Фандом: Ориджиналы. Наш герой попадает в соседнее королевство и знакомится с королем, который не имеет почти никакой власти и по рукам и ногам связан паутиной противоречащих друг другу законов.
Добавить в моё избранное
112 мин, 25 сек 1170
— Оказалось, что это Лия, дочь Магнуса…
Хаурун подскочил в кресле:
— Эй! Тогда тем более!
Толя сделал виноватый вид, про себя отметив: «Ага, так всё-таки неравнодушен…»
— Ладно, — махнул рукой король. — Дальше давай.
— Мы пошли в библиотеку за нотами, встретили там Квинта Терция…
— А, этого ненормального. Ты заметил, у него с головой не в порядке?
— Заметил, — подтвердил Толя, вспоминая детский букварь с картинками. — Он меня читать учит, а то я не умею.
Хаурун коротко хохотнул, потом снова стал серьёзным.
— Потом что было?
— Да ничего…
Король хлопнул ладонью по подлокотнику кресла.
— Понятно. Лия в гости звала?
— Звала, — подтвердил Толя, удивляясь королевской премудрости.
— Пойдёшь к ней, осмотришь всё потихоньку. Не кухня мне нужна, а лаборатория! — Хаурун куснул губы. — Да ты небось и не знаешь, что такое алхимия?
Толя молча помотал головой. Магнус, правда, в начале из знакомства оборонил таинственную фразу, что человеческие отношения подобны алхимии, но он не понял её.
— Это когда вещества всякие смешивают, а что в итоге получается…
Менестрель кивнул, поняв, что зря производил разведку на кухне. Хоть накормили…
— А что дальше делать? — спросил он.
— Лия тебя играть учит? Квинт читать? Ну и учись. И смотри в оба, менестрель. Мне сейчас свежий взгляд нужен. Может быть, я к чему-то так привык, что не замечаю… — Хаурун тряхнул чёлкой. — Смотри вокруг, менестрель. Если ты за меня…
… Толя уронил на пол лист бумаги и задумался. Квинт Терций велел к завтрашнему дню переписать цитату из учебника астрономии, а Лия — сочинить мелодию в тональности си бемоль, но менестрель не занимался ни тем, ни другим. Он сидел на подоконнике в своей комнате, держа на коленях нотную тетрадь в твёрдом переплёте, а в руке гусиное перо. Наконец он встал, поднял листок и сунул его в карман камзола (щеголял в шкурах он недолго, пришлось привыкать к принятой в королевстве моде и учиться завязывать чулки). Потом вышел из комнаты.
Лестница, ведущая на крышу, была круче лестницы в библиотеку, но гораздо короче, поэтому менестрель пробежал её на одном дыхании.
— Ну, пришёл? — Хаурун обернулся к нему — в правой руке шпага, на плечах всё та же алая накидка, слова клубами пара вырываются изо рта и тают в морозном воздухе.
— Да, не опоздал? — Толя поёжился, но потом вспомнил, что к холоду привык.
— Нет, — король кивнул на второй клинок, аккуратно прислонённый к дымовой трубе, сбросил плащ. — Бери и начали.
— Вы книгу-то прочитали? — спросил Толя, протягивая руку за шпагой.
— «Основы фехтования?» — ухмыльнулся Хаурун. — Давно, это ты прочитай, ты шпагой рубишь как мечом. Впрочем, и то хорошо, что ты меня заставил за это взяться.
— А вас раньше учили? — вежливо спросил Толя.
— Учить-то учили, да потом спохватились и решили, что лучше не надо, — король взял шпагу наизготовку, встал в позицию. — Отбивай!
Толя отклонился, не спросив всего:
— А с рукопашным боем у вас как?
— Мощи много и дури тоже, — серьёзно ответил Хаурун. — Так что берегись если что. Ну ты будешь драться или нет?!
От некоторых выпадов Толя просто уворачивался, зная, что бьёт Хаурун и вправду сильно. Мало того, что король был левшой, что добавляло Толе лишних проблем, так он вообще имел свойство преподносить сюрпризы. Например, Толя никогда бы не подумал, что он окажется таким проворным. Это, пожалуй, и было в схватке его козырной картой, — это и ещё то, что оружие из руки он выбивал раз и навсегда: до отлетевшей шпаги реальный противник просто не успел бы добраться. Да и стиль у короля был своеобразный.
… Внезапно Толя понял, что Хаурун раззадорился и теперь нападает почти по-настоящему. Нужно было прекращать, пока не поздно, но менестрель, кое-как отбивая удары, пятился к краю крыши, обнесённому лёгкими перилами. Прижавшись к ним спиной, он понял, что теперь король уже не шутит. Тут же его шпага зазвенела о крышу, а клинок Хауруна остриём упёрся ему в горло.
— Ну что, менестрель, испугался? — весело фыркнул король.
— Ага, — осторожно кивнул Толя. На мгновение расслабившись, он опять почуял неладное. Если бы Хаурун просто дурачился, то уже убрал бы шпагу.
— Да нет… — оценивающе прищурился тот. — Не совсем ты испугался, хотя… Может, ты просто такой зажатый, что даже страх показывать боишься?
— Может, — вежливо согласился Толя, что повергло Хауруна в безудержное веселье:
— Ну скажи же, страшно? А чего не дёргаешься тогда — хочешь приличия соблюсти? Сделать вид, что всё в порядке? Или с сумасшедшими не спорят?
Толя молчал, уже поняв, почему король так поступает. Он опустил взгляд вниз, на клинок — вывернуться, отклониться шансов не было.
Хаурун подскочил в кресле:
— Эй! Тогда тем более!
Толя сделал виноватый вид, про себя отметив: «Ага, так всё-таки неравнодушен…»
— Ладно, — махнул рукой король. — Дальше давай.
— Мы пошли в библиотеку за нотами, встретили там Квинта Терция…
— А, этого ненормального. Ты заметил, у него с головой не в порядке?
— Заметил, — подтвердил Толя, вспоминая детский букварь с картинками. — Он меня читать учит, а то я не умею.
Хаурун коротко хохотнул, потом снова стал серьёзным.
— Потом что было?
— Да ничего…
Король хлопнул ладонью по подлокотнику кресла.
— Понятно. Лия в гости звала?
— Звала, — подтвердил Толя, удивляясь королевской премудрости.
— Пойдёшь к ней, осмотришь всё потихоньку. Не кухня мне нужна, а лаборатория! — Хаурун куснул губы. — Да ты небось и не знаешь, что такое алхимия?
Толя молча помотал головой. Магнус, правда, в начале из знакомства оборонил таинственную фразу, что человеческие отношения подобны алхимии, но он не понял её.
— Это когда вещества всякие смешивают, а что в итоге получается…
Менестрель кивнул, поняв, что зря производил разведку на кухне. Хоть накормили…
— А что дальше делать? — спросил он.
— Лия тебя играть учит? Квинт читать? Ну и учись. И смотри в оба, менестрель. Мне сейчас свежий взгляд нужен. Может быть, я к чему-то так привык, что не замечаю… — Хаурун тряхнул чёлкой. — Смотри вокруг, менестрель. Если ты за меня…
… Толя уронил на пол лист бумаги и задумался. Квинт Терций велел к завтрашнему дню переписать цитату из учебника астрономии, а Лия — сочинить мелодию в тональности си бемоль, но менестрель не занимался ни тем, ни другим. Он сидел на подоконнике в своей комнате, держа на коленях нотную тетрадь в твёрдом переплёте, а в руке гусиное перо. Наконец он встал, поднял листок и сунул его в карман камзола (щеголял в шкурах он недолго, пришлось привыкать к принятой в королевстве моде и учиться завязывать чулки). Потом вышел из комнаты.
Лестница, ведущая на крышу, была круче лестницы в библиотеку, но гораздо короче, поэтому менестрель пробежал её на одном дыхании.
— Ну, пришёл? — Хаурун обернулся к нему — в правой руке шпага, на плечах всё та же алая накидка, слова клубами пара вырываются изо рта и тают в морозном воздухе.
— Да, не опоздал? — Толя поёжился, но потом вспомнил, что к холоду привык.
— Нет, — король кивнул на второй клинок, аккуратно прислонённый к дымовой трубе, сбросил плащ. — Бери и начали.
— Вы книгу-то прочитали? — спросил Толя, протягивая руку за шпагой.
— «Основы фехтования?» — ухмыльнулся Хаурун. — Давно, это ты прочитай, ты шпагой рубишь как мечом. Впрочем, и то хорошо, что ты меня заставил за это взяться.
— А вас раньше учили? — вежливо спросил Толя.
— Учить-то учили, да потом спохватились и решили, что лучше не надо, — король взял шпагу наизготовку, встал в позицию. — Отбивай!
Толя отклонился, не спросив всего:
— А с рукопашным боем у вас как?
— Мощи много и дури тоже, — серьёзно ответил Хаурун. — Так что берегись если что. Ну ты будешь драться или нет?!
От некоторых выпадов Толя просто уворачивался, зная, что бьёт Хаурун и вправду сильно. Мало того, что король был левшой, что добавляло Толе лишних проблем, так он вообще имел свойство преподносить сюрпризы. Например, Толя никогда бы не подумал, что он окажется таким проворным. Это, пожалуй, и было в схватке его козырной картой, — это и ещё то, что оружие из руки он выбивал раз и навсегда: до отлетевшей шпаги реальный противник просто не успел бы добраться. Да и стиль у короля был своеобразный.
… Внезапно Толя понял, что Хаурун раззадорился и теперь нападает почти по-настоящему. Нужно было прекращать, пока не поздно, но менестрель, кое-как отбивая удары, пятился к краю крыши, обнесённому лёгкими перилами. Прижавшись к ним спиной, он понял, что теперь король уже не шутит. Тут же его шпага зазвенела о крышу, а клинок Хауруна остриём упёрся ему в горло.
— Ну что, менестрель, испугался? — весело фыркнул король.
— Ага, — осторожно кивнул Толя. На мгновение расслабившись, он опять почуял неладное. Если бы Хаурун просто дурачился, то уже убрал бы шпагу.
— Да нет… — оценивающе прищурился тот. — Не совсем ты испугался, хотя… Может, ты просто такой зажатый, что даже страх показывать боишься?
— Может, — вежливо согласился Толя, что повергло Хауруна в безудержное веселье:
— Ну скажи же, страшно? А чего не дёргаешься тогда — хочешь приличия соблюсти? Сделать вид, что всё в порядке? Или с сумасшедшими не спорят?
Толя молчал, уже поняв, почему король так поступает. Он опустил взгляд вниз, на клинок — вывернуться, отклониться шансов не было.
Страница 15 из 33
