Опаснее врага

Белла гоняла Петтигрю Круциатусами до тех пор, пока сам Темный Лорд не признался, что с благодарностью переборщил, и силы Петтигрю как волшебника на правильное управление рукой не хватает, и Рудольфус и Рабастан, отловив незадачливого анимага, примотали ему руку к туловищу, пригрозив в случае ослушания открутить уже голову.

Сейчас Петтигрю ковылял, прижимаясь к стене. Вид у него был загадочно-подленький, и Драко подумал, что тот все-таки умело притворяется. За накормленного мухами Снейпа он ему был готов многое простить, но привлекать к поручению Лорда обоснованно побаивался. Проклятый Хвост был слишком хитер, пусть и осмеливался исключительно на мелкие пакости. Проследив, куда поплелся Петтигрю — на кухню — Драко продолжил транспортировку Грейбека.

По лестнице стекала Нагини. Увидев Драко, она недовольно зашипела, и, повинуясь какому-то чувству, Драко резко опустил Грейбека на пол и навел на змею палочку:

— Империо!

Нагини повернула плоскую башку и выругала Драко на серпентарго. Драко огорченно вздохнул, как приговоренный, поднял Грейбека и отправился в дальнейший путь.

Несколько раз ударив потенциальное орудие преступления об углы и разбив те вазоны, которые еще не успели опошлить Пожиратели (несколько весьма почтенных джентльменов по азкабанской привычке считали, что вазоны стоят исключительно для санитарных нужд, и брезгливая Нарцисса велела выкинуть загаженный фарфор вон), Драко добрался до своей комнаты и осторожно пристроил Грейбека в углу.

Тот по-прежнему не подавал признаков жизни. Драко приблизился, преодолев приступ страха, и палочкой в вытянутой руке потыкал Грейбека в разные части тела. Результата это никакого не дало.

Драко вытянул шею и прислушался. Грейбек, как ему показалось, не дышал.

Драко сел на кровать, обхватил голову руками и задумался. У него оставалась слабая надежда, что Грейбек помер не от падения с высоты, а еще ночью, от пьянства, а быть может, просто захлебнулся при очередном купании. К сожалению, проверить, так это или нет, Драко не мог: от Грейбека так несло, в том числе тухлятиной и водкой, что было даже невозможно сказать, начал ли он уже портиться, или это для него абсолютно естественный запах.

Драко огорчился. Получалось, что он по собственной неаккуратности лишил себя отличного шанса на исполнение поручения Лорда. Грейбек был идеальной кандидатурой. Непростительные к нему за криминал не засчитывались, а погрызть Дамблдора он вряд ли отказался бы и без Империуса.

Драко вспомнил Добби и тоже захотел побиться головой об стену. Но этого он делать не стал, а лениво поплелся в столовую.

Там уже собиралось то самое общество, которое Нарцисса называла «отребье», невзирая на то, что часть его составляли и Лестрейнджи, и ее собственный супруг. Рабастан и Рудольфус сидели притихшие и пялились в пустые еще тарелки, Белла накручивала на палец прядь волос, Люциус Малфой ковырял вилкой стол, и даже Каркаров и Долохов вели себя непривычно тихо. Руквуд утирал нетрезвые слезы. Прочие приняли тоже траурно-задумчивый вид.

Во главе стола восседал Темный Лорд и мрачно жевал губами. Бросив быстрый взгляд на Драко, он словно опомнился.

— Возьмите лопаты, идите копать, — распорядился он. — Руками! Не палочками. Лучше получится.

От страха Драко едва не напрудил в штаны.

— М… м… мой Лорд! — выдавил он.

Волдеморт обернулся к нему и долго рассматривал, как будто в первый раз увидел. Драко был готов слиться со стеной.

— Чего тебе? — буркнул он.

— Я… я… я… — трясся Драко. Он сообразил, что легиллимент Лорд Волдеморт уже просек убийство Грейбека, и считал секунды до расправы. Но Волдеморт почему-то счел Драко недостойным внимания. Он тяжело поднялся, вздохнул и вышел из столовой, за ним гуськом потянулись Пожиратели.

— Мама! — крикнул Драко, кидаясь к Нарциссе. — Мам, я же ни в чем не виноват! — захныкал он.

— Конечно, ты не виноват, — Нарцисса нежно погладила сына по голове. — С тебя, дурачка, и спроса никакого не будет.

— Он меня не убьет? Правда? — с надеждой спросил Драко. — Темный Лорд ничего мне не сделает? Я же не нарочно…

— Не знаю, — искренне ответила Нарцисса. Это Драко не успокоило и, разумеется, не убедило. — Иди, помоги папе и остальным…

Драко послушно последовал в сад. Пожиратели уже выстроились в ряд и неумело копали ров. Лучше всех получалось у Каркарова, и он на правах человека, хорошо знающего процесс, быстро его возглавил. Выразилось это в том, что он ходил и раздавал пинки тем, у кого получалось плохо. Больше всех ожидаемо доставалось Люциусу, ничего тяжелее палочки в руках не державшего. Рабастан сразу же попал лопатой по ноге Рудольфусу, и тот теперь сидел и выл. Это напомнило Драко о безвременной кончине Грейбека и предстоящей каре.

— Дядя… — Драко подобрался к Рудольфусу с безопасной стороны — там, где не было брошенной лопаты.