A House of Pomegranates — Гранатовый домик

A House of Pomegranates — Гранатовый домик

Впервые Панси увидела ее, когда бродила по Хогвартс-Экспрессу в поисках школьных подруг.

— Моя однокурсница Панси Паркинсон. Моя сестра Астория, — сказала Дафна и чуть подвинулась, делая вид, что освобождает место рядом с собой.

— Приятно познакомиться, — равнодушно пожала плечами Панси. Ей была совершенно безразлична худенькая светловолосая девочка, копия Дафны, только, может быть, не такая замкнутая и молчаливая.

Кроха — Панси сразу назвала ее так — тотчас оживилась, светлые глаза ее заблестели, и она подобрала худые ножки, по-турецки усевшись на сиденье. Дафна неодобрительно хмыкнула, не отрываясь от книжки, на обложке которой была нарисована красивая молодая женщина в старинном ярко-красном платье.

«Унесенные ветром» — кое-как разобрала Панси. Дафна постоянно читала маггловские книжки, и ей было наплевать, что об этом думают другие.«Мне интересно», — высокомерно бросала она всем спрашивающим.

— Привет, Панси, — доброжелательно улыбнулась Астория, — я рада познакомиться с тобой.

Панси от неожиданности сморщилась и непонимающе захлопала глазами. И все же она села на место рядом с Асторией, а не с Дафной, и у нее были на то причины.

— Не придавай этому слишком много значения, — посоветовала Дафна, все так же уткнувшись в книгу и переворачивая страницу. — Последний год, пока мама болела, у Астории была нянька-сквиб, такая очень маггловская старушка. Так что у моей сестры теперь немного странные м-м-м… манеры.

— Мисс Фурнье очень милая, — запротестовала Астория. — Хотя она бы очень сильно ругалась, если бы увидела, что я так уселась, — и она хихикнула.

Панси еще больше пришла в замешательство. Маленькая Гринграсс вела себя то как те маггловские девчонки, которых Панси изредка видела в городском парке, то как маггловская принцесса, о которой ей пришлось как-то прочитать в маггловской же книжке. Магглов в жизни Панси было не так уж много, хотя родители признавали — нельзя отрицать то, что существует, и, раз уж они существуют, то стоит немного их изучить.

Книжка, которую принес отец, была интересной. Там рассказывалось о магах — о целителе, который умел бальзамировать умерших, — искусство редкое и ценное даже в нынешние времена. Панси знала, что некоторые чистокровные семьи находили таких умельцев, чтобы те бальзамировали головы эльфов. А еще — об африканских колдунах, которые показывали маленькой принцессе то, что она, дурочка, считала «фокусами». О бродячих магах, которых магглы называли «цыгане» и которые умели завораживать пением, похищать без всякой легиллименции чужие мысли и подчинять чужую волю без непростительных заклинаний. Панси историей увлеклась, но была жестоко обманута. Сказка оказалась грустной, принцесса — злой, а маленький уродливый карлик, поверивший в ее любовь, глупый; маленькая Панси плакала и просила папу сделать все по-другому, но он, конечно, только что-то пробормотал и ушел, а мама, отчаявшись успокоить ревущую дочь, в конце концов просто прикрикнула и тоже ушла. Воспоминание было неуместным, неприятным, и Панси не понимала, почему вдруг вспомнила эту книжку, увидев Асторию Гринграсс. В ней не было ничего ни плохого, ни жестокого. Ребенок как ребенок. Ну, подумаешь, немного испорченный магглами. Так бывает, когда волшебники живут не в полной изоляции, и бывает довольно часто. И, наверное, это даже неплохо, потому что случись, например, самой Панси или тому же Драко Малфою оказаться в Лондоне, они будут совершенно беспомощными.

Астория быстро поняла, что сестра занята и теперь ее до самого Хогвартса не оторвать от чтения, а Панси разговаривать с ней не настроена, и поэтому стала просто молча смотреть в окно, а потом, свернувшись комочком в углу, задремала. Панси было скучно, но Дафна на нее только огрызнулась — история магглы волновала ее гораздо больше, чем Панси. Драко, вероятно, уже успел поцапаться с противным Поттером и его компанией, а быть может, и получить взыскание от кого-то из бдительных старост, а то и от самого хэдбоя Уизли, потому что не показывался в коридорах. Панси уже начала жалеть, что села именно в то купе, в котором ехала Дафна — та была нелюдимкой, всегда сердилась, когда все шумели и мешали ей читать. С ней рядом было хорошо готовиться к урокам, но сидеть и ждать, пока поезд приедет в школу, оказалось невыносимо.

Дафна даже не среагировала, когда в поезде погас свет, только раздраженно помахала палочкой, давая на страницы свет, а на предложение Панси пойти посмотреть, что случилось, только буркнула:

— Тебе больше всех надо? Сиди, поезд никуда не денется.

Астория завозилась в своем углу, но не проснулась. Панси замерла в ужасе. В грудь вползло что-то холодное, липкое, удушающее, стало трудно дышать, и почему-то заболел живот. Панси сдавленно застонала.

— Чтобы я еще раз согласилась с тобой ехать! — вспылила Дафна. — Сидит тут, ноет!