предысторию с жизнью в одной палатке, пленением в Малфой-мэноре и наконец проклятием, что связало Лорда с дружками Поттера, ведь те события она видела собственными глазами, однако жест оценила: Поттер был по-настоящему откровенен.
— Живи, Поттер. Гарри. Просто живи. Не лезь в политику, не нарывайся, и никто тебя не тронет, — тот открыл рот для возражений, и она кинула в него Силенцио. — Не нарывайся. Запомни это как мантру. Даже если ты не согласен с политикой Лорда — молчи. Тебя это не касается. Ты никто, пойми это наконец. Ты ничего не умеешь и не знаешь, твоё мнение, твоё одобрение или порицание — это бессмысленное сотрясание воздуха, которое никому не интересно. Ты сам — неинтересен. Радуйся этому, ведь с тех пор, как Дамблдор перестал дышать тебе в затылок, выталкивая под палочки его врагов, у тебя появился шанс на нормальную жизнь. Что дало тебе благосклонное отношение бывшего директора, кроме проблем? Чего ты добился? Что получил? Ничего, Поттер, кроме шрамов. Ты даже связями не обзавёлся, только врагами. Тебя удавить — плёвое дело, хоть это ты понимаешь? Ты до сих пор жив только потому, что твои враги понимали, что ты действуешь по чужой указке. Можно даже сказать, они проявили вежливость, дав тебе время повзрослеть и осознать, чего ты сам хочешь от жизни. Даже Лорд, он ведь действительно проявил небывалое милосердие, когда не убил вас в тот день. Как бы вы ни возмущались, он поступил с вами много лучше, чем вы заслуживаете. Не порти всё, Поттер. Смирись и живи дальше.
Немоту она с него давно сняла, но отвечать он не торопился.
— Как вы так можете — оставаться в стороне? — наконец спросил он, устраиваясь за столом. — Неужели тебе всё равно, что магглорождённые…
— Гарри, мне не просто всё равно. Я целиком и полностью разделяю идеологию Лорда. Подожди возмущаться. Посмотри на ситуацию со стороны. Взять хотя бы тебя самого и твою мерзкую подружку. Ты пришёл в магический мир, ничего о нём не зная. Ты раз за разом нарушал неписанные правила и раз за разом выставлял себя идиотом. А Грейнджер и вовсе стала изгоем, не замечал, что с ней никто не желает иметь дела? Разве вам было бы плохо до школы походить на подготовительные курсы или просто учиться с такими же далёкими от магического мира детьми, постепенно вливаясь в новую реальность? Это не дискриминация, Поттер, это шаг навстречу. Твой крёстный…
Договорить она не успела — Поттер вскочил на ноги и срывающимся голосом произнёс:
— Не смей! Слышишь?! Не смей…
— Гарри, я знаю, что Блэк жив и пытался возобновить отношения с тобой. Более того, — безжалостно продолжила она, игнорируя изумление и испуг в его глазах, — я знала с самого начала, что он жив. Не забывай, я не грязнокровка, среди моих близких Пожиратели смерти, я знала о их делах много больше вашего убогого Ордена Феникса. Так вот, возвращаясь к Блэку… Для меня его поступок был… Если бы мой крёстный провернул что-то подобное, я бы тоже не захотела его простить. Но я не о том хотела сказать. Если бы Сириус Блэк не был кретином… то есть гриффиндорцем, он бы позаботился о тебе, а не бросился мстить, и тебе не пришлось бы проходить через все эти сложности и опасности. Ни один чистокровный не позволил бы сделать из своего ребёнка или воспитанника мишень. Азкабан вправил Блэку мозги, он понял, что его обязанность, как крёстного, защитить тебя. Поверь, его корёжило от одной только мысли, что нужно получить метку, но он в кои-то веки поступился своими желаниями и поступил правильно, он сделал это ради тебя…
— Я не просил!
— Силенцио! Ты уже не ребёнок, Поттер. Перестань мыслить по-детски. Он спас тебя. Имеет ли цена значение? Я считаю — нет. Чистота рук спасителя — ерунда. Ближе него у тебя никого нет. У тебя по факту вообще никого кроме Блэка нет.
Гарри замахал руками, прося снять чары, и довольно сдержанно поинтересовался:
— Зачем тебе нужно, чтобы мы с Сириусом помирились?
— Эм… Ну, тебе же ничего не могут сделать?
Она посмотрела на него как на идиота и рассмеялась.
— Расслабься, Поттер. Постараюсь не подставить тебя.
— Гарри.
— Что?
— Гарри. Не Поттер.
— А, ну да. Привычка.
— Ты чем планируешь заниматься? — обернувшись через плечо, поинтересовался он через некоторое время, нарезая овощи на гарнир. — Мне придётся вернуться на седьмой курс в Хогвартс, вот я и…
— Я в университет поступила.
— Гермиона тоже.
— Мне неинтересно, — отрезала Лисса с каменным лицом. — Я же не рассказываю тебе, что Драко готовится к свадьбе, вот и ты избавь меня от деталей существования своих друзей.
— Это будет несложно сделать, — грустно вздохнул Поттер. — Мы почти не общаемся теперь…
Миралиссе не было интересно выслушивать историю краха многолетней дружбы, включающую в себя предысторию с жизнью в одной палатке, пленением в Малфой-мэноре и наконец проклятием, что связало Лорда с дружками Поттера, ведь те события она видела собственными глазами, однако жест оценила: Поттер был по-настоящему откровенен.
— Живи, Поттер. Гарри. Просто живи. Не лезь в политику, не нарывайся, и никто тебя не тронет, — тот открыл рот для возражений, и она кинула в него Силенцио. — Не нарывайся. Запомни это как мантру. Даже если ты не согласен с политикой Лорда — молчи. Тебя это не касается. Ты никто, пойми это наконец. Ты ничего не умеешь и не знаешь, твоё мнение, твоё одобрение или порицание — это бессмысленное сотрясание воздуха, которое никому не интересно. Ты сам — неинтересен. Радуйся этому, ведь с тех пор, как Дамблдор перестал дышать тебе в затылок, выталкивая под палочки его врагов, у тебя появился шанс на нормальную жизнь. Что дало тебе благосклонное отношение бывшего директора, кроме проблем? Чего ты добился? Что получил? Ничего, Поттер, кроме шрамов. Ты даже связями не обзавёлся, только врагами. Тебя удавить — плёвое дело, хоть это ты понимаешь? Ты до сих пор жив только потому, что твои враги понимали, что ты действуешь по чужой указке. Можно даже сказать, они проявили вежливость, дав тебе время повзрослеть и осознать, чего ты сам хочешь от жизни. Даже Лорд, он ведь действительно проявил небывалое милосердие, когда не убил вас в тот день. Как бы вы ни возмущались, он поступил с вами много лучше, чем вы заслуживаете. Не порти всё, Поттер. Смирись и живи дальше.
Немоту она с него давно сняла, но отвечать он не торопился.
— Как вы так можете — оставаться в стороне? — наконец спросил он, устраиваясь за столом. — Неужели тебе всё равно, что магглорождённые…
— Гарри, мне не просто всё равно. Я целиком и полностью разделяю идеологию Лорда. Подожди возмущаться. Посмотри на ситуацию со стороны. Взять хотя бы тебя самого и твою мерзкую подружку. Ты пришёл в магический мир, ничего о нём не зная. Ты раз за разом нарушал неписанные правила и раз за разом выставлял себя идиотом. А Грейнджер и вовсе стала изгоем, не замечал, что с ней никто не желает иметь дела? Разве вам было бы плохо до школы походить на подготовительные курсы или просто учиться с такими же далёкими от магического мира детьми, постепенно вливаясь в новую реальность? Это не дискриминация, Поттер, это шаг навстречу. Твой крёстный…
Договорить она не успела — Поттер вскочил на ноги и срывающимся голосом произнёс:
— Не смей! Слышишь?! Не смей…
— Гарри, я знаю, что Блэк жив и пытался возобновить отношения с тобой. Более того, — безжалостно продолжила она, игнорируя изумление и испуг в его глазах, — я знала с самого начала, что он жив. Не забывай, я не грязнокровка, среди моих близких Пожиратели смерти, я знала о их делах много больше вашего убогого Ордена Феникса. Так вот, возвращаясь к Блэку… Для меня его поступок был… Если бы мой крёстный провернул что-то подобное, я бы тоже не захотела его простить. Но я не о том хотела сказать. Если бы Сириус Блэк не был кретином… то есть гриффиндорцем, он бы позаботился о тебе, а не бросился мстить, и тебе не пришлось бы проходить через все эти сложности и опасности. Ни один чистокровный не позволил бы сделать из своего ребёнка или воспитанника мишень. Азкабан вправил Блэку мозги, он понял, что его обязанность, как крёстного, защитить тебя. Поверь, его корёжило от одной только мысли, что нужно получить метку, но он в кои-то веки поступился своими желаниями и поступил правильно, он сделал это ради тебя…
— Я не просил!
— Силенцио! Ты уже не ребёнок, Поттер. Перестань мыслить по-детски. Он спас тебя. Имеет ли цена значение? Я считаю — нет. Чистота рук спасителя — ерунда. Ближе него у тебя никого нет. У тебя по факту вообще никого кроме Блэка нет.
Гарри замахал руками, прося снять чары, и довольно сдержанно поинтересовался:
— Зачем тебе нужно, чтобы мы с Сириусом помирились?
Страница 2 из 7
