Дело о мощах и скелетах

Майкрофт замолчал, потому что в комнате для посетителей послышались шаги.

— Извините меня, — сказал Шерлок, входя.

— Всё в порядке, мой мальчик. Иди к огню. Там что, дождь?

— Да так… морось.

Я не заметил в Холмсе никакой неестественной оживлённости и мысленно возблагодарил небо. Он опустошил погасшую трубку и набил её снова.

Майкрофт налил ему коньяку.

— А вы ещё ругаете меня, доктор, за то, что я не люблю гулять. Брррр…

— Нет, там не так уж и плохо. Кажется, погода скоро наладится, — промолвил Шерлок. — Должны же мы были, хоть и с опозданием, привезти из Монпелье солнце. — Он посмотрел на меня и улыбнулся.

Он, видимо, понимал, о чём мы тут говорили, но, кажется, считал такой поворот в беседе ожидаемым. Во всяком случае, он не сердился и не расстраивался.

— В Монпелье было даже слишком жарко, — ответил я и запнулся.

Мы с Шерлоком усмехнулись и потупились, как школьники. Майкрофт вернул нас на грешную землю.

— Всё-таки жаль, что такая занимательная история не станет рассказом, — вздохнул он. — Может быть, напишете впрок? Опубликуете когда-нибудь, лет через пятьдесят.

— Разве что через пятьдесят. Только сначала Холмс мне объяснит насчёт кражи.

— Да всё очень просто, Уотсон. Конечно, дьякон мог совершить кражу, тем более он был ночью в церкви. Помните, я спрашивал сторожа, как именно мяукали кошки?

— Помню, но какое это имеет значение? — удивился я.

— Шерлок, ты имеешь в виду, что кошка может мяукать, призывая детёнышей, пару или человека, который даёт ей молока? — спросил Майкрофт.

— Разумеется. Кошки ночью занимались именно тем, что клянчили еду. Дьякону не нужно было влезать в церковь через лаз между досками. У него были ключи от двери в ризницу — отец Питер забрал все ключи только после кражи мощей. Значит, когда дьякон появился в церкви, там находился кто-то ещё. И дьякон этого кого-то всеми силами защищал.

— Хотя с моей точки зрения он поступил в результате очень по-христиански, — заметил Майкрофт, — это всё же точка зрения человека, весьма далекого от церкви. Извини, мой мальчик, что перебил, рассказывай.

— Проблема-то была не в том, Уотсон, кто именно взял мощи, а куда их спрятали. Вы же понимаете, что вор поддался минутному порыву, поддался чувствам в связи с обмороком сестры Клары. Но пока я не увидел Нэнси и не поговорил с ней, и я готов был думать на дьякона. Он, конечно, не очень лестно отзывался о старой монахине, но и поведение настоятеля тоже не одобрял. Однако из того, что мы слышали о сестре Кларе, можно было сделать вывод, что только один человек в деревне по-настоящему её любил.

— Но почему дьякон не положил мощи на место? — удивился я. — Зачем он спрятал их в крипте? Нет, я понимаю, что у него потом не было возможности вернуть их в ларец, и он очень надеялся, что останки сэра Реджинальда привлекут моё внимание — для того и потащил меня на них смотреть. Если бы он сам указал на мощи, это выглядело бы подозрительно, но он, вероятно, рассчитывал, что я расскажу вам об осмотре церкви.

— А вот тут мы вступаем в область догадок, дорогой мой. Мне кажется, до крипты додумалась Нэнси. Сомневаюсь, что девочка захотела бы вынести мощи из церкви. Хотя она и отзывалась о них без должной веры в их чудодейственную силу, — хмыкнул я, — но всё же понимала их значение. Дьякон же мог просто мучиться бессонницей и выйти подышать. Он заметил раздвинутые доски — их как раз видно от дорожки, которая ведёт к дому священников. Обойдя церковь кругом, он вошёл через ризницу, но вряд ли заметил что-либо подозрительное, ведь утром, как мы помним, мощехранительница была закрыта и даже заперта. У Нэнси хватило ума не оставлять её открытой. Дьякон бросился осматривать храм и спустился в подвал. Косточки, как вы помните, Уотсон, лежали у самого края саркофага. Думаю, Нэнси производила достаточно шума, когда пыталась сдвинуть его крышку. Ей хватило сил ровно настолько, чтобы образовалась небольшая щель. Вероятно, дьякон застал её как раз за попыткой «похоронить» мощи. Наверняка какое-то время у него ушло на то, чтобы попытаться наставить девочку на путь истинный, а потом он думал только о том, чтобы незаметно вывести её из церкви. Он решил отложить возвращение мощей на место — и вот тут он просчитался.

— Он почувствовал себя плохо, а утром, обнаружив кражу, отец Питер забрал все ключи, — кивнул я.

— Ну вот всё и разрешилось, — улыбнулся Холмс. — У вас больше нет вопросов по этому делу, Уотсон.

— Нет… — задумчиво проговорил я, чувствуя, что упускаю какой-то момент, — хотя… Чёрт возьми, я же видел привидение!

— Привидение вряд ли имеет отношение к нашему расследованию, — пробормотал Холмс.

— Что вы имеете в виду?

Холмс молча пожал плечами, Майкрофт, глядя на него, решил пояснить:

— Ну, это просто привидение — и всё.