Фандом: Вселенная Майлза Форкосигана. Графиня Корделия замечает, что ее муж и его секретарь неравнодушны друг к другу, но и у секретаря есть своя тайна, которую он поклялся скрывать… Однако она — бетанка, и ее отношение к обязательной моногамности брака далеко от традиционного, поэтому она пытается взять ситуацию в свои руки.
Добавить в моё избранное
135 мин, 2 сек 1166
Она проследила за взглядом Эйрела и разглядела вдали блондинистую макушку: ухватив рукой дальний буек, ее обладатель развернулся и поплыл обратно.
Корделии неясно было только одно:
— Ты что, взял его штаны в заложники, или они сдались добровольно?
Эйрел посмотрел на нее с потрясающе светлой улыбкой. Для счастья нет предела, подумала она, улыбаясь ему в ответ от уха до уха и зная, что сейчас они лишь умножают радость друг друга.
— Они были доверены моей опеке, — пояснил Эйрел. — Он не хотел удаляться от содержимого своих карманов, пока я не пообещал за ними присмотреть.
Корделия покачала головой и повернулась, разглядывая Аркадия, который ровными гребками плыл к ним. Но она действительно спустилась к озеру не только за тем, чтобы посмотреть, как ее муж любуется своим бойфрендом, поэтому после секундной паузы она начала:
— Знаешь, только мне удалось уговорить Харру, что в аэрокаре ей лететь безопасно, и тут Пим говорит мне, что они собираются ехать в горы верхом.
Выражение довольства на лице ее мужа не изменилось.
— Это во многих отношениях более резонно. Для Харры такая дорога привычнее, а Майлз произведет гораздо лучшее первое впечатление на Лесную Долину. Если они свалятся туда на аэрокаре, это будет выглядеть как нашествие горожан с их мудреной техникой, а вот Майлз на лошади покажет всем, что к ним приехал лорд Форкосиган.
С такой логикой Корделия спорить не могла, но все же заметила:
— А еще это будет означать, что Майлз несколько дней проведет подальше отсюда, пока ты будешь знакомить Аркадия с удовольствиями Форкосиган-Сюрло.
Эйрел снова на нее покосился, с улыбкой наполовину сонной, наполовину самодовольной.
— Не то чтобы я отсылал Майлза прочь, потому что он мешает… так само собой получилось. И вообще, когда я окажусь неспособен разработать стратегический план за завтраком, пока противник еще не вышел на поле битвы, да еще убить с его помощью двух зайцев одновременно — тогда мне точно пора в отставку.
— Жаль, что не сейчас, — Корделия вздохнула, но улыбнулась. Эйрел покачал головой, против его сонной улыбки невозможно было устоять.
— Когда-нибудь — обязательно, — пообещал он и повернулся к озеру полюбоваться Аркадием, который подплыл уже достаточно близко, чтобы Корделия оценила его сильные ровные гребки. Еще она заметила, что он почти не устал и что кожа у него очень светлая — а значит, надо будет присмотреть, чтобы в ванной потом оказалась бутылочка средства от солнечных ожогов.
— Он отличный пловец, — заметила она, просто из удовольствия увидеть на физиономии Эйрела выражение, которое сопровождало любой разговор о разнообразных достоинствах Аркадия.
Потом этот зримый восторг чуть смягчился, и Эйрел добавил:
— Вероятно, плавание — единственная часть физиотерапии, которую он не возненавидел, но до сих пор он мог плавать только в бассейне. Поверить трудно. — Эйрел покачал головой, и очередная версия нежной улыбки снова осветила его физиономию. — Городской мальчик.
Корделия, припомнив смягченный годами ужас от попыток Эйрела научить ее плаванию в озере, мысленно пометила все развлечения в воде и на берегу как территорию Аркадия и вернулась к своей исходной теме разговора.
— Пим может решить, что это наказание.
— Пим не сделал ничего, что заслуживало бы наказания, — возразил Эйрел, безмятежно почти до апатии, — и уверен, что его совесть чиста. Но он новичок среди оруженосцев, а новичкам всегда достается самая худшая работа. Он СБшник, что пригодится Майлзу, и, что самое главное, он умеет ездить верхом. И еще…
Эйрел задумчиво опустил взгляд. Корделия вновь принялась разглядывать водную гладь и увидела, как Аркадий бесшумно нырнул. Были видно, как он приближается, двигаясь под водой плавно, точно рыба. Тем временем Эйрел объяснял:
— Майлз — взрослый человек и лорд Форкосиган, я доверяю ему во всем. Пим познакомился с ним только на этой неделе, поэтому это станет его первым настоящим впечатлением от Майлза. Возможно, после этой поездки он окажется единственным из моих оруженосцев, кто видит в Майлзе дееспособного взрослого. Хотя бы одного такого Майлз заслужил.
Корделия накрыла ладонь Эйрела своей, и никто из них не сказал ни слова о сержанте Ботари — о том, кого заменить было невозможно. Время идет, и то, что Майлзу нужно от графских оруженосцев, тоже меняется.
Услышав слабый одиночный всплеск за опорой рядом, Корделия покосилась в сторону и увидела, как над водой показалась голова Аркадия. Он висел в воде вертикально, почти скрывшись под пирсом, так что Эйрел его не видел. Аркадий сделал пару выразительных жестов. Корделия улыбнулась.
— Значит, — оживленно начала она, снова переключив свое внимание на мужа, — это еще одна грань своего прекрасного тактического плана?
Эйрел улыбнулся, поглядел на водную гладь и вдруг нахмурился.
Корделии неясно было только одно:
— Ты что, взял его штаны в заложники, или они сдались добровольно?
Эйрел посмотрел на нее с потрясающе светлой улыбкой. Для счастья нет предела, подумала она, улыбаясь ему в ответ от уха до уха и зная, что сейчас они лишь умножают радость друг друга.
— Они были доверены моей опеке, — пояснил Эйрел. — Он не хотел удаляться от содержимого своих карманов, пока я не пообещал за ними присмотреть.
Корделия покачала головой и повернулась, разглядывая Аркадия, который ровными гребками плыл к ним. Но она действительно спустилась к озеру не только за тем, чтобы посмотреть, как ее муж любуется своим бойфрендом, поэтому после секундной паузы она начала:
— Знаешь, только мне удалось уговорить Харру, что в аэрокаре ей лететь безопасно, и тут Пим говорит мне, что они собираются ехать в горы верхом.
Выражение довольства на лице ее мужа не изменилось.
— Это во многих отношениях более резонно. Для Харры такая дорога привычнее, а Майлз произведет гораздо лучшее первое впечатление на Лесную Долину. Если они свалятся туда на аэрокаре, это будет выглядеть как нашествие горожан с их мудреной техникой, а вот Майлз на лошади покажет всем, что к ним приехал лорд Форкосиган.
С такой логикой Корделия спорить не могла, но все же заметила:
— А еще это будет означать, что Майлз несколько дней проведет подальше отсюда, пока ты будешь знакомить Аркадия с удовольствиями Форкосиган-Сюрло.
Эйрел снова на нее покосился, с улыбкой наполовину сонной, наполовину самодовольной.
— Не то чтобы я отсылал Майлза прочь, потому что он мешает… так само собой получилось. И вообще, когда я окажусь неспособен разработать стратегический план за завтраком, пока противник еще не вышел на поле битвы, да еще убить с его помощью двух зайцев одновременно — тогда мне точно пора в отставку.
— Жаль, что не сейчас, — Корделия вздохнула, но улыбнулась. Эйрел покачал головой, против его сонной улыбки невозможно было устоять.
— Когда-нибудь — обязательно, — пообещал он и повернулся к озеру полюбоваться Аркадием, который подплыл уже достаточно близко, чтобы Корделия оценила его сильные ровные гребки. Еще она заметила, что он почти не устал и что кожа у него очень светлая — а значит, надо будет присмотреть, чтобы в ванной потом оказалась бутылочка средства от солнечных ожогов.
— Он отличный пловец, — заметила она, просто из удовольствия увидеть на физиономии Эйрела выражение, которое сопровождало любой разговор о разнообразных достоинствах Аркадия.
Потом этот зримый восторг чуть смягчился, и Эйрел добавил:
— Вероятно, плавание — единственная часть физиотерапии, которую он не возненавидел, но до сих пор он мог плавать только в бассейне. Поверить трудно. — Эйрел покачал головой, и очередная версия нежной улыбки снова осветила его физиономию. — Городской мальчик.
Корделия, припомнив смягченный годами ужас от попыток Эйрела научить ее плаванию в озере, мысленно пометила все развлечения в воде и на берегу как территорию Аркадия и вернулась к своей исходной теме разговора.
— Пим может решить, что это наказание.
— Пим не сделал ничего, что заслуживало бы наказания, — возразил Эйрел, безмятежно почти до апатии, — и уверен, что его совесть чиста. Но он новичок среди оруженосцев, а новичкам всегда достается самая худшая работа. Он СБшник, что пригодится Майлзу, и, что самое главное, он умеет ездить верхом. И еще…
Эйрел задумчиво опустил взгляд. Корделия вновь принялась разглядывать водную гладь и увидела, как Аркадий бесшумно нырнул. Были видно, как он приближается, двигаясь под водой плавно, точно рыба. Тем временем Эйрел объяснял:
— Майлз — взрослый человек и лорд Форкосиган, я доверяю ему во всем. Пим познакомился с ним только на этой неделе, поэтому это станет его первым настоящим впечатлением от Майлза. Возможно, после этой поездки он окажется единственным из моих оруженосцев, кто видит в Майлзе дееспособного взрослого. Хотя бы одного такого Майлз заслужил.
Корделия накрыла ладонь Эйрела своей, и никто из них не сказал ни слова о сержанте Ботари — о том, кого заменить было невозможно. Время идет, и то, что Майлзу нужно от графских оруженосцев, тоже меняется.
Услышав слабый одиночный всплеск за опорой рядом, Корделия покосилась в сторону и увидела, как над водой показалась голова Аркадия. Он висел в воде вертикально, почти скрывшись под пирсом, так что Эйрел его не видел. Аркадий сделал пару выразительных жестов. Корделия улыбнулась.
— Значит, — оживленно начала она, снова переключив свое внимание на мужа, — это еще одна грань своего прекрасного тактического плана?
Эйрел улыбнулся, поглядел на водную гладь и вдруг нахмурился.
Страница 36 из 37
