Дело о мощах и скелетах

Разве вот к дьякону относится по-доброму.

— Что вы думаете о пропаже мощей, сестра?

— Что тут скажешь, мистер Холмс? Человек, который взял мощи, спаси его Господи, хотел, видимо, навредить настоятелю, да только он наказал ни в чём не повинных людей. Отец Питер сегодня на мессе, конечно, прочитал ужасную проповедь, но приход к его некоторым странностям привык. К тому же завтра воскресенье, и все готовились именно к торжественной службе в честь святого Варнавы. Кто-то, возможно, решит, что отец Питер после вечери объявит ночное бдение подле мощей… Мистер Холмс, если вы их не найдёте, это будет катастрофа!

— У меня есть некоторые соображения, сестра. Но давайте пройдём в ваши комнаты, и я поговорю с двумя другими сёстрами.

Из школы можно было пройти сразу в пристрой, где и размещались монахини. Комнатки их были совершенно одинаковы, только незначительные детали говорили об особенностях их характеров. У сестры Мэри висели полки с книгами, в том числе и по педагогике. Я с удивлением увидел том Песталоцци рядом с книгой отца Джованни Боско. В комнате сестры Элеоноры возле окна стояли пяльцы. Собственно, когда мы вошли, она как раз сидела за вышивкой, а рядом с ней пристроилась девочка-подросток. Наверняка та самая Нэнси, внучатая племянница сестры Клары. Когда мы вошли, обе встали.

— Нэнси, иди пока к бабушке. Джентльмен хочет побеседовать с сестрой, — сказала школьная начальница.

Девочка посмотрела на меня настороженно, но без особого беспокойства, и важно удалилась. Она взрослела и уже не бегала, как ребёнок.

— Вот, сестра, этот тот самый мистер Шерлок Холмс, о котором мы читали в журнале. Он приехал нас спасти, так что расскажите ему всё, что знаете, и ответьте на любые вопросы.

На меня внимательно посмотрела пара замечательных карих глаз, больших, опушённых длинными ресницами. В остальном же внешность монахини нельзя было назвать особо привлекательной. Низенькая, полноватая, она смущалась и старалась смотреть на меня поменьше. Когда сестра Мэри вышла, я подошёл к пяльцам.

— У вас талант, — заметил я. — Что это будет?

— Дорожка на комод… — почти прошептала монахиня. — Это подарок для жены старосты.

— Вы с ней дружны?

— Нет, но она хорошая женщина и много делает для школы. И мне нравится вышивать. Я и для ризницы вышивала дорожки.

Надо сказать, цветы выглядели очень натурально, нитки были подобраны так, что переходы оттенков едва замечались.

— Вы сами рисовали узор? Да? Простите, сестра, вы говорите очень тихо. Сами? Вы ещё и художница.

Сестра Элеонора в самом деле очень напоминала дьякона своей робостью и некоторой нервозностью. Хотя, возможно, она так реагировала только на чужих.

Мы сели у окна, я начал с того, что спросил о вечере, когда отец Стефан привёз святыню.

— А зачем отец Питер тогда открывал мощехранительницу? Ведь при передаче святыни отец Стефан наверняка видел, что мощи там?

— Отец Питер сделал это для нас. Мы же не просто посмотрели внутрь. Мы ещё и молились в тот вечер. А потом отец Стефан начал кашлять, бедняжка, и я увела его в дом, позвала миссис Джосалин. Мы почти до самой ночи ухаживали за больным.

— Когда вы шли сюда, вы видели кого-нибудь?

— Подозрительного? — сестра робко улыбнулась и тут же потупилась.

— Ну хотя бы.

— Нет, мистер Холмс. Люди попадались, конечно, но никто в сторону церкви не шёл, спешили по домам из паба. Не подумайте ничего дурного: не в сильном подпитии. У нас-то на всю деревню настоящих пьяниц двое: родители бедняжки Нэнси, только они в пабе редко появляются, их у нас не любят, да ещё…

Она замолчала.

— Отец Стефан?

— Когда как. Он весьма интересный собеседник, но он… не божий человек, нет… я стараюсь общаться с ним как можно реже, только по необходимости.

— А что вы можете сказать о вашем настоятеле? Вы не смущайтесь, разговор останется между нами.

— Он обычный священник, выполняет свой долг, но звёзд с неба не хватает… но больше не спрашивайте меня о нём, злословить я не хочу, грех это. Тем более — негоже критиковать начальство, которое послал нам Господь. О нём можно только молиться.

— Отец Эндрю тепло о вас отзывался, — сказал я как бы между прочим.

— Что ж, и я могу сказать о нём лишь хорошее. Он чудак, конечно, но добрый. Не заболел бы опять! Он очень расстроен пропажей мощей.

— Больше других?

— Не могу так сказать — он просто плохо скрывает свои чувства.

— Вас ведь недавно направили в этот приход, сестра? Я не ошибаюсь?

— Да, верное. Когда сестра Клара ушла на покой, число детей как раз увеличилось, и сестра Мэри, когда приняла школу, настояла, чтобы отец Питер попросил у епископа прислать ещё одну сестру. Так я оказалась здесь. Сестра Мэри скоро стала моим хорошим другом. Она на своём месте, школа — её призвание, мистер Холмс.