Океан его ненависти

Дин кивнул, и лицо его было спокойным и уверенным.

— Я. Не. Жалею. — Четко, по словам произнес он. — Эти две с половиной недели — лучшее, что случалось со мной за десять лет, честно. — Дин почти выдавливал из себя эти слова, хоть они и были правдой. Взгляд Сэма все еще оставался недоверчивым, наполненным горечью. — Я не жалею ни об одной секунде, проведенной здесь. И когда я предлагал тебе уехать, я делал это не потому, что я хотел, я думал, что тебе надоело… ты со мной возишься, как с долбанным ребенком, Сэм, неужели я не вижу!

Сэм открыл рот, чтобы что-то сказать, но Дин прервал его движением руки.

— Я очень благодарен тебе за этот отпуск, и то, что ты не знал… ты не виноват в этом. Признаюсь, когда я понял, куда ты меня привез, я хотел тебе все сказать и уехать, но потом понял, что, возможно, приехать сюда — это единственный способ избавиться от прошлого. Я столько лет отговаривал себя, тупо боялся, — каждое слово-признание давалось ему нелегко, и Дину приходилось прилагать силы, чтобы продолжать говорить, — а когда ты привез нас сюда, я понял… позже, что так и надо, это что-то должно значить. И я почти не вспоминал.

— Я привез тебя сюда, чтобы ты смог немного отвлечься от этого кошмара с Меткой, — голос Сэма был полон сожаления, — а оказалось, что притащил тебя в другой твой кошмар. Хорош брат.

— Во-первых, я уже сказал, ты не знал, — тон Дина ясно говорил о том, что, если Сэм попробует спорить, ему не поздоровится. — Во-вторых, эти каникулы для меня каникулы, а не круг Ада. В-третьих, мне здесь на самом деле нравится. В-четвертых, заткнись и хватит на себя накручивать. Не тебе этим здесь заниматься, — он ухмыльнулся, но ухмылка вышла слабой и неправдоподобной.

Сэм глубоко вздохнул, успокаиваясь. Он верил Дину, но осознание собственной нечаянной ошибки было слишком тяжелым.

— Ладно… значит, ты думаешь, это Пол вернулся и решил… убивать всех детей?

Лицо Дина помрачнело.

— Я думаю, я видел его тогда, когда спасал пацана. Он утонул рядом с этим местом. Я поплыл туда… я почти сразу понял, что там никого нет, но… — Дин тряхнул головой и сжал зубы. — Не знаю, на что я надеялся. Найти его и… — Дин оборвал себя. — Там все равно никого не было. Я не знаю, почему Пол вернулся именно сейчас. Тогда, в последний день, Пол был очень зол на отца, это могло повлиять на него… после смерти.

Сэм понимал: Дин знает. Вернее, он думает, что знает. Сэму не нужно было уметь читать мысли, он имел прекрасное понятие о том, насколько глубокое у Дина чувство вины за все сразу, даже за то, в чем он не виноват, и сейчас, глядя на то, как Дин безуспешно пытается спрятать отчаяние, он не сомневался в этом.

— Ты думаешь, он в курсе, что ты вернулся, и таким образом мстит тебе за свою смерть. — Сэм не спрашивал, а констатировал факт, еле сдерживая злость на Дина за то, что он такой упрямый идиот. — Ты думаешь, что он считает тебя виноватым в своей смерти и, убивая детей таким же способом, каким погиб он сам, он заставляет тебя возвращаться назад и переживать те же события.

Вот, что сильнее всего убивало Дина, сильнее, чем его собственная вина, сильнее, чем что-либо еще. Мысли о том, что сам Пол злится на него за свою смерть и не простил Дина за то, что он его не спас, и поэтому не может найти покоя. Что, если бы Дин не предложил Полу приехать на океан, он бы не утонул. Сэм не знал этого Пола лично, но он был уверен, что тот был хорошим парнем, потому что вряд ли Дин стал бы общаться с кем попало. И еще он был уверен, что Пол вряд ли винил бы Дина. Да, он знал, какими порой засранцами становятся неупокоенные призраки, но что-то здесь не вязалось…

Дин молчал, и это только подтвердило догадки Сэма.

— Это бред, ты не можешь быть в этом уверен. И как насчет того, что, по словам шерифа, здесь через год погибают дети просто по чистой случайности? Не все в мире завязано на сверхъестественном, Дин!

— Этим детям по двенадцать, Сэм, — столько же, сколько было Полу, когда он погиб.

— Случайность, — отмахнулся Сэм, хотя в груди неприятно похолодело.

— И они оба — и мальчик, и девочка — очень похожи на Пола. Я заметил это еще тогда, когда ты показал мне фотографию Мелинды, но я подумал, что мне просто кажется… — Дин глубоко вздохнул. — Но когда увидел мальчика… мне пришлось поверить.

Сэм нервно затарабанил пальцами по приборной панели — ему крыть было больше нечем. Похоже, Дин был прав, Пол действительно вернулся и мстит — но не факт, что Дину, может быть, ему просто некуда направить свою ярость. Он просто не понимал, для чего это было погибшему мальчику — убивать тех, кто никак не был связан с его смертью, был просто похож на него. Наверняка он снова и снова переживал момент своей смерти, и это вылилось в новое русло… Совершенно необязательно, что это был демонстративный показ для Дина. Сэм покосился на брата, лицо которого было застывшей маской.