Фандом: Гарри Поттер. Будто завороженная, Гермиона глядела, как легко и плавно двигается Малфой, приближаясь к ней ближе и ближе. Накал языческого праздника достиг апогея: музыка, блики костров, ритуальные угощения, напитки — все вместе это опьяняло и наполняло всех почти животным безумием. А Люциус, больше не обращая внимания ни на кого из присутствующих, уже откровенно не отрывал вожделеющего взгляда от ее хрупкой точеной фигурки, так призывно просвечивающей сквозь зеленое одеяние Предвечной богини. Только что он дал понять практически всей магической Британии, что выбор сделан! Охота началась…
Добавить в моё избранное
31 мин, 6 сек 551
Одетый в костюм из огромной оленей шкуры, с кожаными наручами на запястьях и маской Рогатого бога, почти скрывающей лицо, но не прячущей водопада светлых волос, в толпе стоял… Люциус Малфой. Нет. Стоял сам Кернуннос, нашедший сегодня ночью воплощение в его теле.
Гермиона облизнула пересохшие губы. Это тело…
Она, привыкшая видеть Малфоя-старшего, облачённого в строгие темные мантии и при этом всё-таки излучавшего животный магнетизм, и подумать не могла, что у него… такое тело…
Сильные мышцы играли на плечах, когда Люциус двигался, общаясь с гостями. И гостьями, почти повисшими на нем. Длинные стройные, но при этом мощные ноги, казалось, были созданы для охотника, не упускающего свою добычу и не уступающего её никому. А этот взгляд… Гермиона встретилась с ним глазами, хищно сверкнувшими сквозь прорези маски, и замерла.
«Нет! Этого не может быть. Я… не могу быть его добычей на сегодня. Это… это — неправильно! Господи! Я же больше года выстраивала между нами прочную и глухую стену, избегая любых контактов и, черт возьми, это получилось! Или… не получилось?!»
Рокот барабанов зазвучал еще громче и уже отдавал неистовством, когда Гермиона поняла, что задыхается.
«Жарко! О, нет…», — тело тут же задрожало в ознобе, будто в парке вдруг наступила зима. — Нужно немедленно бежать отсюда. Да! Мне просто необходимо срочно уйти под любым предлогом…
Гермиону охватил страх, что безрассудство праздника вместе с безумным вожделением его хозяина так или иначе заставят ее потерять голову. А собственное тело бесстыдно предаст, сдавшись на милость того, кого так старательно избегала уже давно.
«Ну, уж нет! Я тебе — не игрушка, Люциус Малфой! Решил пошалить в ночь Белтейна? У тебя и без того желающих немало!»
Усилием воли оторвав взгляд, Гермиона резко дернулась в сторону и почти побежала к дорожке, ведущей к воротам Малфой-мэнора.
— Куда-то собралась, Грейнджер? — ее почти сразу подхватил за локоть, невесть откуда взявшийся Драко. — Предупреждаю, смысла нет… Аппарация заблокирована до утра лично отцом, да и ворота тоже. Так что… мой тебе совет — смирись с неизбежным.
— Что?! — в ту же секунду рассвирепела Гермиона. — С ума сошел, да? Черт, да вы все здесь с ума сошли! На этой… вакханалии!
— Грейнджер, какой же у тебя противный голос, когда ты верещишь так, — картинно скривился Драко. — Расслабься! Насиловать он тебя не будет, да и не понадобиться, думаю. — Малфой-младший не удержался от скабрезного смешка, тут же получив за него увесистый подзатыльник.
— Заткнись, скотина! — голос Гермионы звенел от ярости. — И быстро выведи меня отсюда, иначе пожалеешь! Крупно пожалеешь, Драко… Понял?
— Иди к черту! Я — не самоубийца! Поняла? — тут же огрызнулся в ответ Малфой. — Да и вообще — разбирайтесь, на хрен, сами! Год почти динамишь его, мисс Заучка! Прости, ни одному мужику такое не понравится…
— Я?! Динамлю?! — она задохнулась от возмущения. — Какого черта? Ах, ты гад! Да я весь этот год избегаю твоего отца, как мышь мышеловку, чтоб ты знал!
— Ага, как же! Избегаешь, — презрительно фыркнул Драко, — только вот пялишься на него, как обалделая, когда думаешь, что никто не видит. Кого обмануть пытаешься, Грейнджер?
— Да пошел ты!
— И куда?
— К чертям собачьим!
— Очень магический посыл! Умней не придумала?
— Малфой, не доводи до греха… — челюсти сводило от желания заехать ему по роже.
— Я?! Да нужно больно! У меня для этого Астория есть, а тебя и без меня доведут, хочешь ты этого или нет…
— Ну все! С меня хватит! — резко дернув захваченный им локоть, Гермиона рванулась в направлении ворот, но вспомнив, что они блокированы, остановилась. Отдышалась несколько секунд и, достав палочку, сосредоточилась и крутнулась на месте.
«Черт!»
Аппарировать и, правда, не получалось.
— Ну, подожди, Люциус Малфой! Поиграть со мной в Белтейнские игры даже не надейся! — словно дикая кошка, негромко прошипела она и оглянулась…
Оглянулась, чтоб увидеть, как тот, на кого она столь яростно шипела мгновение назад, плечом раздвинув окружающую его толпу, направился в ее сторону.
Будто завороженная, Гермиона глядела, как легко и плавно двигается Малфой, приближаясь к ней ближе и ближе. Накал языческого праздника достиг апогея: музыка, блики костров, ритуальные угощения, напитки — все вместе это опьяняло и наполняло всех почти животным безумием. А Люциус, больше не обращая внимания ни на кого из присутствующих, уже откровенно не отрывал вожделеющего взгляда от ее хрупкой точеной фигурки, так призывно просвечивающей сквозь зеленое одеяние Предвечной богини. Только что он дал понять практически всей магической Британии, что выбор сделан! Охота началась…
Негромко застонав, Гермиона пришла в себя и, оторвавшись от обжигающего властного взгляда Малфоя, бросилась с тропинки в сторону, стремясь как можно скорей укрыться в глубине парка.
Гермиона облизнула пересохшие губы. Это тело…
Она, привыкшая видеть Малфоя-старшего, облачённого в строгие темные мантии и при этом всё-таки излучавшего животный магнетизм, и подумать не могла, что у него… такое тело…
Сильные мышцы играли на плечах, когда Люциус двигался, общаясь с гостями. И гостьями, почти повисшими на нем. Длинные стройные, но при этом мощные ноги, казалось, были созданы для охотника, не упускающего свою добычу и не уступающего её никому. А этот взгляд… Гермиона встретилась с ним глазами, хищно сверкнувшими сквозь прорези маски, и замерла.
«Нет! Этого не может быть. Я… не могу быть его добычей на сегодня. Это… это — неправильно! Господи! Я же больше года выстраивала между нами прочную и глухую стену, избегая любых контактов и, черт возьми, это получилось! Или… не получилось?!»
Рокот барабанов зазвучал еще громче и уже отдавал неистовством, когда Гермиона поняла, что задыхается.
«Жарко! О, нет…», — тело тут же задрожало в ознобе, будто в парке вдруг наступила зима. — Нужно немедленно бежать отсюда. Да! Мне просто необходимо срочно уйти под любым предлогом…
Гермиону охватил страх, что безрассудство праздника вместе с безумным вожделением его хозяина так или иначе заставят ее потерять голову. А собственное тело бесстыдно предаст, сдавшись на милость того, кого так старательно избегала уже давно.
«Ну, уж нет! Я тебе — не игрушка, Люциус Малфой! Решил пошалить в ночь Белтейна? У тебя и без того желающих немало!»
Усилием воли оторвав взгляд, Гермиона резко дернулась в сторону и почти побежала к дорожке, ведущей к воротам Малфой-мэнора.
— Куда-то собралась, Грейнджер? — ее почти сразу подхватил за локоть, невесть откуда взявшийся Драко. — Предупреждаю, смысла нет… Аппарация заблокирована до утра лично отцом, да и ворота тоже. Так что… мой тебе совет — смирись с неизбежным.
— Что?! — в ту же секунду рассвирепела Гермиона. — С ума сошел, да? Черт, да вы все здесь с ума сошли! На этой… вакханалии!
— Грейнджер, какой же у тебя противный голос, когда ты верещишь так, — картинно скривился Драко. — Расслабься! Насиловать он тебя не будет, да и не понадобиться, думаю. — Малфой-младший не удержался от скабрезного смешка, тут же получив за него увесистый подзатыльник.
— Заткнись, скотина! — голос Гермионы звенел от ярости. — И быстро выведи меня отсюда, иначе пожалеешь! Крупно пожалеешь, Драко… Понял?
— Иди к черту! Я — не самоубийца! Поняла? — тут же огрызнулся в ответ Малфой. — Да и вообще — разбирайтесь, на хрен, сами! Год почти динамишь его, мисс Заучка! Прости, ни одному мужику такое не понравится…
— Я?! Динамлю?! — она задохнулась от возмущения. — Какого черта? Ах, ты гад! Да я весь этот год избегаю твоего отца, как мышь мышеловку, чтоб ты знал!
— Ага, как же! Избегаешь, — презрительно фыркнул Драко, — только вот пялишься на него, как обалделая, когда думаешь, что никто не видит. Кого обмануть пытаешься, Грейнджер?
— Да пошел ты!
— И куда?
— К чертям собачьим!
— Очень магический посыл! Умней не придумала?
— Малфой, не доводи до греха… — челюсти сводило от желания заехать ему по роже.
— Я?! Да нужно больно! У меня для этого Астория есть, а тебя и без меня доведут, хочешь ты этого или нет…
— Ну все! С меня хватит! — резко дернув захваченный им локоть, Гермиона рванулась в направлении ворот, но вспомнив, что они блокированы, остановилась. Отдышалась несколько секунд и, достав палочку, сосредоточилась и крутнулась на месте.
«Черт!»
Аппарировать и, правда, не получалось.
— Ну, подожди, Люциус Малфой! Поиграть со мной в Белтейнские игры даже не надейся! — словно дикая кошка, негромко прошипела она и оглянулась…
Оглянулась, чтоб увидеть, как тот, на кого она столь яростно шипела мгновение назад, плечом раздвинув окружающую его толпу, направился в ее сторону.
Будто завороженная, Гермиона глядела, как легко и плавно двигается Малфой, приближаясь к ней ближе и ближе. Накал языческого праздника достиг апогея: музыка, блики костров, ритуальные угощения, напитки — все вместе это опьяняло и наполняло всех почти животным безумием. А Люциус, больше не обращая внимания ни на кого из присутствующих, уже откровенно не отрывал вожделеющего взгляда от ее хрупкой точеной фигурки, так призывно просвечивающей сквозь зеленое одеяние Предвечной богини. Только что он дал понять практически всей магической Британии, что выбор сделан! Охота началась…
Негромко застонав, Гермиона пришла в себя и, оторвавшись от обжигающего властного взгляда Малфоя, бросилась с тропинки в сторону, стремясь как можно скорей укрыться в глубине парка.
Страница 5 из 10
