Океан его ненависти

— Не надо, — Дин открыл глаза. — И я тут… вспомнил, — ему пришлось перевести дыхание, чтобы набраться сил для следующих слов, — когда я чувствовал себя дерьмовее. После первой… попойки. Это было… кошмарно.

Сэм невесело усмехнулся.

— Да, что-то такое я припоминаю. Ты тогда весь ковер облевал.

— Ну спасибо тебе…

Они замолчали, писк кардиомонитора врывался в сознание острыми иголками. Дин снова лежал с закрытыми глазами, дыхание вырывалось из его рта тихим свистом.

— Ты поспи, — тихо сказал Сэм, видя, что Дину тяжело дается каждая секунда разговора с ним. — А я тут посижу.

— Возвращался бы ты обратно, — не открывая глаз, пробормотал Дин. — Я никуда не денусь, я же тебе говорил…

— Заткнись и спи, — мягко отрезал Сэм все пререкания и размял затекшую шею.

Дин через минуту уже спал. Просидев совершенно неподвижно еще около часа, Сэм тихо встал и вышел, чтобы купить себе хотя бы чертовы кроссворды, лишь бы занять себя чем-нибудь. Когда он вернулся в палату, то наткнулся на Джейн Спенсер с внучкой. Те обернулись на звук открывающейся двери и с одинаковым выражением в глазах легкого испуга уставились на него.

— Эм, здравствуйте, — прошептал Сэм, застыв у двери. — А вы когда пришли?

— Только что, — так же шепотом ответила Джейн. — Мы ненадолго, заскочили проведать.

Сэм жестом пригласил Фелицию сесть на его стул, но она молча помотала головой.

— А как вы нашли больницу?

— Узнала у наших врачей, что приезжали на скорой, — Джейн, не отпуская ладони Фелиции, подошла к кровати Дина и поправила на ней простынь. Она не сводила взгляда с Дина. — Как он?

Сэм выдержал паузу, прежде чем ответить.

— Плохо, — признал он. Джейн медленно повернулась к нему. — Начались осложнения после операции. Он вчера снова был в реанимации.

Джейн ничего не ответила, снова повернувшись к Дину. По ее лицу Сэм ничего не мог понять, казалось, эта женщина была сделана из камня, но он догадывался, что сейчас внутри нее бушует тот же ураган, что и у него.

— Он спит, да? — вдруг спросила Фелиция, и взгляды обоих взрослых обратились к ней. Девочка неотрывно смотрела на Дина, крепко цепляясь за бабушкину руку.

— Да, он спит, — тихо ответил Сэм и тоже посмотрел на неподвижного и спокойного Дина.

— Я хочу, чтобы он проснулся. И сказать ему «спасибо».

Джейн взглянула на нее сверху вниз и слегка улыбнулась.

— Когда он проснется, ты сможешь ему это сказать.

Фелиция покачала головой, упрямо сжав губы.

— Нет, я хочу сейчас, — высвободив руку из бабушкиной хватки, она осторожно подошла ближе к кровати Дина и встала рядом. Несколько секунд она просто молча смотрела на него и после коротких раздумий положила теплую ладошку на руку Дина, безжизненно лежащую поверх простыни.

— Ты хороший, — сказала она шепотом. — Поправляйся скорее. Мы тебя ждем.

Сэм и Джейн коротко переглянулись с одинаково серьезными лицами, а потом Сэму пришлось с минуту сражаться с внезапно подступившим к горлу комком, который мешал ему дышать. Шумно втянув воздух через нос, Сэм подошел к Фелиции и взял другую ее руку, нежно потянув от кровати Дина. Он сел перед ней на корточки и заправил выбившуюся прядь ей за ухо.

— Дин знает, и я уверен, он тебя услышал и теперь будет быстро выздоравливать, — он ободряюще улыбнулся. — Тем более если ты попросила, он не сможет не послушаться.

Ответная улыбка вспыхнула на лице Фелиции, словно Сэм пообещал ей как минимум Луну с неба. Когда Сэм выпрямился в полный рост, он уже точно знал, что не ему одному есть дело до Дина, и это осознание наполняло его теплом.

Джейн и Фелиция пробыли у Дина еще пять минут и засобирались уходить.

— Мы еще придем, когда ему станет лучше, — сообщила Джейн, бросив на Дина еще один нечитаемый взгляд. — Передавай своему брату привет от нас. И скажи ему… — она замялась. — Скажи ему, что я горжусь тем, каким человеком он стал.

— Да, я тоже, — тихо-тихо пробормотал Сэм, в глубине души благодарный тому, что может кому-то в этом признаться, и уже громче добавил: — Я обязательно передам.

— Вряд ли я смогу сказать это ему в лицо, — она усмехнулась. — Мне хватило полтора месяца, чтобы понять уже тогда, что он не из тех людей, кто любит смущаться, но кого запросто заставить это сделать. Как-то раз я похвалила его за хорошее знание карты Евразии, и он покраснел так, словно я назвала его лучшим учеником планеты.

Сэм еле удержал желание рассмеяться.

— Да, — он ухмыльнулся. — Я даже помню тот день, когда Дин зубрил ту карту. Я надавил ему на совесть, и у него не осталось выбора.

— Я так и подумала, что кто-то вмешался, — Джейн покачала головой. — До этого он не показывал большой любви к моему предмету.

Сэм пожал плечами и окинул Дина теплым взглядом.

— Это Дин.