Дом, спрятанный в пустоте

Гарри, помня о странностях дома, сперва осторожно заглянул в комнату, но, не заметив ничего подозрительного, вошел следом.

Такого разнообразия магических игр Гарри не видел никогда. В комнате были и несколько столиков для волшебных шахмат, и доска для игры в плюй-камни, и даже два больших стола для волшебного покера, а также много игр, про которые он никогда не слышал. Гарри долго стоял возле странной деревянной конструкции, на которую были приколоты маленькие восковые человечки с полным комплектом одежды и даже волосами. Все дерево было исколото, а на краю доски лежал комплект серебряных метательных ножей.

— Ты уже был здесь? — спросил Гарри, когда заметил, как Риддл привычно сел в одно из кресел, и черный шахматный король поклонился ему.

— Да, в молодости меня приглашала в этот дом Вальбурга, — рассеянно отозвался Риддл и подцепил двумя пальцами белого короля. Тот возмущенно запищал и пригрозил Риддлу крошечным мечом.

— Нет, не раньше, сейчас. Ты отпер дверь какими-то странными чарами, — Гарри заметил, как Риддл поднял на него удивленный взгляд, но увидев, что Гарри смотрит в ответ, тут же мило улыбнулся:

— А ты не так глуп, как кажешься на первый взгляд… Да, я был здесь и раньше. В то время я только появился в доме и еще надеялся переубедить Вальбургу и забрать медальон. Я закрыл некоторые комнаты, где любил бывать, собственными чарами.

— На чердаке ты мне сказал, что не выходил из комнаты до того, как я выпустил тебя, — нахмурился Гарри.

— Я соврал, — непринужденно пожал плечами Риддл и снова насмешливо ухмыльнулся. Его явно забавляла злость Поттера.

— И что потом? — спросил Гарри. — Что такого ты сделал, из-за чего тебя заперли в комнате?

— Всего лишь сказал моей дорогой Вал правду, — отозвался Риддл глухо. Он в задумчивости сжал пальцы, и белый король захрипел в его руках. Риддл перевел на него взгляд покрасневших глаз и надавил сильнее, пока голова белого короля не покатилась по доске. — Она не поверила мне, Гарри. Она была в бешенстве, весь дом трясся от ее гнева.

— Но недавно вы мило беседовали.

— Она слишком хотела забыть мои слова, — взглянул на него пустыми глазами Риддл. — И забыла. Все. Она не помнит школьные годы, не помнит мужа, в ее памяти сохранились только я и двое сыновей. Но не прежний я, а другой…

— Который Повелитель? — Гарри знал, что это значит, но предпочел сделать вид, что удивлен. — Почему она называет тебя так?

Риддл равнодушно взглянул в его сторону и склонился над шахматной доской. Черная пешка сделала первый ход.

— Ты жил в этой комнате? — переспросил Риддл, когда они добрались до третьего этажа. — Я считал, что своих детей Блэки содержат в роскоши.

— Недолго, всего одно лето. Рос я в другом месте.

— Мои догадки подтверждаются. Бастард? — Риддл, прищурившись, разглядывал его с ног до головы, будто в первый раз увидел. — Или… полукровка. Не думал, что Блэки способны пасть так низко.

— С чего ты это решил? — огрызнулся Поттер.

— Посмотри, во что ты одет, ни один уважающий себя волшебник не опустится до маггловских тряпок.

— Сейчас другое время, Риддл, — скривился Поттер. Он про себя извинился перед Гермионой и продолжил: — И политика Министерства сильно изменилась. Тот, кто не показывает лояльность к грязнокровкам, лишается работы и связей.

— Очень скверное время. Но ты меня не убедил, — Риддл быстро взглянул на него и отвернулся. — Впрочем, неважно. Пока ты помогаешь мне с поиском медальона, можешь быть хоть последним сквибом, мне все равно.

Гарри на это только покачал головой. Он не поверил ни слову, что сказал Риддл — того явно очень интересовало его происхождение, но пока он не устраивал допрос, Гарри было не о чем волноваться.

Комнату Гермионы и Джинни — Риддл смог вскрыть замок, в чем Гарри и не сомневался — они осмотрели всего за пару минут. Девушки оставили после себя только две аккуратно заправленных кровати, но никаких вещей или одежды в комнате не оказалось.

Риддл быстро обошел все углы, заглянул под матрасы и вышел, не потрудившись закрыть дверь. Третью комнату, в которой Гарри ни разу не был, Риддл снова отпер с помощью парселтанга, из чего Гарри решил, что за дверью находится не спальня. Его догадки подтвердились. Зайдя в комнату, он увидел Риддла, который по-хозяйски развалился в большом кожаном кресле перед массивным деревянным столом с резными ножками. Кабинет — а комната оказалась именно рабочим кабинетом с библиотекой — был неожиданно темно-бордовым, в противовес всему черно-зеленому в доме. За рабочим столом рядами шли высокие, до потолка, книжные шкафы, справа на полстены развернул черную пасть огромный камин, а рядом с ним стоял диван с потертой бархатной обивкой.

Везде было чисто — то ли Риддл бывал здесь так часто, что Кричер привык убирать комнату, то ли действовали те же чары, что в комнате близнецов, но теперь уже Гарри почувствовал себя неловко — в грязной куртке, пыльных, местами порванных джинсах и разношенных кроссовках.