Дом, спрятанный в пустоте

Гарри не обратил на это внимания в недавней суматохе, но сейчас, приглядевшись, начал медленно пятиться назад.

Куклы, десятки больших и маленьких фарфоровых кукол в отлично сшитых костюмах и платьях, с красивыми шляпками, румяными щеками и бессмысленными, пустыми глазами от удара об пол полопались и пошли трещинами. Они неаккуратной грудой лежали в углу, и Гарри не обратил бы на них внимания, если бы они не начали изгибаться, проваливаться друг в друга, смешиваться в пугающее, многоголовое существо. Воздух над куклами задрожал, будто в летний день, и очертания предметов поплыли, стали перетекать и изменяться.

— Назад! — крикнул Риддл, но увидев, что Гарри по-прежнему завороженно смотрит на странное марево, резко дернул его за плечо.

— Что это?

— Пространство сворачивается в кольцо, — зло, отчаянно бросил Риддл. — Глупо было надеяться, что мы уйдем от него так просто.

— Он поглотит весь дом? — с ужасом спросил Гарри, и Риддл коротко кивнул.

— Бежим.

Они неслись темными коридорами, переходами и лестницами, не особо надеясь скрыться, но желая хотя бы оттянуть время. А пространство сворачивалось вокруг них, завивалось воронкой, со скрипом и грохотом, фут за футом поглощая старый дом. Стены и пол изгибались под немыслимыми углами, Гарри порой не мог понять, по полу они бегут, по стене или потолку. Лестницы уходили то вверх, то вбок, двери стали открываться в полу, и в конце концов Гарри совершенно запутался, бегут они вверх или вниз.

Но Риддл, как оказалось, знал дорогу, потому что вскоре они вышли в коридор первого этажа. Вальбурга Блэк растерянно перевела взгляд с Риддла на Гарри и криво, устрашающе улыбнулась.

— Вал, дорогая, у нас нет времени, — шагнул вперед Риддл. Он прижал руки к груди и умоляюще взглянул на портрет. — Верни медальон, иначе будет поздно. Мы останемся в ловушке. Ты же знаешь, все это знаешь сама, помоги мне.

Вальбурга неуверенно нахмурилась и взглянула поверх их голов на изгибающиеся стены.

— Дом погибнет, но ты же не хочешь, чтобы я погиб вместе с ним, Вал? — повторил Риддл, а Гарри медленно отошел к входной двери и надавил на ручку. Та медленно, будто с неохотой, опустилась, и в коридоре раздался отчетливый щелчок. Риддл резко повернул голову и, увидев, что Гарри открыл дверь, снова развернулся к портрету.

— Медальон, Вальбурга, мне не уйти без медальона! — в его голосе послышались панические нотки.

— Медальон у него. Мерзкий хозяин украл его у Кричера, — послышался вдруг из-за спины скрипучий, как несмазанная дверная петля, голос. — Гадкий хозяин украл его.

Гарри отошел от дома на площади Гриммо уже на десять шагов, когда дверь снова со стуком открылась. На пороге стоял Том Риддл — ошарашенный, злой, его красные глаза с ненавистью смотрели на Гарри, а пространство дома сворачивалось в спираль за его спиной.

Поттер вытащил из кармана медальон, взвесил его на руке и вдруг с силой кинул в раскрытую пасть дверного проема. Украшение пролетело над головой Риддла, задев его вскользь цепочкой, и провалилось, пропало в исказившемся пространстве.

Гарри сделал шаг назад, другой, третий, и дом начал съеживаться, заползать в иллюзию, в которой был спрятан. Теперь уже спрятан навсегда.